Моя защитница (ЛП)

«Бет! Бет! Бет!»
Повторение её имени толкало вперёд.
***
Элизабет проверила предохранитель пистолета, сняла его и подняла оружие. По периметру дома рычали дикари.
— Где они? — спросила Мерин, сидя на диване и держась за руки с Ноем, оба были бледны как полотно. Джексон сидел в кресле в дверном проёме лицом к фойе. Насмешки снаружи становились всё громче, и Мерин зажала уши.
— Мы идём! Мы идём, чтобы вырвать твоего ребёнка из твоего живота, человеческая шлюха!
— Идите на хрен, придурки! — закричала она.
Элизабет знала, что это просто бравада; Мерин была напугана до смерти. Она тоже.
Она посмотрела на Рю, который сидел в кресле, снова и снова произнося одни и те же фразы на своём языке. По его вискам стекал пот и пропитал рубашку. Снаружи слабое голубое свечение не подпускало дикарей к дому. Что бы ни делал Рю, это работало, но стоило ужасной цены. Сквайр выглядел так, словно был в агонии. Бет подняла кулон, который светился ярко-синим. Она активировала его в ту секунду, когда Рю заметил приближение дикарей. Это было пять минут назад.
— Пожалуйста, поторопись, — прошептала она.
Рю застонал, и Элизабет услышала громкий треск в фойе. Рю открыл глаза.
— Я не могу их сдерживать, — выдавил он, тяжело дыша.
Мерин встала, будто собираясь пойти проверить, откуда доносится шум.
Элизабет толкнула её обратно к Ною.
— Оставайся здесь! Подумай о ребёнке! — закричала Элизабет и пробежала мимо неё. Она вбежала в прихожую, где Джексон в ужасе смотрел на открытую входную дверь. Без колебаний Элизабет навела револьвер и начала стрелять. Когда обойма разрядилась, дикарь согнулся, схватившись за грудь. Ухмыляясь, он, пошатываясь, встал. Джексон подкатился вперёд, встав между истекающим кровью диким и Элизабет.
— Джексон, нет! — закричала она.
— Что ты собираешься делать, дерьмо покалеченное? — Кровь и слюна капали с подбородка дикого.
— Это! — Джексон вытянул левую руку и переместил маленький медный амулет внутрь круга заклинаний. Элизабет пришлось прикрыть глаза, когда огромный огненный шар выстрелил вперёд, окутывая дикаря раскалённым добела пламенем. Крики наполнили воздух, когда вонь горелых волос и плоти наполнила фойе. Джексон откатился назад, кашляя от дыма. Элизабет отодвинула его кресло подальше от пламени, обратно в гостиную.
— Кто тебе сказал, что ты не можешь быть воином? — спросила она, хватая ртом воздух.
Джексон ухмыльнулся и кашлянул.
— Хорошо, что Рю вчера показал нам с Ноем тревожные заклинания.
Внезапно дикари исчезли из виду. Они больше не пытались проникнуть в дом через окна, и их нигде не было видно. Тишина была жуткой и тревожной. Вдалеке она услышала звук автомобиля, затем визг тормозов и низкий рёв.
— Похоже на медведя, — сказала Элизабет, возвращаясь к открытой входной двери.
— Эйдан? — спросила Мерин, подходя к ней.
— Нет. Байрон. О боже. Ты знал, что это физически возможно? — спросила она, не в силах отвести взгляд от Байрона.
— Нет, но, чёрт возьми, если это не самая крутая вещь, которую я видела за последнее время. — Мерин наблюдала, не моргая.
От нечеловеческого крика у неё по спине пробежали мурашки. Мерин в ужасе посмотрела на неё.
— Что это было?
Элизабет покачала головой.
— Я не знаю. Я никогда раньше не слышала такого звука.
Снаружи Байрон остановился, округлив глаза. Он бросил части тела, которые держал в руках, прежде чем он и ещё двое мужчин вскочили на крыльцо. Элизабет бросилась вперёд и сняла заклинание входной двери. Мужчины вбежали в дом, выглядя напуганными.
— Что это за хрень, Байрон? Нового монстра создали дикие? — спросил высокий мужчина с седеющей косматой бородой.
— Понятия не имею, Джон, но буду держаться подальше от этого. — Байрон обнял Мерин и поцеловал её в макушку. — Слава всем Богам, ты в безопасности. Когда мы подъехали и увидели, что они заполонили дом, я подумал о худшем.
— Рю удерживал их, — сказала Мерин, указывая на гостиную.
— И это было нелегко, — пошутил Рю. Ной помог ему идти, поддерживая с одного бока, а Джексон поддерживала с другой.
 
Элизабет осторожно подошла к двери и мельком увидела свирепого монстра, который выслеживал дикарей снаружи.
— О, милостивые Боги на небесах, Гавриэль. О, моя бедная пара, — прошептала она со слезами на глазах. Во время битвы он достиг апогея и теперь тонул в жажде крови.
— Это Гавриэль? — прошептал Байрон.
Подъехали два внедорожника, держась на расстоянии от Гавриэля. Воины подразделения высыпали из машин и наставили оружие на её пару.
— Нет! — закричала она
Бет спрыгнула с крыльца, подбежала и встала между своей парой и мужчинами, раскинув руки.
— Оставьте его! — закричала она.
— Уйди с дороги, Элизабет! — закричал Эйдан.
— Нет! Никогда.
От низкого рычания она повернулась лицом к монстру, который был её парой. Его клыки были пропитаны кровью и спускались на четыре-пять дюймов от подбородка. Она уставилась на их впечатляющую длину. У вампиров вырастало примерно на полдюйма клыков за каждую тысячу лет жизни. Хотя большинство старых вампиров удлиняли клыки только наполовину, чтобы насытиться или проявить агрессию. Полностью они удлинялись только в тех случаях, когда вампир чувствовал угрозу.
Теперь Гавриэль не скрывал свой возраст, а выставил на всеобщее обозрение
— Если думаешь, что будешь кусать меня этими штуками, нужно кое-что знать. — Она упёрла руки в бёдра и посмотрела на него. Она надеялась, что легкомыслие и юмор пробьются сквозь убийственный туман в его сознании. Он замер и склонил к ней голову. Она достучалась до него. — Сексуальное развлечение произойдёт только в том случае, если уберёшь эти бивни, мистер, — сказала она дрожащим голосом.
— Бет. Моя пара. — Его голос звучал хрипло и глубже, чем ей доводилось слышать прежде.
— Всё верно, любовь моя, это Бет, твой кролик. — Она с трудом сглотнула комок в горле; не могла потерять его сейчас, не тогда, когда, наконец, почувствовала, каково быть целостной.
Рот Гавриэля дёрнулся, и клыки начали втягиваться. Он сделал глубокий вдох, и через несколько секунд клыки втянулись полностью. Когда он поднял взгляд, глаза вернулись к обычному серому цвету и сфокусировались.
— Моя Бет, моя зайка, — прошептал он и раскрыл объятия. — Вскрикнув, она упала в них, рыдая. — Ш-ш-ш, любовь моя, я в порядке, всё кончено. Слава Богам, наконец-то, всё кончено. — Его губы были сухими и потрескавшимися, когда он прижался к её лбу.
— Они чуть не застрелили тебя, — закричала она, вспомнив, что они чуть не убили её пару. Бет развернулась и бросилась на Эйдана, нанося удары, куда могла дотянуться. — Как ты мог! Как ты мог пытаться убить его! — Она едва могла видеть сквозь ярость.
— Эйдан, серьёзно, какого хрена! — Мерин пнула Эйдана в голень.
— Ой! Ой! Чёрт возьми! Кто-нибудь, уберите её! Колтон, ты ненормальный, убери их от меня! — Эйдан старался блокировать её удары.
Бет оттащили сзади от командира подразделения.
— Я ненавижу тебя! Ненавижу! — закричала она.
— Бет! Бет! Детка, они заряжены транквилизаторами! — прохрипел Гавриэль, пытаясь заставить её услышать его. Она перестала сопротивляться, обернулась и шмыгнула носом.
— Правда?
— Да, детка. Хотя, даже если бы они застрелили меня, думаю, со мной всё было бы в порядке.
— Прости, малыш! — Мерин извинилась, с раскаянием глядя на свою пару.
Эйдан нахмурился на всех. Колтон начал смеяться. Эйдан оттолкнул его, и Колтон захрипел сильнее.
— Ты пошёл против армии дикарей и не получил ни царапины. Ты приходишь домой и бесишь женщин, и они чуть не убивают тебя!
Колтону пришлось положить руку Саше на плечо, чтобы успокоить. Командир подразделения Гамма так сильно смеялся, что пришлось опереться на Колтона, чтобы не упасть. Они взвыли и захлопали себя по ногам. Вскоре все мужчины смеялись, сбрасывая накопившийся стресс. На заднем плане Орон сообщил, что все подразделения вернулись без потерь, что дикари сбежали примерно в то же время, когда Гавриэль прибыл в поместье Альфы.