Голое свидание (СИ)

– Нет, ты мне скажи: если стоны – это показатель, то почему обязательно я фригидная, а не он плохо постарался?
– Даша, а как ему вообще понять, правильно ли он все делает, если ты молчишь? Или ты в конце просто дружески хлопаешь его по плечу со словами: «Спасибо, товарищ! Вынимай»?
– Об этом я не задумывалась, – озадачиваюсь я.
– И что? – вытирает он выступившие от смеха слезы. – Прям совсем молчишь? Как партизан? Не сопишь даже?
– Эй! Это уже личная информация!
– Я знаю, что ты кончаешь молча. Что может быть еще более личным?
В этот момент мы оба решаем запить эту информацию и замечаем, что бармен просто приклеился к стойке напротив нас и жадно прислушивается к разговору. Под нашими взглядами он ретируется.
– Вот он сейчас, – указывая на бармена, говорит Сергей, – представляет тебя в постели. Так устроены мужики. Но он тебе об этом не скажет, и, думаю, этот факт тебя не расстраивает. Так может, правдорубцем быть стоит не всегда?
– Может и так, но ведь иногда стоит все же выслушать человека, а не принимать все в штыки. Не хочешь секса – фригидная, появилось настроение – шлюха, напомнила, чтоб мусор выбросил, – неблагодарная стерва, на вопрос «Что тебе подарить?» вместо жеманного «Ой, я всему буду рада» сказала, что хочешь получить, – меркантильная.
– Что? Неужели прям все-все мужчины такие? Другие совсем не попадались? Может, ты сама таких выбираешь?
– Какой ты догадливый! – наигранно восхищаюсь я. – И как это мне в голову сразу не пришло? Это ведь я сама хожу и ищу именно таких! Ты мне расскажи, раз ты такой умный, чего ж ты в день Святого Валентина на охоту вышел, обложившись презиками, а не свою идеальную женщину в свет повел?
– Да по всему выходит, – смеется Сергей над моим возмущением, – что моя идеальная женщина – это ты!
  
Глава четвертая
 
– В каком это смысле? – таращусь я на Сергея.
– Неужели ты думаешь, что только у тебя накопились претензии к противоположному полу? – усмехается он.
– Да знаю я, чем вы недовольны! – фыркаю я. – А именно всем!
Тянусь отпить из фужера, но он уже пуст.
– Повторить? – веселится собутыльник.
– Эмм… Сейчас, – я прокашливаюсь и под удивленным взглядом декламирую: – Трактор в поле тыр-тыр-тыр, залижу тебя до дыр! Ну как? Внятно получилось?
– Да, весьма! – давится вискариком Сергей. – Предупреждать надо! Ты еще и стихи пишешь?
– Не-а, только читаю. Если проблем с дикцией нет, можно еще одну «Маргариту». Это мой персональный тест на норму. Так в чем перед тобой провинился женский род?
Сергей подзывает бармена и сделав заказ, делится:
– У меня проблема строго наоборот. Я очень занятой человек. Не кривись, то, что мне сегодня удалось вырваться и посидеть в баре – редкий случай. Пока я не увидел твое декольте в гардеробной, я не помнил, что сегодня праздник для парочек.
Опять закатываю глаза, это сегодня тренд вечера. Ох уж мне эти истории, про занятых бизнесменов, не помнящих ни одну дату.
– Но это скорее потому, что сейчас у меня женщины нет, и все эти пляски вокруг романтики абсолютно неактуальны. Так вот. Я просто мечтаю, чтобы моя женщина внятно говорила, чего она от меня хочет. Все эти туманные намеки только раздражают, а заковыристые метафоры я воспринимаю буквально. Если хочешь новый телефон, не надо присылать мне фото, которая держит желаемую модель, с вопросом: «Как тебе платье?». Ждешь подарок? Скажи какой? Не против вытащить меня в ресторан? Назови дату и название заведения. Я задолбался быть виноватым непонятно в чем. Потому что чуть что не так и сразу «Ой, все!» и надутые губы. Как я мог не угадать, не догадаться, не предусмотреть и так далее! Я что телепат?
– Ха! То есть ты вообще не хочешь поднапрячься самостоятельно? – нахожу я изъян в его рассуждения, потому что специально его ищу. Уж больно звучит идеально.
– Ну почему же? Я обучаемый и вполне способен на экспромт, но для того чтобы хотеть что-то делать, мне важно понимать, что это не зря, а действительно принесет удовольствие моей девушке. И в ответ на мой жест или поступок она не подожмет губы, посылая укоризненные взгляды и не объясняя, где я облажался.
 
– И где в последний раз облажался ты? – возвращаю ему вопрос. Не все только про меня выспрашивать.
– На домашнем свидании, – вздыхает Сергей.
– Что? – ржу. – Тоже забыл застонать в конце?
– Хуже, – кается он. – Я не начал стонать с самого начала. Моя девушка решила накормить меня ужином, приготовленным собственными руками. Надо было насторожиться с самого начала, когда сама она к еде не притронулась. Когда отведав это, –Сергей задумывается, подбирая нужное слово, – варево, я предложил заказать доставку из ресторана, начался скандал. Вот не умеешь ты готовить, на хрен взялась?
Пришла моя очередь веселиться:
– А это зависит от того, долго ли вы уже встречались.
– Полгода где-то уже вместе были, – прикидывает он.
– А, – понимающе тяну я. – Значит, решила презентовать себя как хозяйственную женщину. Замуж она захотела за тебя, – перевожу я с женского на человеческий.
– Охренеть! – Сергей даже отставляет стакан, настолько его поразила эта информация. – А ничего, что внимание я на нее обратил за другие таланты? На кой хрен мне ее горело-сыроватые тефтели, когда я можно заказать ужин в ресторане, и уделить внимание тому, ради чего я готов был ее терпеть?
– Спроси чего попроще, – пожимаю плечами.
– Ты тоже так делала? – интересуется Сергей.
– Ага, – киваю я. – Это все оттуда же: хочешь, чтобы замуж взяли – будь хорошей хозяйкой.
Так, кажется, мне хватит «Маргариты».
– Вот вам башку с детства забивают, – неожиданно злится Сергей. – Если нет тяги к домохозяйству, так не хрен себя насиловать.
– Если бы тебя сейчас услышали все женщины страны, ты смог бы баллотироваться в президенты, – я поднимаю в честь компаньона фужер с остатками «Маргариты».
– А чего ты вообще собралась на свидание с непонятным парнем, от которого еще не известно, чего ожидать? – вдруг спрашивает он.
Смотрю на него, как на наивного школьника:
– А как еще мне узнать, что от него ожидать? Для этого и придуманы свидания, разве нет? Более того, любая девушка старше двадцати пяти, получившая приглашение, морально готова к тому, что все пройдет ужасно. Процентов пятьдесят вероятности приходится на то, что парень в жару или холод потащит ее шататься по улице, купит ей кофе в бумажном стаканчике, а потом полезет под юбку, считая это само собой разумеющимся.
– Ну и на хрена такие танцы? – удивляется Сергей. – Есть же «Тиндер». Обговорила сразу условия встречи, и вперед на амбразуры.
– Как у вас, мужиков, все просто! – всплескиваю руками. – Романтики нам хочется? Надежда до конца не сдохла. Да и вообще, лично я в этот раз приглядывалась к парню с целью, можно ли его взять с собой на свадьбу к подруге. Мне приглашение вручили на двоих.
– И что? Теперь ты не можешь там появиться одна?
– Да вот была я одна на последней свадьбе в сентябре. Как раз сразу после того, как со своим рассталась. Я наслушалась советов, как устроить личную жизнь буквально ото всех. И прыгать за букетом в толпе двадцатилетних соплюх и подруг, у которых есть мужики, – унизительно. Ненавижу эту традицию. С какой стати она у нас прижилась? Единственным утешением в прошлый раз было вытянувшееся лицо Наташкиного парня, когда она букет поймала.
– То есть на сегодняшнего молодого человека ты возлагала просто наполеоновские планы, – хмыкает Сергей. – Я бы на его месте смылся.
– Ой ладно! Шансов на то, что он перейдет в категорию «стоит серьезно присмотреться» было мало, но красивого свидания хотелось очень.
– Какой интересный подход – категорирование, – хохочет он. – А еще какие категории есть.
– Да их всего три по факту: догнать и трахать, обнять и плакать, отойти и поржать, – просвещаю я Сергея.
– А к какой категории отношусь я? – лукаво спрашивает он.