Некромант на Великой Войне (СИ)

Глазами Солдата номер десять из кустов несколько мгновений разглядывал трех немецких солдат, устроивших пост на перекрестке двух дорог.
«Кажется полевая жандармерия. Впрочем без разницы».
Прикинув расстояние понял, что от поста жандармов до моей стоянки было больше восемнадцати километров.
«Значит не меньше часа придётся ждать, доставки доноров, надеюсь капитан доживёт».
Вскоре Сержант принёс Ведерникова, был он в ужасном состоянии, в изорваной пропитанной кровью форме и почему-то без сапог.
На месте правой руки, была культя замотанная грязными окровавленными тряпками, в которых я с оторопью узнал портянки. На этом ранения капитана не заканчивались. Ожог на правой стороне лица и запеченный белесый глаз, завершали его неприглядный вид. Мелкие раны, вроде осколков в мягких тканях, я даже не стал учитывать.
«Как он ещё жив то»?
К счастью для Ведерникова долго ему мучиться не пришлось через десять минут вернулись Солдаты с донорами, едва увидев что они принесли, мне едва удалось сдержать вспышку бешенства и не прервать нежизни тупого мяса. По дороге Солдаты умудрились задушить двух из трёх немцев, просто потому, что у них не хватило мозгов не передавливать им шеи, третьему повезло больше, но ему по дороге сломали рёбра.
Подышав, еще раз напомнил себе, что это всего лишь тупое мясо и что я сам виноват, что доверил им такое дело. Восстановив душевное равновесие, уложил в печать Иссушения жандарма, предварительно его обездвижив. Быстро перенастроил печать, путём удаление лишних символов и дорисовкой новых, замедлил передачу дизнеоц энергии, практически до минимума. Сделал я это для того, чтобы у меня было время вернуть Ведерникову утраченную руку и глаз, слуги инвалиды мне были не нужны.
«А этот к тому-же офицер, а значит более полезен чем никчёмный рядовой».
Первым делом вытащил из своей памяти заклинание которое нас заставили выучить в пору моего студенчества, когда мы проходили курсы общей магии. Спел был из магии целительства и определял совместимость крови, одних людей с другими. Для начала узнал, что кровь и прочие внутренние жидкости капитана относится к Земле, что было не плохо, так как объединение Земля являлась самой распространённой среди простецов.
Зато немец оказался обладателем объединения Воздух, что никак не сочиталась с Землёй и мало того конфликтовала.
Подавив рвущееся с губ ругательство, перевёл взгляд на Савелия, от чего он смертельно побледнел и вскочил на ноги, но был мгновенно схвачен Солдатами и подтащен ко мне. Быстрое диагностика выявило, что он тоже оказался обладателем соединения Воздуха.
Уже от безнадеги ни на что не рассчитываю проверил Шрайвера и конечно же он оказался Землёй, да ещё и с отличной совместимостью с Землёй капитана, как будто они были близкими родственниками. Конечно будь я магом жизни или целителем, то в некоторой степени мог бы игнорировать не совместимость, но я был некромантом и лечить умел, только посредством ритуалов, которым не хватало гибкости.
«Очень надеюсь, что он не умрёт».
С тяжелым вздохом достал из вещь-мешка тяжёлый охотничий нож и под мысли, что мне срочно нужен хирургический набор принялся резать руку Шрайвера, конечно предварительно его вырубив. Савелий бледный и какой-то потерянный сидел на краю поляны и кажется был близок к потери сознания. Уже после отделения руки, я вдруг подумал, что нет смысла пересаживать своему слуге просто руку, когда можно её модифицировать. Правда, всё что я мог на текущем уровне и с имеющимися ресурсами, это продублировать и усилить нервную проводимость, то есть усилить и продублировать нервы, что пронизывали предплечье и кисть. Делать это пришлось золотыми и серебряными нитями, которые вживлялись в плоть, предварительно обработанную заклинанием для размягчения плоти. С нитью тоже пришлось повозиться, но с помощью толики магии и костра разведённого в яме с поддувом в виде импровизированных мехов из плащ-палаток, все получилось, хотя вид артефактной руки получился довольно неприглядным, так как некоторые особо толстые части нити, выходили наружу.
  
Тем не менее рука была функциональна, прада вся её «артефактность» исчерпывалась странным внешним видом и титанической силой, немного превышающую максимально возможную у человека.
Кстати скорость прохождения сигнала от мозга через синапсы существенно возросло, что сделало руку, ещё и очень быстрой.
Глаз пересадить не получилось, так как все нервные окончания в глазнице капитана просто выгорели и требовали тонких манипуляций. В теории, как знаток анатомии, я знал, что надо делать, но как некромант, просто не обладал нужными умениями. Хотя был вариант, пересадить ему мертвый глаз и как-то согласовать его работу с живым мозгом, но по сложности это пожалуй было на порядок выше первого варианта, но зато тут я знал, что делать.
«Отложим работу над глазом на потом, когда у меня появится инструменты».
Трудности с рукой начались ещё до того, как я попытался её приживить к культе и первой была несовпадения размеров. Немец был настоящим гигантом с соответствующими руками, а капитан хоть и был крепким мужчиной, но все же вдвое меньше донора. Тем не менее я потратив два часа на операцию, смог одной кривой иглой и маленьким ножом с узким лезвием поставить предплечье на место. Выглядело это всё крайне уродливо, рука была настолько огромной, что в выпрямленом состоянии, свисала ниже колена, а по толщине совсем немного уступала ляжке капитана.
«Выглядит конечно отвратно, но я думаю, это всё же лучше, чем быть одноруким».
Закончив пересадку руки, я запустил Печать на полную мощность, превратив жандарама в сухую мумию.
Час спустя капитан очнулся и несколько мгновений лежал бездумно уставившись в небо единственным глазом. Кстати ожог на лице практически не зажил, так как, я специально перенаправил основной объём энергии на приживление руки.
— Я жив.
Хриплым голосом пробормотал Ведерников.
— Степан Аркадьевич, может вы уже прекратите валятся и встанете.
Услышав мой голос капитан вздрогнул и приподнялся, оперевшись, на свою новую монстраозную руку, после чего на секунду замер и словно чего-то боясь повернул голову и посмотрел на свою. Новую конечность.
— Сука!
Испуганный Ведерников, бросился в сторону, но онемевшее тело его подвело и он не ловко завалился на бок, нелепо треся своей новой лапишей, словно пытался её отбросить в сторону.
— Что это⁈
Дальше изо рта капитана полился отборный мат, причём судя по всему всё скатывалось к истерике.
«Похоже у него совсем нервы расшатались».
Савелий всё это время сидевший с краю поляны кажется был немного не в себе и судя по его безумным глазам мечтал оказаться как можно дальше отсюда.
Только спустя пару часов, капитан немного успокоился, но похоже пока не свыкся со своей новой рукой, так как постоянно шевелил пальцами при этом с каким-то болезнным любопытством разглядывал и трогал её.
— Зачем вы это сделали?
Голос Ведерникова прозвучал практически безэмоционально, словно он был смертельн болен и уже смирился с этим.
— Степан Аркадьевич, а вы бы предпочли остаться инвалидом.
— Теперь я урод.
— Да вы и раньше красавцем не были!
Вспылил я раздражённый наблагодарностью слуги, на которого я потратил практически весь свой запас золота.
Рассержены реакцией Ведерникова, отвернулся от него и чтобы унять эмоции запчтся подъёмом жандармов. Капитан же продолжил раздражающе шевелить своей клешней.
Уже к вечеру Ведерников удивил меня адаптивностью своей психики, так как за это время он смирился со своей лапишей и потерей глаза. Савелий тоже пришел в себя, хотя страх перед мной поселившийся на дне его глаз никуда не ушёл. Но я в этом не видел ничего необычного, так как боятся некроманта это нормально.
— Ну и что мне теперь с этим делать, как объяснить «товарищам».
На что я равнодушно пожал плечами, меня не особо интересовали вопросы от компетентных органов.