Кобра клана Шенгай (СИ)

— И не ждут, и не жаждут, — заметил Хидео, услышавший наш разговор. — Хотя вообще-то господин Цочи всегда рад гостям. В том году не успели мы войти, как…
Отчаянный крик оборвал наш разговор.
Я бы покрутила пальцем у виска, но увидела, что милое светлое окошко превратилось в оскаленную пасть с багрово-чёрной глоткой и острыми, как иглы, зубами.
Поначалу я просто не поверила увиденному.
«Галлюцинация? — мелькнула мысль. — Но вот такая массовая, что ли?»
Однако кровь…
Пасть клацнула челюстями.
— Здесь тоже! — вскрикнула Мисаки, указывая на окно напротив.
Четыре окна в столовой. Все четыре превратились в жуткие пасти, готовые в любую минуту сожрать того, кто неосторожно приблизится к ним.
— И двери! — рявкнул Гару.
С дверьми ситуация была не лучше. Тоже пасть, только другой формы. Более мерзкая и большая. Кажется, что только подойдёшь — и тебя сожрут в мгновение ока.
Мы вскочили на ноги, стулья с грохотом попадали в разные стороны. Кажется, машинально все стали в боевую стойку, правда, вряд ли это поможет от таких зубищ.
— Вы уверены, что в прошлый раз были именно в этой столовой? — спросила я, не отводя взгляда от ближайшей пасти.
Как с этим бороться-то? Будь на поясе хотя бы меч, можно было бы попытаться воевать, а так… одни палочки да нож. Не густо.
— Здесь, — ответила мне почему-то Сату, которая оглядывалась по сторонам, хмурилась и тоже не понимала, что с этим всем делать.
— И было всё нормально, — добавил Хидео, оценивая ситуацию.
Хотя что её оценивать, и так видно, что отвратительная.
— Видимо, изменились правила, — заметила я. — Теперь тут не столовая кормит гостей, а гостями — столовую.
Послышался чей-то нервный смешок. Ну да, тут и не поспоришь. Радовало одно — на нас пока никто не нападал.
Я пыталась сообразить, что всё это значит. Какой-то особый вид цуми? Или тут такие дома в порядке вещей? Судя по побледневшим лицам моих товарищей, всё же не в порядке. Что ж, уже неплохо.
— Как с этим бороться, кто-то знает? — тихо спросила я наугад.
Ушей у этих тварей не видно, но кто его знает, может, они всё-таки слышат? Тут теперь всё возможно. Очень хочется думать, что учителя про нас не забыли и таки попытаются что-то сделать снаружи.
— Шенгай, полагаешь, ты тут самая умная? — огрызнулась Сату.
Поразительно. Даже в такой ситуации она умудряется не думать, как побороть тварей вокруг, зато не забывает подкалывать. Плохой из тебя воин, Сату Икэда. А вот ядовитая гадина — очень даже ничего.
Я не ответила, но в это время быстро прикинула ситуацию. Итак, нас тут десять: пять девчонок и пять парней. Одна из наших ранена, значит, на неё рассчитывать не стоит, но придется прикрывать.
Один из токугавских ребят смело шагнул вперёд, но Хидео поймал его за пояс и дёрнул назад.
— Стой, по глупости сейчас окажешься закуской.
Но тот фыркнул, отмахнулся и начал деловито обходить помещение, временами касаясь ладонями стен и старательно обходя окна и дверь.
Что-то мне в этом очень не нравилось. Исследовать территорию надо, но делать это с пустыми руками — бред.
— Это мадо-норои, — еле слышно сказала стоявшая за нами девушка в голубом кэйкоги. — Проклятые окна, которые пожирают тех, кто оказался в доме.
«Чоу, — внезапно выплыло на поверхность воспоминание. — Её зовут Чоу. Именно так называла её Тэхико».
— Их можно как-то победить? — хором спросили мы с Сату.
— Мадо-норои — это проклятье, его может наслать только колдун, — произнесла она, облизнув губы. В чёрных глазах стоял ужас. — Проклятье можно снять. Нужен оммёдзи, который проведет ритуал очищения.
— Среди нас есть оммёдзи? — снисходительно поинтересовалась Сату.
И охнула, получив от меня тычок в бок.
— Да ты…
— Заткнись, — прошипела Харука.
— Что делать, если оммёдзи нет? — напряжённо уточнила я.
Конечно, я бы не отказалась от человека, который может изгнать духа, снять проклятие и навалять плохим монстрам, но надо выкручиваться самостоятельно.
Чоу прикрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Рана на руке была страшной, её стоило перевязать, но пришло странное чувство: девочка сама знает, что и как делать.
 
— Можно прорубить вход в стене, — выдохнула Чоу. — Обычно в ход идёт заговоренная сталь, но… — Она окинула нас всех взглядом. — Но…
— Стали у нас нет, — подвела итог я. — О заговорённой даже речь не идёт. Поэтому будем работать с тем, что есть.
Конечно, имеется кайкэн, но куда ему? Это так, зубочистка для клыков тварей.
— А как… работать? Изобразим танец черных журавлей? — хмыкнул кто-то из парней.
Я сжала левое запястье, нащупывая шрам от подарка богини. Плетунья ведь не просто так помогла мне, главное сейчас сообразить, как поступить.
Как заговаривать — понятия не имею. Но должен быть какой-то выход.
Изучавший территорию мальчишка неожиданно прислушался.
— Там кто-то есть, — сообщил он и указал на стену.
В подтверждение его слов послышался рев, от которого похолодели руки. А вот это уже не челюсти в окнах.
Откуда-то донесся гул.
— Отойди от стены! — рявкнула я и кинулась вперёд.
В этот же момент из стены вырвались когтистые лапы. Мою левую руку обожгло, из-под кожи вырвался фиолетовый кумихимо и светящейся плетью хлестнул перед ними. Две лапы сжались, но одна дотянулась до парня. Тот вскрикнул, попытался извернуться, раздался влажный хруст.
Я снова хлестнула кумихимо — когтистые пальцы разжались. Хидео с кем-то ещё быстро оттянули жертву в безопасное место.
Стена теперь дребезжала, рычание стало громче, лапы с бритвенно-острыми когтями появлялись то тут, то там.
— Держитесь подальше! — крикнула Мисаки.
Лапа хлестнула в сантиметре от меня. Вскрикнув от неожиданности, я выхватила кайкэн и ударила им по длинным кривым пальцам. Послышался визг. Глаза кобры на рукояти вспыхнули сиреневым пламенем, по телу пронесся жар, и в голове прозвучало одно слово:
— Бей.
  
Глава 6
 
Всё моё тело переполняла рёку. Ещё чуть-чуть — искры полетят с пальцев. В одно мгновение кумихимо живой змеей обвился вокруг моей руки и слился воедино с рукоятью кайкэна.
Я пригнулась, уходя от удара лапы. Выбросила кулак вперед — удар шнуром и ножом. Вспышка. Визг.
Мои товарищи не теряли времени. Парни отбивались стульями, девчонки хватали всё, что попадалось под руку: палочки, бутылки соуса, картины, маски со стен.
Но самое действенное оружие было у меня. Я только успевала замечать, как вспыхивают глаза кобры. Сообразив, что бой с живыми стенами только истощит нас и надо искать другой выход, я повернулась к бывшему окну. Конечно, лучше бы дверь, но там зубы будут побольше, а глотка, если предчувствие не обманывает, подлиннее. Поэтому только окно.
— Аска! Не тормози! — рявкнула Сату.
Я отпрыгнула назад, уступая ей место, но сама покачнулась и чуть не влетела в стену. Кубарём откатилась в сторону, уходя с траектории удара когтей. Вскочила на ноги и рванула к окну.
Кумихимо с ножом нырнул прямо в раскрытую пасть.
— Дура, он тебя сожрёт! — заорала Харука и кинула ко мне, чтобы оттащить.
Кайкэн застрял. Я дёрнула что есть сил, тварь рычала и скулила одновременно. В плане мобильности были проблемы — двигаться она не могла.
Кумихимо раскалился до предела, казалось, сейчас загорится огнём моя кожа. С губ сорвался крик, Харука охнула и дёрнулась. Видимо, её обжигало тоже. Шнур поволок меня по полу к пасти. Я успела подпрыгнуть и двумя ногами шарахнуть по нижней челюсти.
— Не сожрёшь! — выплюнула я.
И ударила ещё раз. А потом ещё. В следующий момент почувствовала прилив рёку и резко подняла вверх руку, за которой тут же рванул кумихимо. Тварь жутко завизжала, вспышка фиолетового света рассекла её на две половины.
 
В нас полетели ошмётки плоти и брызги крови. Мы с Харукой тут же хлопнулись на пол, позади послышались крики наших товарищей. Слава Плетунье, боли там не было.