Их любимая (СИ)

Когда вышла из туалета поморщилась – пустой коридор, и стену подпирает младший Северский.
- Ты зачем сразу за мной пошел? – двинулась на него, закипая от раздражения. – Думаешь, никто не заметил? Хватит меня компрометировать. Ты знаешь, что мне муж скажет?
- Я уже предлагал, - он отлип от стены. – Повторю. Сейчас вернемся, я набью ему морду. Заберем Гришу и уедем.
- Куда, домой к тебе? – остановилась напротив. – Вместе твою жену дождемся, да?
- Рита, я похож на шутника? – он приблизился. Хозяйским жестом заправил прядку волос мне за ухо. – Если я говорю – значит, мне можно довериться.
Я уже один раз доверилась – и вот чем это закончилось. Мне из родного города бежать пришлось, чтобы о них забыть.
- Убери свои грабли, - разозлилась и отбросила его руку. – По-человечески прошу. Хватит нас преследовать. Звонить тоже не надо.
- Дима тебя в круиз не отпускает? – сменил он вдруг тему.
- Не твое дело, - растерялась.
- Ты не сможешь Гришу увезти без его согласия, да? – продолжил Севастиан и улыбнулся. – Я могу с этим помочь?
- Как?
- Просто. Вы с Гришей улетите. И разрешение твоего придурка не потребуется.
- Он не придурок.
- Я серьезно могу помочь, - повторил он таким тоном, что я на секунду поверила.
И тут же отмахнулась – это все алкоголь, из-за него я размякла. Просто так, по доброте душевной Северский помогать мне не станет, он играет, до сих пор.
Ему весело манипулировать живыми людьми.
- Отстань от меня, ладно? – попросила и двинулась мимо него в зал.
- Когда у тебя вылет? - долетело мне вслед настойчивое. – Мне пара дней потребуется, и я твою проблему решу. Рита, подумай. Мой номер ты знаешь.
  
Глава 26
 
Глава 26
Это пятый бокал. Или шестой. Я уже сбилась со счета, а в голове такой приятный туман, что мне от всего весело. От кислых лиц бывших подруг, от удивленных взглядов папы и предостерегающих мужа.
Плевать. Хуже точно не будет – решила и подняла очередной бокал.
- У меня тост, - хотела и сама встать на ноги, но от волнения запуталась в каблуках и замешкалась.
- Маргарита, тебе хватит, - негромко процедил Дима и под столом сжал мою руку. – Сейчас поедем домой.
- Не хочу домой, - голос отрегулировать не получилось и мой отказ услышали все. Я знаю, что Дима не любит, когда я перечу ему на людях, я и не делала этого раньше, молчала. Но сейчас уже дошла до ручки. Я не хотела переться на этот ужин – он меня заставил. А ведь можно было прислушаться, не давить. Отбросила его ладонь и поднялась. – Гела, - посмотрела на мать Северских, которая ошарашенно на меня вылупилась. – Дом на Черном озере – чудесный. Диме очень нравится. С тем местом у меня столько связано, наверное, пора вспомнить прошлое.
- А где же тост, - негромко усмехнулся Арес. Поймал мой взгляд – и сразу посерьезнел, понял, что я не шучу. Заскрежетал его стул по полу, он резко встал на ноги. – Рита, давай лучше я.
- Сядь, - прошипел Дима. И, когда я не послушалась, тоже встал. – Извините нас. Марго ничего не ела и слегка перебрала. Нам пора.
Не пора. Мне неясно, почему все они не дают слова сказать, хотя весь вечер меня провоцировали, задавали вопросы, нагло смотрели, хищно улыбались. Они своего добились – я готова говорить.
- Идем, - муж прижал меня к себе и силой потянул из-за стола.
- Не трогай ее, давай лучше я, - это предложили одновременно, оба младших брата. Они со своих мест подорвались, не обращая внимания на недовольных жен.
- Димитрий, оставайся, - Тим бросил салфетку в тарелку. – Я сам сестру отвезу домой.
Сестру. Он с нажимом это сказал и напряженно уставился на Диму. Не поворачиваясь, почувствовала, как муж напрягся всем телом.
Будет драка – поняла с ужасом. И позвала Гришу.
- Сыночек, едем домой.
Гриша послушно спрыгнул со стула, схватил мою протянутую ладонь. Двинулась по залу и в раздражении оттолкнула от себя Диму, когда он хотел меня поддержать.
Не настолько уж я хмельна. Я в ресторане с сыном и знаю, что можно, а что нельзя. Реакция мужа и Северских злит, из себя выводит. Все они уверены, что им виднее, каково мне и что я чувствую.
 
- Нормально? – спросил Дима, когда мы вышли на воздух.
- Нет, - процедила, остановившись у заборчика, что огораживает цветник. Вино придало мне смелости, и пока Дима вызывал такси, я выговаривала. – Кем ты меня выставил? Жена не ела, перебрала, - передразнила. – Разве можно такое говорить?
- Маргарита, успокойся.
Замолчала. Стою и дышу ароматом цветов, сжимаю ладошку сына. Гриша болтает про свои пистолеты, что как вернемся домой – он хочет поиграть. Слабо улыбаюсь на эти планы, голос сына отвлекает меня от злости на мужа и Северских.
В такси Дима сел вперед и всю дорогу общался с водителем. Уже знакомым маршрутом мы подрулили к дому. И Дима сразу, без игр, отправил Гришу спать.
- Еще не поздно! – возмутилась, когда обиженный сын поплелся умываться.
- Впечатлений за день море, пусть отдохнет, - голос у мужа подозрительно ласковый. Ожидала, что дома разборки продолжатся, но Дима привлек меня к себе и обнял, медленно повел по коридору. – Мы только приехали, а с твоими родственниками уже времени больше проводим, чем наедине. Пора это исправлять, согласна?
Кивнула, не понимая, к чему он клонит. Дима прошел в кухню. Из шкафчика достал бутылку вина и два бокала. Из холодильника виноград.
- Садись? – обернулся ко мне. – У нас, как никак, новоселье, - он широко улыбнулся.
Но мне какой-то подвох почудился. Еще несколько часов назад в его голосе и взгляде я угрозу видела, а сейчас он спокоен, расслаблен, словно ничего не случилось. И предлагает мне отметить.
Неуверенно взяла бокал, когда он его наполнил. И когда он потянулся с поцелуем – приблизила лицо.
Врет! Если голос и взгляд он под контроль взял, то чувства – нет, они рвутся из него, и это почти агрессия, на меня направленная, он целует грубо, силу не рассчитывая, кусает мои губы и больно мне делает. Не выдержала, уперлась ладонью ему в грудь, отталкивая от себя.
- Дим, - выдохнула.
- Извини, увлекся, - он отстранился и улыбнулся. Протянул руку и большим пальцем мазнул по моей губе. – Кровь.
Я и сама ощущаю стальной привкус во рту. Хотела встать и умыться, но муж поднял мой бокал.
- Выпей лучше. Давай, давай, - он сам поднес бокал к моим губам, наклонил.
Бах.
Он меня напоить хочет – молнией сверкнула в мозгах догадка. Да. Хочет, чтобы я бдительность потеряла, и сама ему обо всем рассказала, а прикрывается нашим новосельем.
- Хорошо, - сделала глоточек вина, сухой, терпкий – его вкус перебил вкус крови во рту.
- Еще, Маргарита, - настаивает Дима. – До дна.
- Голова разболелась, - поставила бокал.
- Сейчас пройдет. Просто выпей еще, - он сверлит меня взглядом.
- Дима, - уперлась руками в стол, отклонилась. – Я не хочу.
- А с братьями своими выпила бы? – муж сощурился.
- При чем тут они?
- При том. Пей, - приказал он.
Пораженно фыркнула. И в знак протеста ударила по бокалу – он опрокинулся, и Греко лужицей растеклось по столу. Она закапала вниз, кап-кап в тишине по мозгам, на пол.
- Правду хочешь? – соскочила со стула. – Ладно. Никакие они мне не братья и никогда ими не были, ты сам это понимаешь. Так зачем тебе слышать о том, что было? Если ты уже обо всем догадался. Догадался ведь? – по его сверкнувшему взгляду убедилась, что да. И внутри все оборвалось. Вот. Я призналась. Он молча смотрит на меня. Мне душно и бежать хочется от этого разговора. Но Дима ничего не говорит. А на меня давит обстановка, знакомая кухня и вид из окна на освещенную фонарями лужайку. Зачем он притащил нас в этом дом? Ведь я была против. Отступила. – Все, Дим? Я пошла спать.
Вышла из кухни.
И он меня не остановил.
  
Глава 27
 
Глава 27