Я приручу тебя, босс (СИ)

— Где ты была? — из гостиной вышел Никита. В том же костюме, что и утром, раздраженный, в уличной обуви. Вероятно, только из офиса. Или откуда-нибудь еще, или от кого-то еще: невеста или реальная любовница, мне уже без разницы.
— Можешь считать меня деревенщиной, но раз эта моя временная жилплощадь, то разувайся, будь любезен. Я здесь босиком хожу, — проигнорировала вопрос и, сорвав с запястья резинку, завязала волосы в хвост. Взяла пакет и пошла на кухню. Никита за мной. Все также в туфлях.
  
— Тебе чего-то не хватает? — недовольно покосился на выложенные на столе овощи, мои любимые йогурты, пару сладких сырков и листовой Эрл грей.
— Не беспокойся. Я смогу обойтись без опеки Инессы Марковны. Бытовые вопросы в состоянии решить сама, — на него не смотрела. Фартука не было, но и я не в вечернем платье: топ, джинсы и витаминный салатик — отличная компания на вечер. Я помыла овощи и взяла доску для резки.
— Окей, — услышала прохладное, — тебе понадобятся деньги, — подошел и бросил рядом с моей рукой платиновую карту. Именную. Там было мое имя…
Нож завис над помидором. Я выдохнула и отложила его. От греха…
— Не нужно. Купить себе базовый набор продуктов я в состоянии.
— Арина, — услышала практически над ухом. Никита был рядом. Слишком близко, — ты будешь делать то, что я велю. Если я сказал бери деньги и трать, берешь и тратишь, я внятно изъясняюсь?
— Никита, — нарочно скопировала его тон, — я здесь, потому что виновата перед тобой, — так и не повернулась к нему. — Я отдам этот долг, но новых мне не нужно.
— Посмотри на меня, Арина. — я не шелохнулась. — Я не хочу говорить с твоей спиной! — обхватил мой локоть и резко развернул. Нет. Хватит! Он не имеет права трогать меня, унижать и делать больно!
— Не смей, понял! Я не твоя собственность! Не прикасайся ко мне!
Никита шагнул буквально вплотную, бедрами впечатывая меня в кухонный стол, подбородок приподнял двумя пальцами, склонился невыносимо низко.
— И так? — руку между моих ног запустил, поглаживая внутреннюю строну через ткань. Я замерла, кроликом загнанным едва дышала, видела, как дьявольские искры похоти топят арктический глыбы льда. Нет. Не дамся! Пусть его эго чешет невеста или бесконечные любовницы!
— Не смей, — свела ноги и толкнула в грудь. — Иди к Диане. Она, кстати, в курсе, что ты разыгрываешь спектакль с якобы любовницей под ее боком?
— Плевать! — Никита заключил меня в кольцо рук, в волосы пальцами зарылся, наматывая на руку.
— Пусти… — тихо выдохнула.
— А если нет? — он провел языком по моим губам. У него эрекция. Очень мощная, судя по упиравшемуся в живот члену. Никита практически поцеловал меня, когда моя рука взлетела, и он все-таки пропустил пощечину.
— Арина… — скрипнул зубами. На щеке отчетливо расползалось красное пятно. Я зажмурилась, приготовившись к ответному удару. Да, я уже ни в чем не была уверена. Если раньше не поверила бы, что Никита способен причинить мне физический вред, то сейчас готова ко всему. Я сильно разочаровалась в мужчинах. Богатые, властные и все до единого испорченные и развращенные вседозволенностью.
Я открыла глаза, когда его болючая близость, растворилась в воздухе. Никита тяжело дышал и смотрел на меня исподлобья.
— Завтра в восемь едем в офис. Приступаешь к фиктивной работе. Инструкции будут дальше.
Он стремительно исчез, а я осела на пол. Почему? За что? После всего… Как же я хочу разлюбить его…
  
Глава 24
 
Никита
Я буквально вылетел из квартиры. Бежал от Арины и огромных синих глаз, полных страха, боли и разочарования. Она боялась. Меня боялась.
Я ведь никогда не бил женщин. Иногда находила злость, но выплескивал на мужчин или боксерскую грушу. Женщины давно не волновали меня настолько, чтобы поднять бурю в душе. С Настей да, не сдержался тогда. Из-за Арины чуть не придушил. Я хотел сделать лживому ангелочку больно. Сделал. Теперь она меня боялась.
Я так и не смог уснуть. Все глаза ее испуганные вспоминал. А еще кожей ощущал, что рядом. Этаж, дверь, спальня. У меня даже есть ключ. Могу войти, лечь, обнять. Снять болезненное напряжение: не только физическое, но и душевное. Тянет меня к ней. Несмотря ни на что. Трясет рядом с Ариной, внутренности скручивает, душу выворачивает и на куски дербанет.
Не выдержал, поднялся, шорты надел и пошел к ней. Почему я должен мучиться?! Она была моей любовницей и приехала играть эту же роль! Так пусть все будет по-настоящему! Я с ума схожу. Хочу ее. Нужна она мне. Пусть это будет просто секс. Большего я не мог позволить, а Арина не захочет давать.
Спустился по лестнице, возле парадной двери замялся: нельзя так, но я уже не мог остановиться. Ночь притупила все острое и обнажила самое темное. Луна и звезды спрятались за черными тучами, не видно ничего, но я шел на ощупь, по запаху, ведьмой исключительно своим желанием к этой женщине.
Арина спала. Свернулась калачиком поверх одеяла: золотые волосы разметались по подушке, длинные ноги подтянуты к груди, сорочка задралась, оголив гладкие бедра. Вся сотканная из нежности и красоты. Я присел рядом и кончиками пальцев коснулся мягких волос, боялся разбудить. Игры света и тени дарили ей хрупкую таинственность и завораживающую непорочность. Ангел. Как же так вышло, Арина… Почему это случилось с нами…
Я поднялся и осторожно вышел. Как сложно быть с ней жестоким. Как больно причинять ей страдание. Нет, я не мог просто взять женщину по праву сильного. Мне слишком важно не растерять в ее глазах остатки человечности, какой бы сама Арина не была. Я не должен дрогнуть в борьбе разума и сердца. Слабых едят, а я не жратва! Завтра же приведу бабу и буду трахать так, что и в ее апартаментах стены трястись будут! Легче не станет, но я хотел, чтобы больно было не только мне. Я должен быть жестким, чтобы не проиграть в этой борьбе. Арина сама, по своей воли перешла на другую сторону баррикады. Это ее выбор.
Утром ждал Арину у машины. Курил и на дверь посматривал. Она вышла ровно в обозначенное время: узкая юбка безумно сексуально подчеркивала изгиб бедер, тонкая блузка обтекала стоячие груди, ножки длинные и стройные. Я сглотнул. Ну какого хрена она такая красивая?! Минимум макияжа, волосы золотой волной отброшены на спину, взгляд, правда, совершенно пустой. Она смотрела словно мимо меня.
— Почему не надела новый наряд? — снова грубил.
— Стыдишься любовницы или секретарши? Обеих?
— Поехали, — выбросил стик. Арина не шелохнулась.
— Думаю, нам не стоит приезжать вместе. Я ведь тайная любовница, которую ты пристроил поближе. Я поеду на такси.
— Нет. Ты поедешь со мной.
Я глаз с нее не спущу. Во всех смыслах, даже в тех, которые еще не осознавал головой.
— Ты хочешь скомпрометировать себя, бизнесмена с репутацией, мужчину, у которого есть невеста, сомнительной связью с неинтересной пустышкой? — Арина говорила поразительно серьезно. Я понимал, что мои слова припоминает. Кидает в меня тяжелыми камнями, но так тонко и бесстрастно. Да такая юная и свежая красота — честь для любого мужчины! Образованная, начитанная, воспитанная. По сравнению с ней другие женщины шелуха от семечек.
— Потерплю, — сделал приглашающий жест. Андрюха выбежал и открыл нам заднюю дверь. Арина дернула плечиком. Мол, дело твое.
Ехали в молчании по натруженным широким дорогам. Соседи от дорогих премиальных тачек до прогнившего отечественного автопрома. Шум, драйв, адреналин. Мой город. Ритм, с которым мы бились в едином темпе. Я бы хотел назвать Арину своей женщиной. Показать ей Москву, такой, какой знал: со всеми местами силы и тайными тропками. То, чего нет ни в одном туристическом путеводителе. Но судьба та еще дрянь, поэтому мы не разговаривали, а задыхались от мучительного притяжения. Я не знала, что чувствовала Арина, но сходил с ума от жажды. Я нуждался в ней. Болезнь какая-то. Отрава, золотая, чистейшая.
  
Я люблю тебя…
Ложь или правда? Неужели можно так притворяться? Еще пару дней назад был уверен, что да. Сейчас не знаю. Ее слезы были такими искренними. Либо я влюбленный идиот.