Младший лейтенант милиции (СИ)
Правда, для полноценного звучания хорошо бы озаботиться ещё одним гитаристом. Который был взял на себя сольные партии и, тем самым, разгрузил меня. Но, с другой стороны, тому, кто сидит выше, виднее. Да и, вполне возможно, что ещё одной шестиструнной электрогитары в его закромах попросту не имеется.
А привлекать кого-то со стороны, по какой-либо, и пока неизвестной мне причине, просто не хочет. Мало ли, какие возникнут в будущем отношения? Не сойдёмся характерами, к примеру. А гитарист, возьмёт, да свалит в закат. Прихватив с собой, имеющийся в его личном распоряжении, собственный инструмент.
Толком не зная реалий, я всё-таки понимал, что творческие люди — они такие… Эмоционально нестабильные и немного неуравновешенные. Ну, не то, чтобы поголовно но, что-то подсказывало, что очень и очень часто.
Правда, ступив на стезю солиста и обнародовав записанные ночью мелодии я, вроде бы, тоже могу причислить себя к их числу. Что, в общем и целом, заставило подумать несколько в ином направлении.
«Вот интересно, пару-тройку лет поиграв, психом стану»? — Иронично размышлял я. — «Моча то есть, простите, слава в голову ударит и — пипец котёнку»!
Тут в моей беспокойной голове возник внушительный образ этого самого «Славы», бьющего мен по морде здоровенным кулаком, с одетой на него боксёрской перчаткой. И я захихикал, чем вызвал растерянный взгляд Сергея и ироничное хмыкание водителя.
— Чего ржёшь? — Подозрительно поинтересовался мой старший товаришь. — Я что, сморозил какую-нибудь глупость?
— Да не, Серёг! — Поспешил успокоить его я. — Это я так… О своём… О женском…
— Э-э-э? — Проблеял собеседник, окончательно впав в ступор от моих алогичных построений.
— Сказал же, не бери в голову. — Отмахнулся я. И, дабы перевести разговор на другую тему, полюбопытствовал. — На когда, говоришь, намечено первое выступление?
— Хотелось бы, приурочить ко дню космонавтики. — С надеждой взглянул на меня художественный руководитель, делавшего свои первые робкие шаги зарождающегося Вокально-Инструментального Ансамбля. — Как думаешь, получится?
— А филя? — Прикинув в уме количество оставшихся до намеченной премьеры дней, пожал плечами я. — Если ты и Виктория Ивановна сильно лажать не будете, то почему бы и нет. — Я придал взгляду как можно больше уверенности и закончил мысль. — Ну а, ударник — он и в Африке ударник! Молоти себе, да старайся не выбиваться из ритма.
— Твои б слова, да Богу в уши! — С какой-то тайной надеждой, пробормотал Сергей. И, словно утешая самого себя, сказал. — В крайнем случае, перенесём премьерное выступление на Первое Мая. Ну или, ели будет совсем швах, то на девятое.
— Да, не переживай ты так. — Я фамильярно ткнул «полуначальника» локтем в бок. — Подумаешь, два с половиной десятка песенок набренчать!
— Мальчишка! — Немного успокоившись, но, тем не менее, с лёгкими осуждающими нотками в голосе, укорил меня Сергей. И, тут же выбросил из головы пораженческие мысли и закончил. — Хотя, твой юношеский оптимизм внушает надежду.
— Да не сцы, дядя! — Ставя точку в разговоре, жизнеутверждающе воскликнул я. — И песни разучим, и на всех концертах слабаем! В общем, всё будет пучком. — И, вдруг, как показалось, не совсем к месту, выдал сам-собой возникший в голове экспромт.
Танцуй Россия! И плачь Европа!
У наших девушек самая, самая, самая
Красивая Опа!
— Это что, одна из твоих новых композиций? — Судорожно сглотнув, осторожно поинтересовался Сергей.
— Да не-е, прям счас в голову стукнуло. — Ни стал кочевряжится я. И, не в силах сдержать прущие из меня строчки, продолжил.
Стенай вся Франция! Поплачь немножко!
У наших девушек самые, самые, самые
Красивые Ножки!
— Юморист, бля! — Недоверчиво покрутив головой, и с совершенно непонятным выражением лица, то ли одобрил, то ли осудил меня «полуначальник». Впрочем, тут же выказав вполне закономерное любопытство. — А дальше? Про другие части тела наших девчат есть?
— Да, пожалуйста. — Не стал отнекиваться. И, ничтоже сумяшеся, выдал очередной экспромт.
Рыдает Англия! Грустит Италия!
У наших девушек самая, самая, самая
Красивая талия!
И, предвосхищая очередной, в общем и целом, вполне закономерный вопрос, не заставил себя уговаривать и продолжил фонтанировать идеями.
А ты, Америка! Отдай Аляску!
У наших девушек самые, самые, самые
Красивые глазки!
И, пусть всё НАТО! Палит из пушки!
У наших девушек самые, самые, самые
Красивые ушки!
— А ты знаешь… — Мысленно что-то прикидывая, задумчиво пробормотал Сергей. — В этом, определённо, что-то есть.
— Смысл есть! — Твёрдо заверил я его. — Да и, к тому же, весь мир и так знает, что советские девушки — самые красивые в Мире!
— Вот только насчёт «опы»… — Засомневался художественный руководитель и, по совместительству, дирижёр оркестра. — Знаешь, звучит как-то двусмысленно…
— Да ты чё? Охренел, что ли! — Возмущённо вытаращил глаза я. — В «Опе» же самый смак!
— Думаешь? — Засомневался Сергей. И, накручивая самого себя, загрустил. — Худсовет вряд ли пропустит!
— Ну, тогда хер им, а не патриотическая песня! — Вытянув руку и ударив ребром ладони по локтевому сгибу, пообещал я. Впрочем, мгновенно успокоившись и оптимистично обнадёжив. — Не захотят, так и Создатель с ними! Я ещё чего-нибудь сочиню.
— А вы знаете, я согласен с молодым человеком. — Внезапно встал на мою сторону до сих пор молчаливо внимавший моей импровизации и последовавшей за ней нашей словесной перепалке, водитель. — Без хм-м… как вы изволили выразиться «опы» песенка теряет значительную часть задора!
— Да я понимаю… — Грустно кивнул Сергей. Но эти чинуши!
— Ну, народ-то в любом случае петь будет. — Не согласился таксист. — И, одобрительно глянув на меня в зеркало заднего вида, похвалил. — Молодец, паря! — И тут же восхищённо добавил. — Кому расскажу — не поверят! Что прямо в моей машине и на моих глазах родилась такая замечательная песня.
— Куплет ещё нужен. — Практически окончательно сдавшись, вопросительно глянул на меня Сергей.
— Чичас. — Прикрыв глаза, сосредоточился я. И, снова поймав за хвост мелькнувшие где-то на краю сознания строчки, спросил. — Вика и Оксана петь умеют?
— Вика — однозначно да. — Тут же подтвердил Сергей. — А, что касается барабанщицы, то просто не в курсе.
— А, ладно. — Беспечно шмыгнул носом я. — Для куплета и одной солистки хватит. Ну а, припев мы с ней исполним на два голоса.
— На три. — Хитро усмехнувшись, поправил меня Сергей. И, дабы не возникло сомнения в его словах, занялся саморекламой. — Я, конечно же, не Кобзон и не Карузо. Но поддержать, исполнив несложную вокальную партию, вторым или третьим голосом смогу.
— Вообще хорошо. — Одобрительно кивнул я. И, так как суетящиеся в моём мозгу строчки обрели вполне законченный вид, негромко пропел.
Я девчёнка из простых
Без серёжек золотых
Вот таких, золотых
Но красивая, пардон!
Посмотри со всех сторон
Посмотри со всех сторон
И, не сговариваясь, мы дружно грянули припев. К моему удивлению, аж на три голоса. Так как у нашего таксиста оказался довольно-таки хорошо поставленный баритон.
Танцуй Россия! И плачь Европа!
У наших девушек самая, самая, самая
Красивая Опа!
Танцуй Россия! И плачь Европа!
У наших девушек самая, самая, самая
Красивая Опа!
— Хорошо поёте. — Восхитившись полученным результатом, похвалил водителя я. И, спеша удовлетворить любопытство, поинтересовался. — Учились где-нибудь?