Фея для капитана
И тут начались странности, которые вообще-то не должны происходить с сотрудниками полиции. Если они в здравом уме, конечно.
Сначала он заметил за шторой какое-то светящееся насекомое, зеленоватый слабый огонек, и на автомате попытался его прихлопнуть, но оно оказалось юрким и спряталось в щель. Макс сначала отшиб себе руку об оконную раму и только потом сообразил, что светлячок для центра города редкость и пусть живет. Наверно, его ветром занесло из парка. Только вот на окнах стояли сетки…
Макс пожал плечами и пошел в ванную.
На этом странности не закончились.
Он едва не навернулся в душевой: под пятку попал неизвестно откуда возникший обмылок хозяйственного мыла, которого у Макса и не водилось никогда.
– Твою мать!
Не завалиться помогла только отточенная рукопашными тренировками реакция, иначе точно бы расшиб башку или сломал шею. Макс поднял обмылок, повертел в руках и кинул в мусорку. Может, Зоя Ивановна, приходящая уборщица, забыла?
Но она вроде как пользуется специальными средствами, а не хозяйственным мылом, которого Макс в глаза не видел последние лет двадцать.
После пошла уже чистая чертовщина: он перепутал полотенце. То, которым с утра снимал с лица остатки бритвенной пены, оказалось на крючке, а не в корзине. Хотя он помнил, точно помнил, как клал его туда.
Пришлось опять лезть в душевую кабину и отмываться. И снова доставать у себя из-под ноги еще один обмылок.
– Какого хрена?
Макс грохнул крышкой мусорки, отправляя этот кусок к первому. Может, это все от недосыпа? Надо больше отдыхать.
Потом Макс десять минут пытался завязать галстук, который явно что-то против него имел. Ведь он был уверен, что умел завязывать галстуки. Он их, твою ж мать, всю жизнь завязывал. Со школы.
Но в этот раз узел не получался. Скручивался, распускался, перекашивался. Пока Макс со злостью не содрал эту удавку с шеи и не бросил на пол.
Может, у него завелся полтергейст? Или Макс просто тихо и незаметно съехал с катушек?
– Ла-а-адно, – задумчиво протянул он. – Не очень-то и хотелось.
Пиджаки и галстуки Макс не любил, но мирился с этим, как с неизбежным злом или с плохой погодой. На важную встречу не попрешься в спортивном костюма и футболке.
В итоге пришлось осторожно вернуть галстук на вешалку, туда же повесить пиджак, расстегнуть две верхние пуговицы у рубашки и закатать рукава.
Уже спустившись на парковку, Макс похлопал по карманам и понял, что ключей нет. Совсем нет. Хотя он всегда на автомате клал их в карман брюк. И еще Макс был готов поклясться, что ключи были, пока он ехал в лифте – и давили на бедро. Однако стоило подойти к машине…
Похоже, одной квартирой чертовщина не ограничивалась и последовала за Максом.
Макс посмотрел на пустые руки и понял, что ключи от квартиры забыл. Сам. Тут обошлось без мистики. Замок на двери защелкивался, и Макс просто захлопнул дверь.
Но пропажу ключей от автомобиля – большого синего… точнее василькового… внедорожного лексуса это не объясняло.
Конечно, можно было дернуть консьержа, чтобы тот достал запасные, но Макс решил дело проще – вызвал такси.
Водитель попался молчаливый, с разговорами не лез и довез быстро. В такси странностей не наблюдалось, хотя Макс всю дорогу как дурак ждал чего-то такого. Но доехали нормально.
Зато в мэрии чертовщина как с поводка сорвалась.
Правда, теперь действовала чужими руками и превратилась в обычное невезение.
На входе какая-то неуклюжая официантка опрокинула на него поднос с шампанским. Бокалы с грохотом разлетелись вдребезги, а Макс остался стоять и обтекать.
– Волков, неплохая фигура. Спортзал? – заржал кто-то из знакомых рядом.
– Работа, – Макс попытался отлепить ставшую прозрачной рубашку от груди.
Рубашка упорно прилипала обратно, показывая всем, что на фигуру и мышцы Макс не жалуется.
Кто-то захихикал, но тихо.
– О! Простите, пожалуйста, простите! – бедная девушка заметалась между мокрым Максом и осколками на полу.
В итоге целых две минуты все бывшие в фойе гости с самым гиенистым выражением на лицах тайком снимали, как Макс пытается отлепить намокшую рубашку от груди и одновременно успокаивает впавшую в истерику девушку, которая лепетала, что ей конец и ее сейчас уволят, а когда он попытался поймать ее за руку – отгородилась пустым подносом, с ужасом посмотрела на Макса, словно тот сейчас ее сожрет.
Судя по довольным рожам гостей, сливали сразу в интернет. Еще бы, такой скандал. Макс Волков убивает официантку прямом в эфире. Трансляция. Ставьте лайки.
Наконец распорядитель взял ситуацию под контроль, отправил зареванную официантку вытирать растекшуюся тушь, а Макса проводил в ближайший кабинет, куда пообещал принести сменную одежду, как только ее доставят. Всунул в руки стакан виски со льдом и попросил не беспокоиться.
Хорошо хоть не шампанское!
Макс не то чтобы беспокоился, просто обилие нелепых мелочей выбивало из колеи. Может, он с утра успел перейти дорогу черной кошке? Или бабе с пустыми ведрами? Хотя судя по плотности несчастий, таких баб должен быть целый отряд, он бы заметил. Сначала мыло, потом галстук, ключи… Теперь вот нелепая случайность.
Он стянул мокрую насквозь и воняющую вином одежду. Как мог сложил на стул для посетителей. Воспользовался оставленными распорядителем влажными салфетками и бумажными полотенцами, прикидывая, что душ был бы куда лучше.
А еще лучше – сидеть сегодня дома и не вляпываться во всякую мистику.
В кабинете на стене, кроме портрета президента и репродукции “Утра в сосновом лесу”, висели африканские маски и расписные глиняные тарелки, у окна стойка с флагом, а рядом подставка для зонтов, в которой торчали сувенирное копье и бамбуковая палка. Владелец кабинета явно любил экзотику.
Макс с опаской огляделся, но ничто в кабинете гадить ему вроде бы не планировало. Он уселся в кресло, выдохнул, посмотрел на виски, но пить не стал. На неприятности лучше смотреть трезвым.
– Дзынннь!
На улице что-то звонко щелкнуло, и Макс на рефлексе сначала пригнулся, а потом, не выпрямляясь, рванул к окну, занавешенному тяжелыми бордовыми шторами – уж слишком сильно звук напомнил лопнувшее от пули стекло.
Киллер? Но за кем тут охотиться? И мэр, и все местные шишки сейчас в общем зале, а тут только…
Макс осторожно отодвинул штору.
Стекла целы.
Снаружи – никого.
Может, звук с этажа выше? Но там только чердак, у мэрии два этажа.
Макс выпрямился и, уже не скрываясь, поглядел в окно.
Оно выходило на большой внутренний двор, где рос побуревший от летней жары каштан, стояли пара скамеек и огороженная пластиком будка для курения – работа в учреждении была нервозной, за здоровый образ жизни тут боролись, но без фанатизма. Задворки мэрии, в отличие от пафосного фасада с колоннадой, были куда симпатичнее и естественней. Даже бродячая кошка спала на одной из скамеек.
Макс уже хотел вернуться в кресло, но тут дверь кабинета тихо стукнула, и в кабинет вплыла жена мэра.
6. Много женщин из ничего
– Капитан, какая приятная неожиданность.
Мальвина Игоревна. Чтоб ее! Макс прикусил язык, чтобы не выругаться.
Ага, приятнее некуда – он без штанов, один в кабинете. А уж неожиданно как!
Даже идиот мог бы спросить у распорядителя, куда проводили неудачно политого шампанским гостя… Или наоборот – удачно?
Только этого не хватало!
А может, это она подстроила? Сунула официанточке купюру и все…
Хотя не похоже. Девушка испугалась всерьез.
Репутация у Мальвины Игоревны, супруги мэра, была, скажем так, неоднозначная. Как и имя.
Муж на ее шалости глаза закрывал, а сама Мальвина называла это “маленькими капризами”. Угу, “маленькими”!
Один из приятелей, бизнесмен средней руки, как-то завязался с мэрией что-то там по договору делать. Так вот договариваться ему пришлось лично с Мальвиной. В особняке. А потом тикать в окно от некстати вернувшегося с совещания мужа. Единственный светлый момент был в том, что муж вернулся до взятки натурой, а не после.