Цветы в Пустоте (СИ)
— А, с добрым утром, заинька! — приветливо улыбнулась ему обнаружившаяся на кухне Илаинара, полировавшая за столом пилочкой длинные ногти. — Я тут, видишь ли, маникюром занялась, так что, не будешь ли ты так любезен сделать мне чашечку кофе, м? И себе сделай, я великодушно разрешаю. Или ты чай больше любишь? У нас и чай есть, и яичница даже. Не стесняйся, всё, что найдёшь — твоё.
Он растерянно кивнул и подошёл к кофеварке, возле которой, к слову, как раз обнаружилась благоухающая хлебница. Пока он делал кофе для Илаинары, а бутерброды с маслом и чай — для себя, девушка закончила полировать ногти и занялась их покраской; кухня наполнилась сладковатым запахом лака. Сильвенио, молчаливым жестом спросив разрешения, открыл окно, впустив в кухню легкомысленный тёплый ветерок. Лучше, правда, особо не стало: ветер принёс с собой запах алкогольных паров и уличных нечистот, что для этой планеты было вполне нормальным элементом атмосферы.
— Вот ваш кофе, леди Ила, — он поставил перед ней чашку и сел за стол завтракать сам. — Могу я поинтересоваться, куда все ушли, или мне не положено это знать?
Она отложила в сторону лак и одной рукой, ногти на которой пока были не накрашены, изящно взялась за ручку своей чашки, чуть опустив ресницы. Задумчиво сделала глоток.
— Почему же не положено, котик? Ты же теперь вроде как наш, а у нас от своих секретов нет. А куда ушли — так Хени же должна была вроде тебе рассказать, нет? Маленькая локальная войнушка, как она это называет. Они ушли штурмовать местное здание правительства, ещё на рассвете. А меня, как видишь, оставили скучать тут. Обычно мы жребий тянем, кто вытащит короткую — тот остаётся уныло сторожить базу, но на этот раз я сама виновата. Проштрафилась, так сказать — попыталась немножко пофлиртовать с этим её Гишем. Не подумай, я не собиралась его всерьёз убивать. Но нашу дорогую Хени же не переубедишь, и теперь я тут… ммм… срок отбываю в качестве наказания. А могла бы сражаться сейчас с ними… эх!
Кофе ей, похоже, понравился, потому что она, допив до конца, состроила несчастную мордашку и намекающе протянула ему пустую чашку. Когда он молча поднялся, принимая чашку из её рук, она заулыбалась ещё обворожительнее.
— Ты просто душка, милый! — воскликнула она, с энтузиазмом забирая наполненную во второй раз чашку. — Такой лапочка безотказный, что просто слов нет! Ладно, не думай только, что я такая уж эксплуататорша. За то, что ты со мной так мил, я покажу тебе корабль, который отвезёт тебя домой. Как там? На Эрл… Эрна… Элран… неважно, у меня всегда было плохо с запоминанием географических названий. Короче, я уверена, что ты будешь рад на этот корабль взглянуть. Познакомишься заодно с торгашами, которые тебя сопровождать будут.
— Но… как же охрана базы?
Она беспечно махнула рукой, вновь приканчивая свой кофе, и принялась красить оставшиеся ногти.
— Ах, зайка, не будь таким наивным! Кто же в здравом уме будет нападать на базу Красного Скорпиона? Увы, нет тут таких дураков, а то бы я хоть развлеклась немного. Подожди чуток, я сейчас закончу с маникюром — и прогуляемся с тобой.
Потом, когда он доел, а она докрасила ногти в чёрный цвет, они вышли из здания и направились куда-то в сторону ближайшего пустыря. По пути Илаинара всё не оставляла попыток недвусмысленно к нему прижаться и без конца щебетала, жалуясь на всех подряд: похоже, ей в самом деле было скучно без товарищей.
— И вот Гиш этот её, — говорила возмущённо. — С ним ведь даже не пофлиртуешь, вообще-то! И чего Хени разозлилась, если знала, что он всё равно не поведётся на мои попытки? Ну, у нас, конечно, есть жёсткий закон — типа, своих не трогать ни под каким предлогом. Но я ведь и правда даже не надеялась на успех, когда к нему подкатывала вчера! Гиш же только на нашу Хени и смотрит, и не то чтобы я его винила — Хени-то неотразима, что и говорить. Даже моя безоговорочная сексуальность ей уступает. Мы все по ней немножко с ума сходим, потому что она, сволочь такая, прекрасно знала, кого в команду понабрать. У нас самое страшное наказание знаешь, какое? Изгнание. Не убийство даже, смертную казнь у Хени надо ещё заслужить. А вот если выгонит из команды — всё, позор на всю жизнь и полный абзац, словом. Без неё нам и податься некуда будет. Так что, неудивительно, что если уж Хени сияет рядом в своём великолепии, то ни на кого из своих обычно и смотреть даже не хочется. Только на неё, заразу эту. Но Гиш-то, он же и в её отсутствие ни на кого другого так не смотрит! Не интересуется даже. Вот Хени называет его своим лучшим другом, а мне жаль мужика, пропадает ведь.
Сильвенио не знал, что на это ответить, поэтому только молча слушал и вежливо кивал иногда. К тому моменту они уже подошли к огромному кораблю, стоявшему на пустыре, и вокруг этого корабля неспешно возились люди: кто-то затаскивал внутрь деревянные и железные ящики с товаром, кто-то отдыхал в тени судна. Завидев Илаинару, многие торговцы начали махать ей рукой и подбегали ближе, она же, видимо, опять войдя в режим поиска жертвы, посылала налево и направо томные улыбочки и несколькими тщательно выверенными движениями создала вокруг себя целую толпу тихо млеющих поклонников. Особенно эффектно ей удавалось поправлять свои развевавшиеся на ветру невозможные волосы: от этого жеста у одного из отдыхавших в тени стариков, кажется, чуть не случился инфаркт. Сильвенио невольно подумал, что она была права в том плане, что, будь здесь с ними Хенна, рыжая воительница бы безусловно затмевала бы собой даже эту остроухую красавицу — хотя Хенна бы делала это не нарочно, в отличие от той же Илаинары. Просто такова уж была её особенность, что, где бы Хенна ни появилась, внимание окружающих, в чьё поле зрения она попадала, неизбежно притягивалось к ней. Илаинара была красива и знала все тонкости соблазнения кого-либо, а Хенна просто была громкая и очень, очень яркая — и выигрывала этим.
— Мальчики, — Илаинара, собрав достаточно зрителей, театрально понизила голос. — Вот этот крайне умилительный субъект, который стоит рядом со мной — ваш будущий спутник в предстоящей долгой-долгой дороге. Представляете, он родом с этой… мм… ну, куда вы там направляетесь, название такое ужасное ещё! Так вот, он родом с этой самой, и вы обязаны доставить его домой в целости и сохранности. Мой командир, наверное, уже разъясняла вам, что с вами будет, если вы в пути вздумаете обидеть этого милаху? Да-да, вам не скрыться от её гнева ни в одном из существующих миров!
Торговцы тут же принялись обещать ей, что всё будет сделано в лучшем виде, досталось обещаний и Сильвенио, которого начали хлопать по плечам и дружелюбно заверять в том, что он будет в их компании в полной безопасности. Он с безукоризненной вежливостью всех благодарил и не знал, куда девать глаза от смущения: слишком непривычно было встретить столько обращённой к себе доброты. Признаться, он был даже немного напуган таким пристальным вниманием к своей скромной персоне, поэтому, когда Илаинара спросила, хочет ли он пока остаться здесь или вернуться на базу, он предпочёл вернуться. Со своими попутчиками, сказал он себе, у него будет время познакомиться и позже.
Была, к тому же, и ещё одна причина, почему он не мог пока позволить себе остаться в компании торговцев: ему было неспокойно на душе за воюющую где-то Хенну.
— Леди Ила? — позвал он тихо.
На обратном пути до базы Илаинара молчала и больше к нему не липла: очевидно, успела уже насытиться за день флиртом, но выглядела при этом довольной.
— Да, котик?
— Что за "маленькую войну" ведёт сейчас леди Хенна? Вы сегодня сказали, что все "ушли", а не "улетели", значит, они сражаются где-то здесь, на этой планете. И штурмуют здание правительства. Выходит, леди Хенна намерена захватить здесь власть?
— О, это не такая простая задачка, как кажется! Контролировать всю прибыль и военную мощь этой планеты — такой лакомый кусок, что за него сражается не только грёбаная Федерация, но и наши друзья-нелегалы. На нашу Хени из-за этого разом набросились почти все самые сильные пиратские бароны, которые захотели этот кусок себе, и сейчас она сражается одновременно и с ними, и с Федерацией, на двух фронтах, можно сказать. Но, в общем-то, это и не предел невозможного: мы тут сражаемся уже который день, отвлеклись только, чтобы кое-какие боеприпасы достать и заодно тебя подбросить сюда, и войско правительства уже дерётся довольно вяло, да и друзья-нелегалы уже не слишком рьяно рвутся в бой. Сегодня Хени окончательно выгонит правительственных шишек с планеты и увенчает их здание своим флагом, и останется разобраться только с теми самоубийцами, которые потом захотят этот флаг заменить каким-нибудь другим. Собственно, большинству населения вообще плевать, кто тут заправлять всем будет, все же понимают, что Хени не собирается превращать эту золотую жилу в образец правопорядка. Да и она вполне могла бы обойтись без этой планеты, но, видишь ли, её завоевание больше будет как объявление для всех остальных пиратов: мол, посмотрите-ка, какая у нашего солнышка силища и какие амбиции. Это будет первый шаг к тому, чтобы разгромить Паука.