Элвис Пресли. Последний поезд в Мемфис

В воскресенье в 6 часов вечера Элвис поднялся по знакомым уже ступенькам зала «Эллис». В концерте участвовали Минни Пирл, гитарист–виртуоз Хэнк Гэрланд, местная звезда кантри–вокала Эдди Хилл, а также вокальная группа Jordanaires, не говоря уже о Роберте Пауэрсе, самом маленьком кантри–певце в мире. Кассир, продававший билеты, сразу узнал Элвиса и выдал ему специально оставленный билет. Элвис сразу привлек к себе внимание окружающих, так как на нем была ярко–розовая рубашка, черные штаны и остроносые белые ботинки. Эдди Арнолд пел «Don't Rob Another Man's Castle», «I'll Hold You in My Heart», «Any Time» и «I Really Don't Want to Know» (свой последний самый популярный хит). Он пел без усилий, и голос его лился свободно и прекрасно оттенялся бэк–вокалом Jordanaires.
После окончания концерта Боб Нил разыскал Элвиса и провел его за сцену, где тот некоторое время бродил, с интересом и удивлением осматривая реквизит. Оскар Дэвис вышел к ним и, казалось, проявил искреннюю радость от встречи. Он представил его Эдди и Хойту Хоукинсу из группы Jordanaires. Уставившись в пол, Элвис пробормотал, что ему очень понравилось, как пела группа. Хойт ответил, что им тоже понравилось выступление Элвиса. Они слышали записи Элвиса по радио, когда были в Калифорнии с Эдди. Им тогда показалось, что поет квартет. Элвис покраснел, а руки его в это время суетливо двигались. Если он когда–либо достигнет успеха, подобного успеху Эдди Арнолдса, сказал он, ему бы хотелось выступать с такой группой, как Jordanaires. Если он когда–нибудь будет популярным, он хотел бы записать с ними пластинку. Считает ли Хойт такой поворот событий возможным? Хойт ответил, что, конечно, это возможно: в Нэшвилле они много работали на подпевках — это становилось все более и более популярным. Хойт заверил, что они бы с удовольствием поработали с Элвисом. Тем временем Оскар намекнул, что пора прощаться. Напротив концертного зала располагалось небольшое кафе, и он предложил Элвису и Бобу Нилу зайти туда, чтобы выпить стаканчик колы или чашечку кофе. Когда они выходили из зала, упитанный мужчина в мятом костюме и сигарой во рту скользнул по ним быстрым взглядом и сразу переключил свое внимание на какой–то другой объект. Элвис спросил у Оскара, кто это был. «Это, — ответил Оскар с уважительным, но каким–то нетерпеливым жестом, — это был Полковник Паркер».
Вечером в следующую субботу Элвис подписал стандартный договор о сотрудничестве с руководством «Хайрайда» сроком на один год. Ему полагалось 18 долларов за выход как лидеру группы, Скотти и Билл получали по 12 долларов. Им разрешалось пропустить пять концертных дней и использовать это время для гастрольных выездов. Однако мистер Логан заверил их, что в зависимости от конкретной ситуации можно неофициально договориться о смягчении этого условия. Вернон и Глэдис сопровождали Элвиса в Шривпорт, куда он ездил для подписания контракта. Все они остановились в гостинице «Капитан Шрив».
В ту же самую неделю хит «Good Rockin' Tonight» занял третье место в чартах Мемфиса, а самый первый их сингл продолжал занимать верхние строки чартов в большинстве южных штатов. «Биллборд» опубликовал рецензию на сингл в разделе «Прожектор», в которой говорилось: «Песни с этого уже прогремевшего по стране сингла доказывают, что Элвис Пресли — это новая восходящая звезда. Его стиль сочетает в себе черты кантри и ритм–энд–блюза и может претендовать на огромную популярность в ближайшем будущем». Сэм Филлипс был счастлив. Такая рецензия не просто вооружала его для дальнейшей борьбы; было ясно, что распространители записей и производители музыкальных автоматов ни в коем случае не смогут ее проигнорировать. История с несколькими записями Билла Хейли подтверждала такое умозаключение. Каждый день Сэм видел свидетельства растущей популярности, так как у него все чаще появлялись молоденькие исполнители кантри. Они слышали в музыке Элвиса что–то новое, чего еще не могли толком определить для себя, но ощущали, что за этим будущее. И Сэм был абсолютно уверен, он точно знал, что придет день, когда главным во всем этом деле будет сама музыка, и не надо будет выстраивать целую индустрию для ее продвижения. Однако сейчас свое мнение, сходное с мнением Сэма Филлипса об этой музыке, высказал в «Биллборде» сам Пол Акерман, человек, с которым Сэм никогда до того не встречался, но глубоко его уважал.
 
Глэдис добросовестно подшила эту рецензию в специальный дневник, который она вела. Ей сложно было поверить, что дневник заполняется посвященными Элвису публикациями с такой скоростью. Она с воодушевлением обсуждала с Дикси его новую «карьеру». Они «пережевывали» всякую информацию, которую каждой из них удавалось добыть. Было невероятно, что события развиваются так быстро. Глэдис говорила, что надо было видеть ту молодежь в Шривпорте, которая просто сходила с ума по Элвису. Ему приходилось несколько раз выходить на бис в обоих отделениях концерта. Помимо этого, им очень нравилась гостиница…
Дикси волновалась за Элвиса. Когда он уходил, она тревожилась о нем, молилась, чтобы успех сопутствовал ему и не покинул его. Когда он был Дома, она переживала из–за того, что отношения между ними менялись: еще три месяца назад главным событием, занимавшим их мысли, была свадьба (если бы у них хватило силы дождаться), а теперь его мысли витали где–то далеко. Она терялась в догадках, нет ли у него кого–нибудь еще, но серьезно так не считала. Она была уверена, что это не так, просто он был несколько ошеломлен свалившейся на него популярностью: его узнавали, куда бы он ни шел, а некоторые девушки совсем теряли стыд, пытаясь привлечь его внимание, против чего он, похоже, совсем не возражал. Они захаживали в «Чиску», чтобы повидать Дьюи, в то время как он вел свое радиошоу. Иногда Элвис ходил туда один. Она не знала точно, что они делали после: иногда играли в бильярд, иногда просто смотрели фильмы в гараже Дьюи. Она знала, что временами они бывали на Бил–стрит, потому что он рассказывал ей о встрече с Би Би Кингом, о некоторых злачных клубах, которые посещал, и их владельцах. Казалось, он был действительно впечатлен всем этим — он видел вызывающе одетую Дауэлл Фалсан в клубе Хэнди и исполнил для нее один из хитов — «Reconsider Baby», который она, должно быть, слышала, если было время прослушать записи Чарли. Он описывал, как Калвин Ньюборн создавал свои хиты во время игры на гитаре в Flamingo Lounge. Чистейший энтузиазм, зачарованность в широко открытых глазах, жажда нового опыта являлись основными чертами ребят, которых знала Дикси. Но в Элвисе было и кое–что другое. Она знала об этом, равно как и миссис Пресли, но ни одна из них не хотела обсуждать это с другой. Таким образом они обходили острые углы и выражали свою надежду на то, что мальчики будут осторожны.
В конце футбольного сезона Элвис приехал в «Хьюмз», в то время как футбольная команда направлялась в Барт лет для участия в матче. Один из известных игроков, Ред Уэст, который пришел в команду, когда Элвис еще учился в школе, заметил его в тот момент, когда команда усаживалась в автобус. «Мои поздравления», — сказал он, когда Элвис вылез из салона своего старого «Линкольна». Он пригласил Элвиса пойти посмотреть игру, Элвис последовал за автобусом в Бартлет и по окончании игры спросил Реда, не хочет ли тот сходить на выступление, которое он дает в следующие выходные. Ред сопровождал его на шоу, которые проходили по выходным, до конца учебного года.
Элвису нравилось, что Ред был рядом. Это придавало ему уверенности, да и Ред хорошо ладил со Скотти и Биллом. Тем не менее Элвис все еще чувствовал себя неуютно в Мемфисе, так как ему казалось, что люди превозносят его больше, чем он того заслуживает: что он как будто бы постоянно находится на сцене. Он никогда не мог чувствовать себя абсолютно раскованным, быть самим собой. Он становился городской знаменитостью и не знал, как себя вести. Восьмого ноября, когда они играли в Мемфисе, Элвис сфотографировался с майором Тоби. «Он обязательно заглянет в газеты, — сказал Гай Лански, — он беспокоится насчет того, что о нем напишут». Ронни Смит вспоминал, как он однажды столкнулся с Элвисом в WHHM, и тот сказал: «Эй, Ронни, я покажу тебе свой новый «Кадиллак». Мы зашли в лифт, спустились вниз. Обойдя стоянку, пошли дальше, пока не оказались перед телефонной компанией. Там был припаркован его старый «Линкольн»! Случалось, бывшие друзья Элвиса проходили мимо него, и он не мог понять, то ли они насмехаются над ним, то ли они его не одобряют, то ли каким–то образом чувствуют, что он поднялся выше, чем они.