Цветы в Пустоте (СИ)
Закончив, он перевёл дыхание и убрал руку от рта Лиама, ожидая, что он скажет. Впрочем, это было уже и неважно: Аргза решил уже за него и за себя, как всё будет, и он собирался выполнить это решение, несмотря ни на что. Даже если этот глупыш будет поначалу против — потом-то ему всё равно понравится. Он оценит, он увидит, как Аргза старается для него, он перестанет относиться к нему как к "меньшему из зол", он поймёт.
Сильвенио смотрел на него так, будто увидел впервые в жизни. Несколько раз он открывал и закрывал рот, словно бы намереваясь что-то сказать и не находя слов — или словно бы у него вдруг перестало хватать дыхания. Наконец он спросил слабо:
— Почему вы не… не соглашались снять ошейник раньше?
Аргза усмехнулся: вопрос — не возражение. Значит, он и в самом деле не против.
— У этого ошейника нет ключа, Лиам, и это его единственный изъян. Я не мог бы снять его при всём желании. Поэтому я загадаю это желание первым, когда найду Сердце: избавить тебя от ошейника.
— Тогда… почему вы не сказали мне об этом? Почему вы никогда раньше не говорили мне всех этих вещей? Если бы я знал, что вы ищете Сердце… и собираетесь сделать всё это… если бы я знал, то, возможно, я бы…
— Ты бы что?
Лиам на мгновение опустил взгляд, смутившись.
— Я бы не сопротивлялся вам так сильно и так долго.
Смотри-ка, а говорил, что врать не умеет. Умная букашка, хитрая букашка. Аргза покачал головой и откинулся на спинку кресла, утягивая Лиама за собой.
— Видишь ли, я и не собирался делать этого. Найти Сердце — да, это мой давний замысел, всё как-то времени и возможности не было вплотную этим заняться, однако это всегда было в моих планах. Это — но не ты. Изначально я планировал, получив от Сердца всемогущество, оставить тебя возле себя. В качестве наложника. Надо сказать, перспектива эта до сих пор кажется довольно заманчивой… Но потом я передумал. Теперь я думаю, что мне не жаль для тебя половины Вселенной, а то ведь заскучаешь ещё, пока я буду вершить всякие там великие дела.
Сильвенио смотрел на него долго, изучающе, испытующе даже. Казалось, он тщательно взвешивает все аргументы "за" и "против", размышляет над возможными вариантами событий, определяет, насколько Аргза с ним честен сейчас.
— Вы… вы и правда очень жестокий человек, — заключил он в итоге, а затем вдруг улыбнулся с небывалым облегчением и уткнулся лицом ему в шею, обнимая крепко-крепко. — Но я устал бороться, и потому я… покоряюсь вашей воле.
Ошейник ревниво поблёскивал на его горле.
***— Так, и куда теперь?
Сильвенио задумчиво оглядел открывшуюся им огромную древнюю библиотеку. Взгляд его сразу же мечтательно затуманился, выдавая неподдельное благоговение. Аргза отрезвил его лёгким подзатыльником:
— Нет, Лиам, мы не будем задерживаться здесь дольше необходимого. Можешь вынести несколько книг позже, но только после того, как мы найдём то, за чем пришли.
— Да, я знаю, просто… Жаль, что такое великолепие пропадает зря. Вряд ли у меня получится что-либо вынести после того, как мы найдём искомое: в некоторых источниках присутствовали довольно прозрачные намёки на то, что этот храм разрушится, лишившись главной ценности. А это означает, что после нашего ухода, скорее всего, всё это богатство будет навеки погребено…
— Не очень-то большая потеря для человечества, учитывая, что сюда вообще навряд ли заходил кто-либо последние пару веков, — проворчал Аргза, вспоминая, каких трудностей им стоило сюда добраться.
Теперь, имея вдохновляющую Сильвенио цель, варвар смог по-настоящему оценить поисковые возможности своего помощника. Тот скрупулёзно собирал отрывочные сведения из сети, вызывал в бездонной памяти почерпнутые когда-то случайные крупицы информации — и вот, спустя всего лишь пару недель после возвращения Лиама из отпуска, они уже здесь, в храме, затерянном среди джунглей едва ли обитаемой планеты Ури, в найденной спустя одиннадцать коротких лабиринтов библиотеке, неизвестно кем собранной. Согласно уверениям Лиама, здесь находилась нужная им книга, которая якобы должна указать путь и к Священному Семицвету, призванному служить ключом к тайне, и к непосредственно самому Сердцу. Аргза не спорил и не сомневался: Сильвенио и его способностям он всё ещё безмерно доверял.
— Может быть, я что-то упустил? Наверное, должно быть какое-нибудь простое заклинание или что-то в этом роде, чтобы книга сама отозвалась?..
Аргза с подозрением покосился на своего личного умника: у него возникло стойкое ощущение, что тот просто хочет потянуть время, дабы иметь возможность просмотреть как можно больше древних фолиантов прежде, чем храм уйдёт в небытие. Честное слово, если когда-нибудь у этого книжного червя и вправду будет своя библиотека, придётся вытаскивать его оттуда силком. Аргза хорошо представлял себе это: наркоманские, одуревшие от чтения глаза Лиама и "ещё пятьсот страничек, ну пожалуйста".
— Скальпа три принёс охотник, начал их перечислять, — пробормотал варвар себе под нос. — Балагур, бездельник, плотник. Чей бы завтра скальп содрать? Раз-два-три, один-три-два — твоя слетит с плеч голова.
С этими словами он наугад указал на ближайший стеллаж:
— Начнём оттуда.
Сильвенио глянул на него с искренним любопытством. Хм, а раньше бы это было бы выражение укоризны или ужаса после такой весёлой считалочки.
— Что это было, сир?
— Не обращай внимания, всего лишь национальный фольклор Архагла. Чем только не баловались в детстве с ровесниками.
— У вас даже детские считалочки кровожадные, да? Не хотел бы я побывать на вашей планете… Нам в другую сторону, сир, вот сюда.
— Откуда знаешь?
Тот даже не подумал смутиться и невозмутимо направился к другому стеллажу.
— Просто знаю… Там должна быть книга корешком внутрь.
А ведь действительно изменился, зараза. Стал как-то увереннее, наглее даже. Особенно получив-таки от Аргзы обещание "не мучить больше". Похоже, он вовсю наслаждался своей нынешней безнаказанностью. Было это хорошо или плохо, Аргза пока не решил, но благодушно прощал ему абсолютно всё — счастливый Лиам нравился ему определённо больше Лиама забитого и печального.
Корешком внутрь желтела страницами на указанном стеллаже только одна-единственная книга — оставалось лишь подивиться аккуратности бывших владельцев этого хранилища. Зато располагалась эта самая книга на высоте примерно в пять человеческих ростов, так что даже Аргза не мог её достать. Лестницы поблизости не наблюдалось, но полки ближе к цели вроде бы становились немного шире. Аргза окинул Сильвенио оценивающим взглядом.
— Если подсажу, сможешь залезть?
— Да, наверное, смогу… Вы же поймаете меня, если я упаду?
Вот наглый, в самом-то деле.
— Нет, не поймаю, дам тебе разбиться об пол. Не задавай глупых вопросов и забирайся.
Вес Сильвенио — сначала на ладонях, которыми он воспользовался в качестве ступеней, затем и на плечах — практически не ощущался, до того он был лёгким. Кости у него полые, что ли, как у настоящего птенца?
— Какого хрена ты такая пушинка, Лиам? Опять недоедаешь?
Сильвенио, стоящий коленями на его плечах и обхвативший для равновесия его голову руками, рассеянно ответил что-то о том, что — нет, он ест достаточно, его вес в пределах нормы для эрландеранцев. Затем он кое-как перебрался коленями же на ближайшую полку, пока не решаясь вставать на ней в полный рост. Аргза пару секунд бездумно пялился на его босые ступни, застывшие как раз напротив его лица — обувь Лиам вежливо снял, прежде чем залезть на варвара. Ступни эти, белые и узкие, какие-то слишком миниатюрные для его роста, так и манили взгляд, дразнили своей близостью и удивительной после такого путешествия чистотой. Так что — Аргза, не выдержав, уткнулся в эти ступни лицом и глухо заворчал, как обозначающий свою добычу зверь.