Нуар (ЛП)

— Да, ты мое слабое место, — признал Брайан.
— И что ты будешь делать?
— Справлюсь с этим, — Брайан накрутил прядь все ещё влажных волос Джастина на палец. — Ты какой-то другой… напряженный.
— Убил сегодня кое-кого, — слезы блеснули в глазах, но не пролились. — И это твоя вина, Брайан. Ты должен был арестовать Ньюмана.
— Я же сказал, он убил…
— Все равно. С этим покончено. Со всем этим самосудом покончено.
  
Брайан долго смотрел ему в глаза.
— Ладно, — он наклонился поцеловать Джастина в холодную щеку. — Паршивый выдался денек.
— Это точно… И кстати, твои извинения приняты.
Брайан помолчал.
— С этого дня никакой лжи.
Брайан все ещё не говорил ни слова.
— Давай я начну. Я вел себя… как ребенок, — признался Джастин. — Скрывал, что я хочу быть с тобой, что меня с тобой что-то связывает… Потому что ты ненадежен. А мне нужна надежность. Ты мне не подходишь.
Брайан болезненно поморщился.
— Ты не можешь меня бросить. Я не… Не бросай.
— Я не собираюсь тебя бросать, Брайан. И изменить тебя не могу. Но мы как-нибудь выкрутимся, правда? Предлагаю финальную сделку. Никакого больше Брендона.
— Никакого Йена, — улыбнулся Брайан.
— Ты не отправляешь больше людей на съедение.
— Ты не суешься в Либерти, не сказав мне!
— Мы найдем этого проклятого морфа и остановим его.
— Мы?
— Мы, — заявил Джастин. — И ты наденешь ошейник для меня…
Лицо Брайана стало отстраненным.
— …когда-нибудь, — мягко закончил Джастин. — Это то, что делают бойфренды. Открываются друг для друга.
Брайан прижался своим лбом ко лбу Джастина.
— Идет.
***
В полутемной спальне Джастин медленно раздевал Брайана, не разрывая с ним взгляда.
Брайан открыл рот, вдохнул. Но смолчал.
— Говори, я слушаю, - ободрил его Джастин. - Мы же договорились не врать больше.
— Меня насиловали.
Джастин замер.
— И я не могу, — продолжал Брайан, глядя в сторону. — Не могу тебя любить. Правильно любить. Я испорчен. Сломан. А ты ещё чувствуешь себя незначительным. Охуеть смешно.
— Не нужно. Пожалуйста, не нужно, — Джастин взял руку, благоговейно поцеловал в ладонь.
— Ты знаешь, что делали эти руки?
— Мне все равно.
— Джастин…
— Не можешь любить? Я буду делать это за двоих. Я люблю тебя. Я выбираю тебя. Ты мой теперь, Брайан. Испачканный в крови, сломанный, злой, мне похуй.
Тишину в спальне нарушало только тяжелое дыхание Брайана. Он стоял, уставившись в стену, а Джастин смотрел на него и пытался понять — он услышал его слова?
— Почему морф не убил тебя, хотя имел такую возможность? В Либерти ты был полностью в его власти.
Джастин вздохнул от этой преднамеренной смены темы. Его не это удивило. Брайан не был готов слушать. И слышать.
— Знаешь, как ещё я понял, что ты не морф? Глаза. У тебя они были жесткие, но в последнее время я стал замечать в них что-то… не знаю, надежду на что-то, желание чего-то… В нем этого нет.
— Почему он не свернул тебе шею? Он месяцами гонялся за тобой.
— Он сказал, что он часть тебя, и потому не может меня убить. Запрет, — Джастин сел рядом с ним, начал массировать напряженные плечи. - Не знаю, что это значит.
Брайан долго обдумывал сказанное.
— Что ты делаешь? — уточнил он.
— Проявляю любовь.
Брайан посмотрел на него. А потом сделал нечто совершенно неожиданное: лег на живот, через плечо посмотрел на Джастина, точнее, ему в пах.
— Я думаю, ты можешь сделать это… мило.
Джастин погладил простыню, не смея коснуться прекрасного, обнаженного тела, которое ему так откровенно предлагалось.
— Это потому, что я признался, что люблю тебя? — он провел рукой по оливковой коже спины. Брайан не шелохнулся, лежал, словно мертвый, но Джастин чувствовал — он напряженно вслушивается.
— Знаешь, я всегда любил сказки, — сменил он тактику. Сработало, Брайан снова посмотрел на него через плечо, теперь в глаза.
— И кто тебе рассказывал сказки?
— Тот, кто меня создал. Я мало что помню о нем. Столько лет провести на хранении… Память сильно пострадала.
Брайан понимающе кивнул.
— И почему тебе нравятся сказки?
— Вот “Красавица и Чудовище”, например. История кого-то злого, одинокого и несчастного… — Джастин наклонился и поцеловал Брайана в поясницу, — …который отпугивает от себя всех, потому что знает, что он опасен.
Язык Джастина лизнул то место, где начинается складка между ягодицами.
— Но потом он встречает кого-то не опасного. Даже не слишком примечательного.
— Тебя, — проворчал Брайан.
— Брайан, я сказку рассказываю. А не нашу историю, — Джастин вытянулся рядом с Брайаном, поцеловал его в шею, обнял. — Я так тебя хочу…
— Я знаю, — со странным напряжением в голосе ответил Брайан.
— Но есть кое-что, чего я хочу даже больше, чем твое тело. Я хочу быть твоей зоной безопасности, — кончик его возбужденного члена оставил влажный след на бедре Брайана. — Может, нам стоит поговорить?
— Я не люблю разговаривать.
— Я знаю. Ладно, никаких разговоров об этом, — Джастин прикусил губу. — Я заговорил про сказки, чтобы объяснить, что фантазии помогают выразить плохие, тяжелые вещи.
— Как мое изнасилование? — голос Брайана дрожал, словно он с трудом сдерживал себя.
Джастин погладил его по спине.
— Есть же голографические фантазии, с нашими ошейниками мы можем их создавать. Тогда это будем не ты и я, а просто персонажи истории…
— Мне не нужны фантазии. Я уже сказал.
— Но если я хочу сделать тебя счастливым? — прошептал Джастин.
— Счастливым?
— Брайан… Когда я говорю, что люблю тебя, это просто подарок. Тебе не нужно чем-то награждать меня, чтобы я продолжал. И не нужно меня отвлекать, только из-за того, что ты не можешь… не скажешь мне того же, — повинуясь интуиции, Джастин запустил руку под живот Брайана, туда, где член прижимался к постели. Мягкий.
Брайан отдернулся.
— Не лезь!
Джастин, ошарашенный, смотрел на него.
— Ты что, думал, я тебя трахну, если ты не способен…
Брайан сел, отвернувшись, на краю кровати.
— Я способен! Не смей говорить мне, что нет!
Джастин рухнул на спину, переживая за него, расстроенный, растерянный. Брайан коротко взглянул на Джастина и, кажется, принял выражение его лица за разочарованное. Черт!
Брайан подошел к шкафу, что-то взял из него и направился к выходу из комнаты.
— Куда ты?
— Посплю на моей прежней кровати.
Джастин закрыл глаза ладонью. Как так получилось? Что это было? Почему все пошло наперекосяк?
Брайан обернулся в дверях, обнаженное тело темным силуэтом в проеме.
— Я всегда способен, Джастин. Всегда. И убить часть себя тоже.
***
Брайан выждал несколько часов, чтобы Джастин точно уснул. Он не хотел избегать Джастина. Просто предпочитал сейчас с ним не говорить. И не видеться. Ему нужно было… время.
Он подумал, не пойти ли в одно место, где всегда можно найти кого-то, в кого можно вколотить покорность. Там он мог бы забыться. Выкинуть из головы разочарованный взгляд голубых глаз.
Черт.
Вместо этого он пошел в Централ. Кое-что в том, что Джастин сказал о морфе, его удивило. У него возникла теория, и самое время было её проверить.
========== Часть 22 ==========
***
Брайан прошел мимо кабинета Стоквелла, в котором все ещё горел свет, капитан работал допоздна.
Брайан потер затылок, раздумывая о том, как подкатить к Гарднеру Вансу, шефу отдела внутренней безопасности. Со Стоквеллом нужно было что-то решать, он становился угрозой для Джастина. Хоть Комиссия и не приняла его показания, их все равно можно попытаться использовать… В крайнем случае, придется Стоквелла просто грохнуть, конечно, но шуму будет…
  
Брайан вывел трехмерные изображения всех голубоглазых светловолосых жертв, о которых на данный момент было известно, затем сделал запрос:
— Отчеты по направлению в утилизацию отработанного материала «Магазина Любви» на Брайтон-авеню 2321 за последний месяц.