Непокорная на княжеском отборе (СИ)

Нет. Хватит! Так не пойдёт. Я хозяйка своего тела, своего разума и своих желаний. Если заставит — уйду.
Возможно, какие-то чувства у меня к нему имеются, уж сексуальное влечение, точно. Но мне нужно разобраться с ними самостоятельно. Понять, как далеко готова зайти. Не он готов, а я сама. Нужно подумать, хорошенько подумать. Включить хоть раз в жизни собственную голову. А вот так прыгать в объятия малознакомому мужчине, только потому, что тело откликается на его ласки, — нет уж, увольте!
  
— Ладно, Настя. Давал слово не принуждать к близости. Сдержу. Подожду, пока ты сама этого захочешь. Или же… Отдашь своё тело мне, как расплату за помощь.
— Что?
Мой возмущённый возглас перетекает в испуганный вскрик. Всё потому, что Бранибор делает резкий выпад, сгребает меня в охапку и укладывает на постель рядом с собой. Прижимает к огромному, сильному телу и стискивает ручищами, чтобы не могла отодвинуться.
— Отпусти, ты обещал! — визжу и пытаюсь вырваться.
— Тихо, Настя. Я что, отказываюсь? Спать будем. Просто спать. Только рядом, вместе.
— Отпусти… — делаю последнюю попытку.
— Тсс… Тихо, очи закрывай, — тянет с невозмутимым видом и утыкается носом в мои волосы.
Набираю в грудь побольше воздуха, чтобы начать сопротивляться, но передумываю и выдыхаю. Лежать в объятиях большого мужчины тепло и приятно, а без него пусто и холодно. Помолчу и полежу чуть-чуть вот так. А начнёт приставать, тогда уж и буду волноваться.
  
Глава 19
 
Утром просыпаюсь в объятиях князя. Он всю ночь осторожно прижимал меня к себе, не делая попыток вновь овладеть или поцеловать. Просто обнимал. Я же, замирая от удовольствия, льнула к его телу и слушала, как размеренно стучит сердце совсем рядом.
— Проснулась, краса ненаглядна? Давай собираться. Сегодня праздничные гуляния у нас на главной площади. Поглядим, потешимся. А вечером самое время для ворожбы, — заговорил Бранибор, стоило мне зашевелиться и открыть глаза.
— Ворожбы? На суженого гадать, что ли, надо? А что, я бы погадала! — выпаливаю, не подумав.
Мужчина, ещё секунду назад смотревший на меня с расслабленной улыбкой, мрачнеет и качает головой.
— Нет. Тебе такое гадание не надобно. Всё равно ведь другому не отдам. Моя будешь и всё на том!
Встаёт и начинает одеваться. Хмурится, бросает в мою сторону сердитые взгляды. Всём своим видом показывая, что настроен решительно и мечтать о суженых-ряженых, мне лучше поостеречься.
Прячу улыбку и осторожно выбираюсь из-под покрывала.
— А вдруг тебя увижу, — произношу и заглядываю ему в глаза снизу вверх.
— А то кого же? Меня и увидишь, — взгляд Бранибора смягчается. — Только тратить время на любовную ворожбу мы не будем. У нас другая задача. Ты хотела наказать изменщика, и сегодня самое время понять, как.
— Что это значит? — восклицаю удивлённо.
— В эту ночь можно обратиться к магии. Коль попросишь, поведает самые сокровенные тайны любого, кого пожелаешь. Хочешь узнать, действительно ли он извёл твоего отца, как завладел наследством незаконно — узнаешь. А главное, совет получишь, как вывести его на чистую воду. Ведь любое злодейство невозможно скрыть полностью. Как ни старайся, а грех в подпол не спрячешь. Зачищай не зачищай после него, а всё одно мелочь какую упустишь.
Говоря откровенно, я не испытала особого энтузиазма от слов Бранибора. Ворожба! Ну это ведь что-то из разряда мистики. В моём представлении гаданье — это броски валенка через забор, чтобы узнать, в какой стороне живёт суженый. Разве подобное баловство способно помочь разоблачить Игоря?
Вот только Бранибор выглядит вполне серьёзным. Он явно не сомневается в своих словах и силе гаданья. Я не решаюсь спорить и уже тем более насмехаться. Посмотрим.
Мои размышления прерывает Улита. Девочка скребётся в дверь и, получив от князя разрешение, влетает в опочивальню, держа в руках целую охапку одежды.
— Ой, наряды-то готовы! Ой, красотища-то какая, ты только погляди! — щебечет она, раскладывая на постели принесённые обновки.
Новые рубашки, тёплое шерстяное платье, украшенное по подолу лентами и тонким серебряным шнуром, а также шубка, обшитая бархатом, — всё это, и правда, выглядит довольно привлекательно. Местные мастерицы постарались на славу, за столь короткий срок, выполнив довольно кропотливую работу.
— Собирайтесь, да к воротам выходите. Вместе на площадь отправимся. А мне пока узнать нужно, всё ли готово, раздать последние распоряжения, — Бранибор накидывает тёплый плащ и выходит из комнаты.
Я же спешу в соседнюю комнатку, чтобы умыться и привести себя в порядок, а после начинаю примерять новые наряды.
Улита охает и ахает рядом, восхищаясь тем, как на мне сидит платье и шубка.
— Ох, самая красивая будешь! Сама величава, а рядом князюшка, статный молодец! Ну чем не парочка, всем на загляденье! — болтает Улита, то и дело, всплёскивая в восхищении руками.
Я лишь смеюсь и отмахиваюсь от неё.
Сама девочка тоже принарядилась. Видимо, готовилась сразу же отправиться на площадь.
— А мы там долго будем? Не замёрзнем? — спрашиваю, надевая тёплые сапожки.
— До вечера, поди. Да ты не бойся, не замёрзнем. Там костры уже горят. Сбитень горячий, пирожки, яблоки, кренделя, пряники! Всё, чего душа пожелает! — отвечает девочка. — А вечером гадать будем. Но всё по своим тайным местечкам, не вместе! Чтобы кто не надо, не подглядел. Ну, пойдём, а то князь, поди, заждался уже!
Площадь находится совсем рядом — за воротами княжеского терема. Здесь, действительно, горят костры, по краям установлены прилавки с горами снеди и кипят котлы с горячими напитками, которые распространяют в воздухе запах пряностей и мёда.
В центре установлен помост. Тут, по словам говорливой Улиты, будут проходить кулачные бои между молодцами, желающими показать удаль. Также планируются состязание по перетягиванию каната и стрельбе из лука.
На площади много народа. Все весёлые, наряженные, кто-то в масках различных зверей. Улыбчивые девушки, с разноцветными рядами бус, прямо поверх тёплой одежды, женщины в цветастых платках, степенные мужчины, румяные от мороза парни, в тулупах нараспашку, шустрые ребятишки с пряниками и яблоками в руках. Галдят, смеются, едят, пьют, сыплют шутками. Увидев князя, кланяются, вежливо приветствуют и его, и меня.
Молодёжь и детвора с хохотом катаются на снежных горах, устроенных в дальнем конце площади. Мощные мускулистые молодцы готовятся к бою, скидывая одежду и разминаясь.
Возле соломенных мишеней вижу парней, мужчин постарше и даже нескольких девушек с луками в руках.
— Они тоже будут стрелять? — спрашиваю тихонько у Улиты, показывая на девушек.
— А то! У нас самые лучшие лучницы! Охотницы, знаешь какие? Кунице в глаз с десяти шагов попасть могут! — радостно сообщает та, грызя большой мятный пряник.
День пролетает незаметно. Мы смотрим, как соревнуются бойцы и стрелки, наблюдаем за представлением, что устраивают ряженые, любуемся девичьими танцами и хороводами у костра, угощаемся пирожками и разнообразными закусками.
Бранибора всё время отвлекают, требуют судить, награждать победителей. И он щедро расхваливает удалых бойцов, стрелков, плясунов и артистов. При этом не забывает уделять мне внимание, рассказывая об обычаях, угощая и покупая у лоточников приглянувшиеся безделушки с символом праздника — Солнцем.
На меня же неизгладимое впечатление производят девушки, стреляющие из лука. Ловкие, уверенные в себе, они насмешливо поглядывают на парней, с которыми состязаются. Откидывают назад длинные косы, привычным движением выхватывают из колчанов стрелы, без видимых усилий натягивают тугую тетиву и, прицелившись, отправляют в самую серединку мишени. Стреляют они не хуже, чем представители противоположного пола, а порой и лучше.
— Вот бы и мне так научиться! — восклицаю, ухватив за руку, стоящего рядом князя.
Он оборачивается и пожимает плечами.