Академия Горгулий. Напарница дракона

Я еще не знала, чему собираюсь учиться, но это ведь школа. А мне, если придется жить в этом мире, потребуется какая-то местная специальность. До компьютеров и программирования здесь явно еще очень далеко.
– Я живу этажом выше, – тем временем сообщил Колт. – Поэтому, если понадоблюсь, ищи меня там.
– А еще здесь кто-нибудь есть? – поинтересовалась я, снимая с плеча единственную сумку, с которой отправилась в путешествие, и ставя ее на один из стульев за круглым столом.
– Эта башня считается моей, поэтому чужие здесь не ходят. На одном этаже с тобой живет только Мелиса.
– Мелиса? – я удивленно приподняла брови, вопросительно глядя на него.
– Одна из преподавательниц академии.
– И твоя любовница, надо полагать? – уточнила я с вызовом. – Раз живет в твоей башне.
Его губы скривились в сдержанной улыбке.
– Она всего лишь друг. Близкий, но друг.
– Знаешь, как говорят? Не бывает дружбы между мужчиной и женщиной. Рано или поздно все кончается постелью. Хотя иногда – крайне редко – с нее начинается. Ваш вариант какой?
Его улыбка стала шире, в темных глазах заплясали чертики, что немного оживило суровое лицо. Однако отвечать на вопрос он не стал, беззастенчиво сменив тему:
– Здесь пока почти ничего нет. Я имею в виду, никаких вещей, только кое-что в ванной, – он кивнул на неприметную дверь в углу, которая, по всей видимости, являлась входом в означенную комнату.
Интересно, а до водопровода с канализацией они уже доросли? Или там лохань с кувшинами и ночной горшок? По дороге сюда мы пару раз останавливались в придорожных трактирах, и там в качестве туалетов использовались деревянные домики с дыркой в полу и соответствующим запахом. Даже интересно, как дела обстоят в замках.
– Все произошло так быстро, что не было времени как следует подготовиться к твоему приезду. Но в ближайшие дни мы обязательно купим все, что тебе будет нужно.
– Звучит многообещающе, – хмыкнула я, неловко переминаясь с ноги на ногу.
Ужасно не терпелось поскорее снять промокшие кроссовки и все-таки познакомиться поближе с местным санузлом, но не очень-то хотелось открыто сообщать об этом мужику, который, по сути, чужой мне человек.
– Когда немного освоишься в нашем мире, начну знакомить тебя с местными, – тем временем продолжал Колт. – Думаю, к концу года вполне возможно выдать тебя замуж.
– Что?!
Ощущение было такое, словно я с разбега налетела на невидимую стену. О чем это он, черт побери?
– Куда выдать?! Ты охренел, что ли?
На лице папаши отразилась крайняя растерянность. Очевидно, он не ожидал такой реакции.
– Ну… замуж. Тебе ведь девятнадцать, верно?
– Будет через месяц, – буркнула я. – И что с того?
– Подходящий возраст для замужества, – пожал плечами Колт.
– Класс! – всплеснула я руками и возмущенно уперла их в бока. – То есть ты ни дня насчет отцовского долга в своей жизни не напрягался, а едва пришлось, уже торопишься повесить меня кому-нибудь на шею?
Он вновь скрестил руки на груди, глядя на меня с недоумением.
– А какие есть варианты? У тебя были на жизнь другие планы?
– Да, черт побери! Обучение, карьера, путешествия. Тусовки с друзьями. Ну, ладно, с приятелями. Ни к чему не обязывающие романы. Замужество – может быть, когда-нибудь, но не сейчас же! Не так сразу!
– Боюсь, что с учебой и карьерой в нашем мире у тебя будут проблемы. Где ты собралась учиться?
Я выразительно ткнула указательными пальцами в пол.
– А это разве не школа?
– Это академия.
– Ну вот, отличный вариант! В школе я уже отучилась, в колледже тоже. Самое время перейти к академии.
– Ты не можешь здесь учиться, – отрезал Колт.
– Это еще почему?
– Во-первых, у тебя нет соответствующего предшествующего образования. А во-вторых, ты сюда не поступала.
– Вообще-то, она может здесь учиться, – раздался от двери весьма мелодичный женский голос, на который мы с Колтом одновременно обернулись.
На пороге стояла незнакомка лет тридцати. С длинными каштановыми волосами, завивающимися в мелкие кудряшки, четко очерченными черными бровями и ярко-алыми губами. Ростом она была чуть выше меня, облегающие штаны подчеркивали стройность ног, а приталенная туника до середины бедра скрывала все возможные недостатки. Или просто служила альтернативой платью. Женщина приветливо улыбнулась мне и подмигнула, а потом с вызовом посмотрела на отца.
 
Вероятно, это и была та самая Мелиса. И что бы там ее ни связывало с Колтом, она мне уже нравилась. И понравилась еще больше, когда добавила:
– Она твоя дочь, то есть дочь директора. А значит, имеет право обучаться в академии, не проходя вступительных испытаний.
– Это не решает первую проблему, – упрямо напомнил Колт. – У нее нет соответствующей подготовки.
– Да брось, Энгард, – улыбнулась Мелиса. – Разве большинство наших преподавателей не начинают свои курсы со слов: «Забудьте все, чему вас учили раньше?» Я так каждый раз делаю. А ты нет?
Колт нахмурился, но промолчал, что свидетельствовало в пользу правоты моей внезапной заступницы.
– Она пройдет инициацию, мы объясним ей суть магии, немного позанимаемся летом. Не только бытовыми вопросами, но и более сложными. Уверена, Ника все быстро освоит. А что не освоит, то во время учебы нагонит. Правда?
Мелиса повернулась и вопросительно посмотрела на меня. Я в ответ активно закивала. Вообще-то, меня сложно назвать прилежной ученицей, и никто никогда не говорил, что я быстро схватываю, а магия и вовсе еще недавно была для меня просто суеверием, но в таких делах главное – мотивация. А сейчас мотивация была очень уж хороша, ибо замуж так рано мне совершенно не хотелось.
– Ладно, – сдался наконец Колт. – Можно попробовать. В конце концов, хуже не будет. Если первый курс потянет, то и дальше справится.
Я облегченно выдохнула, а Мелиса снова ободряюще улыбнулась. Однако, уже уходя, папаша весьма серьезно добавил:
– К тому же среди студентов академии немало достойных молодых людей.
После чего дверь за ним и его «просто другом» закрылась, а меня охватило жгучее желание швырнуть что-нибудь родителю вслед в знак крайнего возмущения. Увы, под рукой ничего подходящего не оказалось.
 
Глава 4
 
Оставшись в комнате одна, я в первую очередь скинула промокшие кроссовки, стащила сырые носки и подвернула штанины джинсов. Стоять босиком на каменном полу было определенно плохой идеей, поэтому, подхватив сумку, я перебралась на ковер с толстым ворсом, по которому можно было дойти до широкой кровати. Джинсовую куртку, оставшуюся сухой благодаря плащу, я кинула поверх покрывала, а потом и сама плюхнулась на него и принялась рыться в сумке, ища пачку сигарет.
Пачка нашлась, а вот зажигалка куда-то запропастилась, хотя я была уверена, что взяла и ее. Пока рылась, вспомнила мужчину, которого видела внизу, и его огненный шар. Интересно, я тоже так смогу, когда отучусь здесь? Мне бы пригодилось умение зарождать хотя бы крошечный огонек, потому что зажигалки я постоянно теряю.
Но пока я так не умела, а мелкая вредина на редкость хорошо спряталась, поэтому от идеи успокоительной сигареты пришлось отказаться. Огонь в камине, конечно, мог решить проблему, но я не видела вокруг ничего, на чем его можно было безопасно перенести, а засовывать в камин голову я считала не слишком удачной идеей. В конце концов, я не такой уж заядлый курильщик, а поберечь сигареты тоже неплохо, у меня с собой всего одна пачка. Едва начатая, но все же. Стоит сперва узнать, когда я смогу разжиться пополнением и смогу ли вообще.
Засунув сигареты обратно, я пристроила мокрые кроссовки поближе к камину, чтобы просохли, на ручку кресла, стоящего рядом, повесила носки с той же целью, после чего решила повнимательнее познакомиться с комнатой.
В первую очередь меня заинтересовала еще одна дверь, а помещение за ней заставило забыть переживания по поводу шкафа. Там обнаружилась огромная и сейчас практически пустая гардеробная. На полках я нашла только ночную сорочку: из плотной ткани, до щиколоток и с длинными рукавами. Да, пожалуй, в замке достаточно «свежо», чтобы спать в подобном одеянии. Иначе утром, наверное, из-под одеяла не вылезти. Судя по тому, что на вешалке меня ждал еще и весьма теплый халат, с отоплением здесь совсем беда. На нижней полке также обнаружились туфли. Достаточно мягкие и удобные, чтобы использоваться в качестве тапочек, что было весьма кстати: босые ноги уже заледенели.