Под знаком Песца (СИ)

К супермаркету подъехал и Волков, ради разнообразия не с камерой, а с обычным бумажным договором, который дядя и подписал, после внимательного изучения. После чего мы выехали к месту раскопок.
Чуть в отдалении от огороженной территории нас ждали волковские люди, не рисковавшие подходить поближе. Контейнеры для планируемой добычи они так же выгрузили подальше, из-за чего дядя сразу начал ругаться. Ругань его пропала втуне, потому что главный заявил, что не нанимался рисковать жизнью, а контейнеры не такие тяжелые, чтобы мы сами их не оттащили дальше. И принимать заполненное он тоже будет только тут. Мол, приказ главы Рода, нежелающего рисковать здоровьем и жизнью своих людей на месте раскопок, уже прославившихся своей опасностью.
— Чтобы я еще раз связался с Волковыми! — бросил дядя в сторону уже отъезжавших машин. — И себе в ЧС добавлю, и других предостерегу.
— Формально они правы.
— Разве что формально. Да, такое отношение не явится причиной опротестования договора в суде. Но это проявление неуважения. И бросить контейнеры так нельзя. Придется тебе посторожить.
На мой взгляд, это было лишним — рядом вообще никого не наблюдалось, а уж контейнерных воров днем с огнем было не найти. Народ не слишком любил шариться у раскопок древних жилищ, потому что время от времени там что-то взрывалось при неправильном обращении. А каким было правильно обращение с каждым конкретным артефактам, иногда удавалось выяснить только на практике и только после очередной жертвы.
Простоял без дела я недолго — ровно столько, сколько потребовалось дяде разгрузить машину от наших вещей и вернуться.
Дядя ворчал все время, загружал со мной волковские контейнеры, ехал обратно и разгружал машину. Еще и мне досталось — мол, согласился по моему совету, и уже жалеет.
Обустройством лагеря дядя начал заниматься с установки защиты, потому что в его практике были случаи, когда крали уже подготовленные к отправке контейнеры, а нынешнее место слишком близко расположено к населенному пункту.
Я же вытащил двухкомфорочную плитку на магкристалле, коробку с видавшими лучшие времена предметами посуды и застыл над пакетом из супермаркета, раздумывая, что можно сделать приличного из такого куцего набора продуктов. В голове царил полнейший сумбур — раньше я эту сторону жизни обходил полностью.
Так. Время обеда — значит, что? Значит, логично приготовить суп. Я вытащил кастрюлю и использовал на ней заклинания: Чистка и дважды Чаша (Первая — чтобы окончательно убрать все следы грязи, вторая — чтобы наполнить водой). В кастрюлю же булькнул две куриные ножки с подложки и поставил на плиту, прикрыв крышкой. Осталось чувство недоделанности, но оно исчезло, стоило добавить в воду соль.
Теперь овощи. Чистку я оценил в полной мере как существенно экономящее силы заклинание, потому что после нее все выходило чуть ли не сияющим, не нуждающимся в дальнейшей обработке водой, оставалось только снять кожуру и порезать. Движения поначалу неуверенные, с каждым повторением становились все профессиональнее и точнее. И последние аккуратные ровные кусочки сильно отличались от первых и почищенных кое-как, и порезанных как попало. Навыки как будто вспоминались телом. Причем для каждого овоща отдельно. Получается, пока в активе чистка картошки, моркови и лука.
Лук с морковью спассеровал на найденной и очищенной сковороде, после чего все подготовленные овощи полетели в уже закипевшую воду, потому что на уровне подсознания я понимал, что бройлер готовится быстро, а значит выдерживать бульон дольше смысла не было. Туда же я насыпал немного риса и добавил лавровый лист. Больше специй все равно никаких не было. Почему-то даже про перец мы забыли.
Покончив с этим делом, я уселся на траву и принялся составлять список недостающего. Самое смешное, что я даже не знал названий части из того, что было нужно. То есть зрительно представлял, но с этим образом не было связано никакого слова в современном языке. Пришлось лезть в интернет и приводить зрительный образ в соответствие с нужным словом. Песец сказал, что там не уровень гранд шефа? Пожалуй, он обманулся, потому что две из приправ, которые я посчитал нужными, свое происхождение имели с Изнанки, в результате стоили столько, что я решил: вполне можем обойтись без проверки, насколько сильно это влияет на конечный вкус блюда. Самое смешное, что, когда я обнаружил, откуда эти приправы, в голове словно что-то щелкнуло и я вспомнил их теперь уже из описания содержимого Прокола первого уровня. Из плюсов — узнал, как это называется сейчас и что никто не использует нынче это в кулинарии. Ну или, как не так давно говорил Олег, все это слишком тщательно скрывается от посторонних.
 
Список был составлен, а Олег все еще занимался защитным контуром. Ставить лагерь без него было непредусмотрительно, суп фактически доварился и дойдет на самой слабой температуре, которую можно было выставить, поэтому я решил воспользоваться получившимся свободным временем и подхватил клинки.
— Олег, я потренируюсь минут пятнадцать! — крикнул, я не особо рассчитывая, что дядя услышит, но он кивнул и помахал рукой показывая, что одобряет.
Я огляделся, прикидывая, где лучше провести тренировку, чтобы не попасть под камеры, которых с прошлого раза еще прибавилось, и зачем-то отправил заклинание Сопряжения, как будто оно могло помочь в выборе.
То, что в этот раз отклик возник, оказалось для меня полнейшей неожиданностью. Наверное, было глупостью не предупредить, куда я направился, но говорить ничего подобного перед чужими камерами нельзя. Поэтому я решил пробежаться до точного места, а там, если не будет свидетелей, просто попробовать заклинание прокола. Открыть и закрыть. Чтобы понять, работает оно в принципе или нет.
Так я себя уговаривал, двигаясь по направлению, указанному Сопряжением, хотя уже понимал, что, если сработает заклинание Прокола, я непременно загляну на Изнанку. Оружие при мне, Первый уровень — самый слабый. На всякий случай уточнил у Песца, возможно ли войти в Прокол первого уровня в одиночку. И выйти, разумеется, потому что только войти мне было мало.
«Конечно, — уверенно ответил он. — Это вообще детский уровень. Фауна местная деревянным мечом забивается на раз-два. А флора неагрессивна, а напротив, идет во множество лечебных зелий. Впрочем, фауна тоже идет, и не только в зелья».
Было видно, что Песец и сам горит желание сунуть нос в Прокол, если последний вообще получится. Он не был бездушным голосом в голове и как мне казалось, чем дальше, тем больше становился чем-то большим, чем симбионт.
Подходящее для прокола место оказалось недалеко, но за пределами зоны камер. Я остановился, настраиваясь на нужные действия.
«Ставишь Маяк. Открываешь Прокол — и сразу закрываешь, — менторским тоном начал воспитывать Песец. — Потом опять открываешь и опять закрываешь. И так до того момента, когда не будешь задумываться, как это проделывать».
Я кивнул, подтверждая, что всю процедуру помню, как и то, что Маяк ставится при входе в Прокол с обеих сторон. То есть когда я туда войду, нужно будет поставить второй. И закрыть за собой прокол, если я собираюсь отходить от него больше, чем на один шаг. Закрытие сильно беспокоило, но иначе никак — даже с Изнанки первого уровня могло наползти много всякой недружелюбной дряни.
Маяк я выставил, а потом вытащил оружие из ножен и впервые использовал заклинание Прокола. На прокол результат не походил вовсе, скорее на разрез, через который начало просматриваться совсем другое место. Вглядеться я не успел.
«Закрывай, чего встал? — рявкнул Песец. — Потом насмотришься, изнутри».
Я вздрогнул и торопливо закрыл. Повторив эту нехитрую связку открытие-закрытие несколько раз, я посчитал себя готовым посмотреть на Прокол изнутри и сделал шаг. Ни поставить Маяк, ни закрыть Прокол за собой я не успел, потому что меня сразу же атаковала… бабочка. Огромнейшая бабочка, с размахом крыла метра в два, попыталась ткнуть в меня своим хоботком (да какой хоботок? Хобот такой, что ему иной слон позавидовал бы) и, подозреваю, не с желанием поцеловать, потому что хобот оканчивался отростком, напоминающим узкий стилет.