Продайся мне (СИ)

Я вспоминаю всё это и еле сдерживаю подступающие рыдания. После того ужасного дня я ни разу не плакала. Сильные люди ведь не распускают нюни, значит, и я не буду.
— Расскажешь, что случилось? — мягко спрашивает Альвина.
Отрицательно мотаю головой. Ей не нужно об этом знать.
— Я сказала ему лишь часть правды. Кажется, Дамир догадывается, что я не была с ним до конца честной, — путанно объясняю я.
— Почему ты не хочешь поговорить с ним по душам?
— Волнуюсь за него. Понимаешь, это касается моего бывшего, Назара. Вдруг Дамир разозлится и набьёт ему морду?
— И? Такому, как Назар, я бы и сама хорошенько врезала, — спокойно отвечает Альвина. — Неужели в этом главная причина твоего молчания?
— Нет, — я набираюсь смелости, закрываю глаза и произношу на одном выдохе: — Боюсь, что Дамир во мне разочаруется, когда узнает всю правду.
— Ты ему что, изменила? — напрягается Альвина.
— Нет-нет! Ничего подобного. Я бы никогда не посмела, ни за что на свете!
— Тогда не парься. Если мужчина тобой по-настоящему увлечён, он не разочаруется. Поверь моему житейскому опыту. Ты можешь быть сукой, стервой и конченой эгоисткой, но если ты своего мужика любишь и ценишь, если ты о нём заботишься, то он закроет глаза на твои недостатки. Впрочем, это работает и в обратную сторону.
Альвина не знает, почему я так переживаю, поэтому говорит совсем о других вещах. Но в её словах есть доля правды. Дамира нельзя назвать идеальным мужчиной, но для меня он именно такой. И я никогда в нём не разочаруюсь.
— Спасибо. Ты снова меня выручаешь, — не сдержавшись, встаю и обнимаю Альвину. Я испытываю к ней глубокую симпатию. Надеюсь, мы будем общаться и дальше. Надо как-нибудь написать ей первой и позвать на встречу. Можно и втроём собраться, если Лика захочет. Мне кажется, они с Альвиной найдут общий язык.
— Вот такая я, спасительница заблудших душ, — горделиво улыбается Альвина. — Ладно, пойду я. Жрать хочу с самого утра.
Она уходит, оставит после себя цветочный аромат духов.
Остаток дня провожу в каком-то трансе, всё время прокручивая в голове наш с Альвиной разговор. В семь вечера заканчивается рабочий день, и я с нетерпением жду, когда же освободится Дамир. Проходит пятнадцать минут, двадцать, двадцать пять. Наконец я не выдерживаю, иду к нему сама. Мы стараемся не афишировать свои отношения, поэтому без срочной надобности я к Дамиру в кабинет не бегаю.
— Ты скоро освободишься? — тихо спрашиваю, закрывая за собой дверь.
— Нет, — Дамир отвлекается от монитора и смотрит на меня изучающе. — Лучше езжай домой. Я ещё с Рыбальским ужинаю, он контракт один обсудить хочет.
— Рыбальским? — глупо переспрашиваю я. Этой встречи нет в календаре Дамира.
— Да. У него внезапно освободился вечер, — раздражённо произносит Дамир. Его бесит, когда планы резко меняются.
— Ясно, — пытаюсь не расстраиваться, даже улыбаюсь зачем-то. — Тогда увидимся завтра?
— Ты можешь поехать ко мне.
— Да?
Он что, собирается дать мне ключи от своего особняка? От неверия и радости я даже не могу отреагировать нормально, только руки к груди прикладываю и таращусь на Дамира.
— Да. Я вернусь часам к десяти. Не скучай.
Я вылетаю из его кабинета и бегу по офису, наплевав на удивлённый взгляд охранника. Хочется горланить песни или танцевать от счастья. Я еду к Дамиру домой и, пока его не будет, приготовлю что-нибудь вкусное. Мне хочется его удивить. Обрадовать.
А тяжёлый разговор отложу на потом. Ничего страшного не случится, если я ещё один денёк умолчу о том, как на самом деле обошёлся со мной Назар.
  
44
 
Я решаю не мудрить с готовкой, поэтому выбираю проверенное блюдо — говяжий стейк. В ресторанах Дамир заказывает именно его. Покупаю в магазине необходимые продукты, после секундных раздумий добавляю в корзину бутылку красного сухого вина и следую на кассу.
Спустя полтора часа приходит сообщение от Дамира. Он скоро будет. Бросаю стейк на электрический гриль, ещё раз пробую салат, чтобы удостовериться, всё ли в порядке со специями. Зажигаю свечи и, выключив свет, с нетерпением жду Дамира. Надеюсь, он не против романтики. Это всего лишь ужин, я старалась не переборщить с ванилькой.
 
Писк гриля возвещает о готовности стейков. Выкладываю их на тарелки, втягиваю аппетитный аромат и мечтательно зажмуриваюсь. Этот вечер будет прекрасным. Дамир дал мне ключи от своего дома. Значит, он мне доверяет. Пускает на свою территорию. И не давит, что самое важное.
Блеск автомобильных фар отдаётся во мне вибрирующей пульсацией. Отлипаю от окна, затаив дыхание, смотрю, как Дамир заходит в дом.
— Ты что, гадала, пока меня не было? Поэтому свечи расставила? — спрашивает он иронично, следуя за мной на кухню.
— Нет. Просто хотела устроить романтический ужин. Ты не против?
Он отрицательно качает головой. Вижу улыбку на его красивом лице и облегчённо выдыхаю. Дамиру понравился мой сюрприз.
Мы садимся за стол. Стейк получился вкусным, сочным и тающим во рту, а терпкое вино приятно горячит кровь. Я забываю о дневном разговоре с Альвиной, выбрасываю из головы дурные мысли и наслаждаюсь романтическим вечером. Дамир смотрит на меня, улыбаясь краешком губ, и складывается ощущение, будто вчерашний день мне приснился. Между нами не было недопонимания, мы не заснули по разные стороны кровати.
— Как стейк? — спрашиваю я охрипшим от волнения голосом.
— Отличный. Мне всё понравилось.
— Я рада, — облизываю пересохшие губы, и Дамир реагирует на это вполне невинное движение. Даже при тусклом освещении я вижу, как темнеет его взгляд.
Мы давно не занимались сексом. Вчера я испугалась, когда он обнял меня сзади, и тем самым испортила Дамиру настрой. Позавчера мы не виделись из-за рабочих моментов, а до этого не спали вместе из-за моего женского календаря. Стыдно признаться, но я радовалась, что у нас с Дамиром нет близости. После того, как Назар чуть меня не изнасиловал, мне было страшно даже подумать о сексе. Но прошла целая неделя, и я чувствую себя полностью готовой. Кошмары не в счёт, они скоро исчезнут.
Поднимаюсь, чтобы убрать пустые тарелки со стола. Дамир перехватывает мою руку, я разжимаю пальцы и оставляю в покое грязную посуду. И правда, зачем мыть её именно сейчас? Лучше продолжить наш романтический вечер, переместившись в спальню.
— Я соскучился, — тихо произносит Дамир.
Он встаёт, продолжая держать меня за руку, и привлекает к себе, накрывает губы в нежном щемящем поцелуе. Я льну к нему всем телом, с жадностью отвечаю на его ласки, растворяюсь в долгожданной близости. Всё хорошо, события недельной давности не испортят наши отношения. Мне не страшно рядом с Дамиром, я доверяю ему. Он — лучшее, что случалось со мной в жизни.
Поцелуй становится жадным, глубоким, нетерпеливым. Я расстёгиваю пуговицы на его рубашке, касаюсь разгорячённой кожи, всхлипываю, когда он задирает блузку и дотрагивается до моей груди. Возбуждение накатывает кипящими волнами, сладким маревом затягивает сознание. Дамир кусает мой подбородок, проводит языком по чувствительной шее. Пошатываюсь, словно пьяная, делаю шаг назад и спиной ощущаю прохладу стены.
Ещё один сумасшедший поцелуй, от которого низ живота наливается тяжестью. Я веду ладонями по мускулистой груди Дамира, а затем он заводит мои руки над головой и сжимает запястья. Вдавливается в меня своим телом. Снова набрасывается на губы, но в этот раз я не отвечаю.
Я словно в ледяную воду прыгаю. Возбуждение моментально исчезает, страх овладевает каждой клеточкой тела. Мои глаза закрыты, и я вновь вижу перед собой Назара. Физически ощущаю его прикосновения, вдыхаю резкий запах его треклятого парфюма. Вздрагиваю от отвращения. Начинаю отбиваться. Прошу меня отпустить. Слёзы брызжут из глаз, я ничего не соображаю.
— Тихо, тихо, Илана. Всё хорошо. Я тебя не трогаю, слышишь? Тебе ничто не угрожает.