Наследница и Орк (ЛП)
— Пусть кто-нибудь уберёт отсюда этого дурака, пока он сам себя не угробил, — раздался голос, голос Джул, резкий и раздражённый. — Бирн, так ведь? Почему бы тебе не сбегать и не привести лошадь, чтобы привязать его к ней, и мы выделим отряд, чтобы сопроводить вас всех обратно в Тлакску. И если этот титулованный осёл когда-нибудь выразит желание вернуться — сюда или на земли Эллы, — сделайте нам всем одолжение и напомните ему, что в следующий раз он потеряет больше, чем пару зубов.
Бирн жалобно кивнул и послушно поплёлся прочь, а после кивка Гримарра Бальдр и Драфли последовали за ним по пятам. И Натт тоже начал уводить Эллу, его рука тяжело и тепло обнимала её за плечо — но Элла ненадолго остановилась, чтобы посмотреть на распластанную фигуру Альфреда под ними. Альфред, её бывший жених, человек, который предал её и причинил им столько горя.
Он всё ещё был в сознании, хотя и казался лишённым дыхания; его глаза злобно метались между Эллой и Наттом — но внезапно Элла почувствовала лишь презрение и, возможно, даже отстранённую, холодную жалость. Она смогла это сделать. Она это сделала.
— Почему бы нам не заключить сделку, Альфред, — сказала она ровным голосом. — Я не буду выдвигать против тебя никаких публичных обвинений в похищении, если ты навсегда прекратишь охоту на моего жениха. Я имею в виду, ты наконец-то заполучил его… — она махнула рукой в сторону Натта рядом с ней, — …и посмотри, чем это для тебя обернулось.
Стремительно покрывающийся синяками рот Альфреда изобразил нечто, что могло быть гримасой, но Элла приняла это за «да».
— А в качестве залога того, что ты немедленно прекратишь любую охоту на орков, — продолжила она, — я заберу этих собак себе, большое спасибо.
Собаки и в самом деле всё ещё обнюхивали Натта и прыгали на него, одна из них издала то, что казалось одобрительным лаем — и когда Альфред застонал, Элла проигнорировала это и решительно кивнула ему.
— О, и ещё один совет, — сказала она. — В следующий раз, когда ты будешь обручён с женщиной, я бы посоветовала держать руки при себе на вечеринке по случаю помолвки.
Натт одобрительно хмыкнул рядом с Эллой, а затем увёл её прочь, собаки следовали за ними по пятам.
— Моя яркая, умная девочка, — промурлыкал он — а затем остановился на полушаге, нахмурившись, глядя на то, как Элла слегка прихрамывает в своих промокших ботинках. — Ах, ты ранена?
Элла попыталась возразить — это было всего лишь несколько порезов и царапин, — но Натт оборвал её неодобрительным рыком и подхватил её на свои сильные руки.
— Я отнесу тебя обратно в гору, — твёрдо сказал он. — Ты через многое прошла сегодня, моя девочка. Тебе нужен уход, и ласка, и еда, и исцеление. И ещё тебе нужно искупаться, потому что ты снова грязная.
Элла попыталась фыркнуть и ткнуть его локтем в живот, но Натт лишь усмехнулся и прижал её ближе к себе на ходу, склонив лицо, чтобы зарыться носом в её волосы.
— Ты принесла мне такую гордость сегодня, моя девочка, — промурлыкал он. — Даже когда я был в ярости на этого человека, мне было так радостно видеть, как ты убегаешь от него: так свободно, ярко и быстро. Ты бы легко от них сбежала, если бы не мой запах на тебе.
Элла немного отстранилась, чтобы моргнуть, глядя на него; её голова склонилась на его плечо.
— Эм, а как ты видел? — осторожно спросила она. — Тебя ведь не было… там. Или был?
— Разве не был? — спросил Натт; его губа дёрнулась вверх, обнажив острый белый зуб. — Я мог бы пойти по твоему следу до самого края королевства и обратно. Неужели ты думала, что я не последую за тобой, когда мой злейший враг забирает тебя у меня?
Элла продолжала моргать, глядя на него, медленно складывая всё воедино. Натт, его охрана, все эти орки, даже Джон, и Оларр, и правая рука герцога Прейи…
— Вы всё это спланировали? — спросила Элла слабым голосом. — Вы планировали пойти за мной и спасти меня от Альфреда?
Натт дёргано пожал плечами, криво улыбнувшись.
— Я лишь собирался пойти с тобой и убедиться, что ты в безопасности, — сказал он. — Но у Капитана был другой план. Он сказал, что делает это только потому, что я буду лучшим Говорящим, если ты будешь рядом со мной, и его пара хочет, чтобы ты осталась, но… — он поморщился, — …я знаю, что он намеревался сделать это с самого начала. Проверить мою верность, расстроить планы этого человека на войну — а также прекратить охоту на меня и подтолкнуть меня к тому, чтобы вернуть мою связанную пару: всё это одним разом.
Элла кивала, обдумывая это — пока не услышала эти странные, неожиданные слова: связанную пару. И ей даже не пришлось спрашивать, потому что Натт уже снова поморщился, издавая долгий, тяжёлый вздох.
— И вот последняя правда, о которой я должен был сказать, моя девочка, — произнёс он. — И это то, что ты должна была знать давным-давно, но я не хотел пугать тебя или давать тебе повод думать, что ты не можешь уйти или разорвать это. Или что я обманом втянул тебя в это до того, как ты поняла, что это значит. Но я…
Он говорил очень быстро, слова срывались с его губ, и Элла подняла дрожащую руку, положив её ему на грудь, чувствуя быстрые удары его сердца. Но затем почувствовала, как его сердцебиение тоже замедлилось от её прикосновения, его дыхание стало глубоким и тяжёлым.
— Мы с тобой пара, девочка, — сказал он тихо. — Мы пара с того самого дня, как произнесли ту клятву много лет назад. Ты помнишь, что я сказал тебе в тот день, после того как ты произнесла свою клятву и даровала мне своё благословение?
Мысли Эллы устремились в прошлое, в тот тихий, спокойный, волшебный день глубоко в лесу, когда руки Натта держали обе её руки, а его глаза смотрели в её душу. Когда она сказала: Да, Наттфарр из клана Гриск. Я согласна.
А затем, после этого. Когда нескладное тело Натта словно содрогнулось, его чёрные глаза вспыхнули целью, решимостью, облегчением. Правдой.
— Я даю тебе мою клятву, моя Элла, — произнёс его голос, такой тихий, повторяя слова, которые он сказал так давно. — Я дарую тебе свою благосклонность, свой меч и свою верность. Я буду оберегать тебя. До тех пор, пока я в силах, и до тех пор, пока ты этого желаешь.
Под кожей Эллы пробежало чистое, мощное покалывание, тепло разлилось ярко и широко, понимание наконец укоренилось глубоко внутри. Натт был её парой. Всё это время.
— Я поклялся перед всеми моими отцами и матерями, перед всеми богами, что буду оберегать тебя, — прошептал он. — Вот почему я не мог вернуться к тебе все эти годы. Я стремился сдержать свою клятву перед тобой.
О. Элла на мгновение закрыла глаза, её мысли перестраивались, укладываясь вокруг этой новой правды — но затем она снова моргнула, глядя на него, и слегка покачала головой.
— Но ты, — сказала она со странной одышкой, — ты её не сдержал. Не так ли? Ты говорил, что получал удовольствие с другими, ты…
Её рука взмахнула в сторону того места, где неподалёку позади них шагали все четверо его охранников, включая Даммарра — но Натт лишь жёстко, дёргано покачал головой.
— Удовольствие, возможно, — сказал он, — но никогда не верность, девочка. Не такую, какую я хранил для тебя. И я знаю, что не говорил тебе этого, но я никогда не делал этого с другой женщиной. Ты — единственная женщина, к которой я когда-либо прикасался. Единственная, чей запах на мне.
Его голос стал низким и яростным к концу, его голова склонилась к её голове, он сделал глубокий вдох.
— И когда меня впервые взял другой, — сказал он, — это было не по моему выбору. И поэтому я потерял всякую надежду на то, чтобы связать себя с тобой по запаху, и после этого казалось лучше самому заявить об этом праве. Лучше взять тот покой, который я мог найти, в мире, который украл у меня мою истинную пару и моё истинное призвание.
В горле у Эллы внезапно пересохло, она не могла говорить, и вместо этого она быстро и горячо закивала, её рука сжалась на его обнажённой груди. И Натт тоже кивнул и прижал её ещё крепче, укачивая её в своих объятиях.