Элвис Пресли. Последний поезд в Мемфис
«Он, конечно же, знал, что наибольшее воздействие он оказывает на женщин, — рассказывал Джимми Роджерс Сноу. — Я видел старушек, танцующих в проходе между рядами. Я видел мать и дочь, соперничающих в попытках привлечь его внимание и ревнующих друг друга. Жуткое зрелище: они были полностью заворожены этим парнем». «Элвиса всегда расстраивало плохое отношение к нему со стороны молодых людей, — дополнял картину Боб Нил, — ведь он хотел стать одним из них, стать их кумиром, но во многих районах парни реагировали попросту агрессивно, я полагаю, как раз потому, что девушки вели себя совершенно иначе. Это больно задевало Пресли. Знаете, мы могли часами обсуждать это обстоятельство, когда ехали в машине. Он не понимал, почему так происходит. Но, очевидно, было мало шансов на то, что значительная часть этих подростков когда–нибудь изменит свое отношение к Элвису. Они просто бесились из–за того, как на него реагировали девушки». Впрочем, нет худа без добра. Не было такого аспекта в новой жизни Элвиса, который не был бы ему интересен. Когда к их турне присоединились сестры Картер и матушка Мейбелл, Скотти и Элвис приударили за Анитой, младшей сестрой, и считали своей большой победой, когда смогли уговорить ее поехать с ними покататься вдали от зоркого, неусыпного взора матушки Мейбелл. В один из последних дней турне, около Хоупа, штат Арканзас, они застряли на дороге, пока искали кратчайший путь в город, и Скотти весело проводил время с Анитой на заднем сиденье, в то время как остальные делали все возможное, чтобы уговорить фермера помочь им вытолкнуть машину из грязи. Джимми Сноу вспоминал, как они весело смеялись на обратном пути в Хоуп, обсуждая это забавное происшествие.
Два дня спустя турне закончилось в Бастропе. Хэнк Сноу к тому времени уже давно уехал (его последний концерт проходил в Монро, штат Луизиана, в предыдущую пятницу), и, хотя не существовало никакого договора с Jamboree на будущее, у группы была абсолютная уверенность, что они выполнили все, что задумали: они расширили свою аудиторию и к тому же хорошо провели время.
В субботу, 26 февраля, они совершили свою первую поездку на север, в Кливленд, чтобы выступить в Circle Theater Jamboree. Боб Нил сопровождал ребят в надежде на то, что это может способствовать их дальнейшему продвижению, что с помощью контактов, налаженных с радиостанциями, или просто по причине постоянного пребывания на виду что–то должно произойти. Исключая эти соображения, у него не было никаких определенных ожиданий, они даже не решили, где остановятся. Томми Эдварде, The City Slicker Turned Country Boy и руководитель Hillbilly Jamboree, крутил записи Элвиса с прошлой осени и был его неизменным поклонником. Он заверил Боба Нила, что в Кливленде большой спрос на такую музыку. Со всеми южанами, которые наводнили город после войны вдобавок к чернокожему населению, которое занимало округ Хоу, не считая коренного населения, Кливленд был действительно городом музыки. Каждую пятницу ночью в Circle проходили ритм–энд–блюзовые шоу.
Однако наиболее ярким показателем грядущих перемен в музыке был, возможно, поразительный успех Алана Фрида, который нашел здесь — и в эфире, и в концертной деятельности — такую же аудиторию из молодых белых поклонников ритм–энд–блюза, как Дьюи Филлипс в Мемфисе. Фрид, обладающий более яркими способностями и дальновидностью в делах по сравнению с Дьюи, покинул Кливленд всего лишь несколько месяцев назад ради более прибыльного рынка в Нью–Йорке, где он продолжил свою работу в том же стиле музыки, представляя аудитории лучших исполнителей блюза (группы «Дрифтерз», «Коверз», Фэтс Домино, Бит Джо Тернер и еще полдюжины звезд), и заявил свое право на то, чтобы запатентовать термин «рок–н–ролл». А Билл Хейли, который был очень популярен в этом городке! Видел ли Боб Нил его представления? Билл вел ритм–энд–блюзовые концерты со своей группой «Комете». Казалось, что именно здесь, в Кливленде, сливаются все разветвляющиеся стили и направления.
Той ночью шоу прошло успешно. Элвис все еще оставался непопулярным в Кливленде по той причине, что распространение записей Пресли компанией «Сан» не достигло пока нужного уровня в городе. Но если Боб Нил поначалу и испытывал опасения насчет того, как северная аудитория примет новую музыку, то его страхи быстро рассеялись. Элвис произвел на северян то же впечатление, что и на остальных. Молодежь сходила по нему с ума. Старшее поколение хранило молчание. Распространение сувенирных фотографий группы, которым занимался Билл, шло успешно. Томми Эдварде продавал в фойе их записи (привезенные из Мемфиса в багажнике машины, принадлежавшей Бобу). После концерта Эдвардс предложил Биллу кое с кем познакомиться. Это оказался тот самый человек, который устраивал шоу Билли Уорда и Билла Хейли. Он только что пришел со своей четырехчасовой субботней работы на WCBS в Нью–Йорке. Может, Элвис сможет дать новое интервью, хотя уже было одно днем в прямом эфире для шоу. Они пошли на станцию, и там встретили Билла Рэндла.
В то время Рэндл был легендарной личностью на радио. Это был высокий, интеллигентно выглядевший мужчина, в черных, с роговой оправой очках, о котором две недели тому назад в журнале «Тайм» поместили статью, в которой говорилось: «Лучшим диджеем прошлого года признан Билл Рэндл из Кливленда, 31 год, надежный, располагающий к себе парень, работающий в эфире шесть дней в неделю, с 2 до 7 вечера на радиостанции WERE». Судя по материалу, опубликованному в статье, Рэндл предугадал восхождение пяти суперзвезд 1954 года, открыл Джонни Рея, изменил название группы с Canadaires на Crew–Cuts, а также нашел им их первый хит, водил «Ягуар», зарабатывал 100 000 долларов в год на своем вечернем шоу по субботам на канале CBS-шоу в Нью–Йорке, последнем из числа его беспрецедентных достижений. Сам Рэндл так объяснял свой успех: «Я постоянно получаю огромное количество записей и отсеиваю самые неудачные, а остальные прокручиваю в своей программе, чтобы посмотреть, как реагируют слушатели. После я заношу результаты в компьютер. Я сам компьютер. Мои подсчеты настолько точны, что я могу сказать своим слушателям: «Эта композиция станет № 1 через четыре недели». Рэндла спрашивали, нравится ли ему та музыка, которую он крутит. Диджей, предпочитающий джаз и классику, которого несколько лет назад уволили с Детройтской радиостанции за отказ крутить попсу («для меня было большой проблемой проигрывать в эфире популярную музыку. Я почти физически заставлял себя крутить эти записи»), бодро отвечал в интервью для журнала «Тайм»: «Когда дело касается музыки, я становлюсь абсолютным шизофреником. Моя работа заключается в том, чтобы давать публике то, что она хочет. Вся эта чушь просто товар, и я это понимаю».
Впервые Рэндл услышал музыку Элвиса Пресли через Томми Эдвардса, но, в то время как Эдвард крутил «Blue Moon of Kentucky» для своей деревенской аудитории, Рэндл услышал что–то из блюза. До того как он начал ездить в Нью–Йорк, он, конечно же, играл Элвиса Пресли, но после, когда он прокрутил в эфире «Good Rockin' Tonight» в своем CBS-шоу, то, по собственному признанию, превратился в персону нон грата на своей радиостанции.
В ту ночь они сделали интервью на студии WERE, и Рэндл прокрутил три записи из тех, что были выпущены на студии «Сан». После интервью все были окончательно измотаны. «Он был очень застенчивым, говорил о Пэте Буне и Билли Хейли как о своих кумирах, называл меня мистер Рэндл. Очень вежливый, очень интересный, он много знал о музыке и выдающихся личностях Мемфиса. Разговор был захватывающим». Почти такое же впечатление произвел на Рэндла и Боб Нил. «Боб Нил показался мне действительно интересным человеком. Это была яркая личность. Он был обычным местным диджеем и промоутером, но в нем чувствовался класс». Рэндл пригласил Нила пожить у него, и они проговорили большую часть ночи. К концу вечера Рэндл был убежден, что Нил «обладает большим творческим потенциалом», он порекомендовал ему человека, который мог помочь Элвису попробовать свои силы в Arthur Godfreys Talent Scouts. Когда они распрощались, Рэндл пожелал Нилу удачи с его протеже и выразил надежду увидеть его представление, когда они вернутся в Кливленд и в Circle Theatre в следующем месяце. После того как они расстались, Рэндл отправился вести свое субботнее ралиошоу, а Нил с ребятами пустились в долгий обратный путь.