Пышка для чудовища (СИ)
Как раз документ оставила на столе в комнате. Показывать его вчера на кухне было бы чревато. Еще заляпал бы кто-то жиром.
В комнате было весьма светло. Все же огненную белочку не выключишь на ночь. Да и вообще. Вон как она мило сопит в камине, свернувшись клубочком на угле и поленьях.
Я беру в руки бумагу.
И только сейчас мой взгляд падает на текст. В свете адского пламени, а именно Бэллы, я вижу, как проявилась новая надпись, сияющая огромными буквами:
“Помоги”.
Глава 32
Помоги? Это вот после всего того самого на балу? Когда нас чуть ли не пинками выгоняли из замка?
Мое недоумение сменяется злостью. А потом обрушиваются сотни вопросов. Почему именно мы? Почему так скрытно? Почему именно Эцику об этом напрямую не сказать?
Но вспоминаю, как загадочно говорил король. Он будто не договаривал чего-то.
— Отнесите это завтра в банк. Пусть он увидит. Эц…И не забудьте показать ему бумаги до того, как они окажутся в банке.
Ага, то есть к моему жениху он напрямую не мог прийти, а пришел ко мне. Ощущение, что что-то лежит на поверхности. Просто протяни руку и возьми, но я понять не могу, что именно.
Так вот почему он про белочку спрашивал. Потому что только в адском пламени я смогла увидеть послание. Она же всегда рядом со мной. И я должна передать его Эцику.
Я переворачиваю лист. Там тоже имеется надпись, но уже поменьше.
“Он хочет освободиться”.
Усаживаюсь на кровать. Вот это уже поинтересней. Кто хочет освободиться? И зачем ему обычный булочник?
Угу, булочник, который работал в замке. Целитель, которых предостаточно в городе. Так, отбросим это. Нужен именно Эцик. А кто освободиться-то хочет? Демон и дракон всегда с королем. Может, там, в замке, есть куда страшнее чудовище?
Ох, так и голова может пойти кругом.
Сон не идет. Тревога в сердце увеличивается. Где там Эцик?
Даже проносится мысль, что помощь нужна демону, а не королю. Что-то я не припоминаю, что король знает, что у меня есть белочка. А вот демон знает.
Сложно. Ладно, сегодня я еще потерплю. Пусть Эцик посмотрит на это послание.
***
День пролетает незаметно. К нам приходят еще клиентки. С уверенностью могу сказать, что потихоньку мы набираем базу. Просчитав все расходы и доходы, я поняла, что мы пока работаем в минус. Но я не теряю надежды. Ее, как говорится, добивают последней.
Но народ к нам приходит. А еще радует, что чиновник Конрад Брин про нас забыл. Очень сильно надеюсь. Хотя проблемы с чинушей — самое меньшее, что меня беспокоит. Еле дожидаюсь Эцика, который таки пришел в булочную. Сама чуть ли не с утра там сижу.
— Эцик, — встаю из-за стола.
Кристина бросает на нас хмурый взгляд и поджимает губы. Нота нет в булочной. Он просто на разрыв. То Катерине помогает, то Кристине. Никак не может определиться со своими симпатиями.
— Да, Галя? — он радостно улыбается мне.
— Нам нужно поговорить, — беру его за руку.
Мы идем в мой кабинет в зале. Хм, что-то в последнее время все самое важное решается именно там.
— Ты без белочки? — хмурится булочник. — Хотя ладно. Поговаривают, что нападения демонов вскоре утихнут.
Начинается.
— Эцик, смотри, — я протягиваю ему королевский налог.
— О, тебе король все же подписал его. Поздравляю. А я тебе говорил.
— Не совсем. Эцик. На этом документе написано послание. От самого короля.
— Эм? — недоуменно спрашивает Эцик, глядя на бумагу.
Я тем временем украдкой осматриваю его. Под глазам залегли тени усталости, рубашка опять грязная. Нет, ну так нельзя. Я же волнуюсь. А вдруг ему там заразу занесут? Или пырнет кто ножом? Ага, а то, что от него ждет король, безопасно и веет золотом.
— Он сказал, что ты должен прочесть документ. Вдруг там что неправильно составлено? Я же женщина, — включаю дурочку.
Вдруг король на смерть хочет послать моего Эцика?
— Он? — хмурится Эцик.
— Тот, кто передал бумагу, — уклончиво отвечаю.
Он прищуривается и начинает читать. Если послание было для Эцика, то и он должен его прочесть. Ох, вечно мое шило в одном месте.
— Да вроде все стандартно, — на кончиках его пальцев появляется знакомое свечение.
Эцик вздрагивает. Листы вылетают из его рук. Кружатся в воздухе и падают на пол. Мужчину ведет. Я тут же подлетаю к нему и хватаю за руку. Его трясет. Он тяжело дышит. Его сила хаотично кружит вокруг него, образуя воронку.
— Я не понимаю, — шепчет он.
Меня чуть не сносит его ураганом, но я хватаюсь за руку Эцика.
— Что я должен вспомнить? — шепчет он, глядя будто сквозь меня. — Мы никогда не играли вместе…
Его глаза резко закрываются. Ураган тут же затихает. Мужская грудь тяжело вздымается.
— Эцик, скажи, что с тобой все в порядке, — дергаю тесемку его рубашки. — Ты дыши, главное – дыши.
Он будто задыхается. Его магия струится по его телу, втекая в меня. Я не обращаю внимание на это. Хватаю его за щеки и смотрю в глаза. Его сознание будто уплывает. Да что происходит? Что это за послание с просьбой о помощи, которое вредит другому?
— Эцик, — зову его.
Я вся дрожу, и эта дрожь отзывается в нем. Отшатываюсь, а за мной тянется его энергия. Она струится во мне, поблескивая звездочками на ладонях. Невидимые ниточки тянутся от Эцика.
Я забираю его силы...Не послание виновато, а я. Так же, как тогда – когда мы в первый раз... Он тогда уснул без сил, а я получила его целительскую магию. А во второй раз сила опять втекала, но я отдавала ее обратно. Вот оно.
Пока тонкие струйки перетекают в меня, а Эцик слабеет на глазах, я понимаю, что так нельзя.
Подаюсь вперед и впиваюсь поцелуем в его губы.
Возьми, забери обратно. Это твоя сила. Какие холодные у него губы. Он не отвечает, но я не останавливаюсь. Скольжу внутрь языком, отдавая его силу.
Только проснись, прошу тебя. Свечение кружится вокруг нас.
Забери. Мне не нужно.
Задницу колет пятью точками.
Его губы теплеют. На талии сжимаются мужские руки и притягивают меня к телу. Эцик отвечает мне.
Теплая волна проносится по телу. Юбка задирается. Штаны шуршат. Я скольжу по его рубашке, не отрываясь от углубляющегося поцелуя.
Лишь выдыхаю в губы, когда меня слегка приподнимают, а затем опускают, полностью заполняя.
Сжимаю его плечи, позволяя вести. Пусть так. Только чтобы ожил. Забери свою силу.
Отрываюсь от его губ, закидывая голову. Как же приятно.
— Ты ангел, — шепчет Эцик.
Ловлю его взгляд, полный восхищения. Я ангел? Разве что очень полный, без крыльев и вообще летать не умею. Но сейчас я парю на волнах удовольствия, которое передается мне от моего мужчины. От каждого сладкого толчка, от каждого поцелуя и от каждого касания.
Удовольствие накрывает меня как лавина, отзывается в каждой клеточке тела. В глазах звезды, все тело приятно ломит.
Я лежу на своем мужчине, слушая его быстро бьющееся сердце.
— Ну, если меня так всегда будут лечить, то я не против, — наконец-то отзывается он.
Я слабо улыбаюсь.
— Что это вообще было? — смотрю ему в глаза.
— Самое лучшее в моей жизни, — усмехается Эцик.
— Я про послание в налоге.
Кстати, где он? А, вон, на полу валяется. Ужас, тут все так искрилось. Казалось, что сгорит дотла мой кабинет.
Он замирает. Его рука перестает гладить мою спину.
— Я не помню такого, — начинает Эцик. — Мне кажется, что я всегда жил во дворце. На кухне. Мне не разрешалось разговаривать с королем. Не говоря о том, чтобы играть с ним. Но я взял эту бумагу, и мне пришло видение. Вот мы в королевской детской. Там полно игрушек. Маленький король и я. Мы играем с солдатиками. Он командует атаковать, а я ему отвечаю своей армией. Потом у нас остается два солдатика, и мы деремся вдвоем. Я побеждаю. Но такого быть не могло. Бред какой-то.
— Ну, победить короля даже в детской игре – действительно бред, — пытаюсь пошутить.