Покори меня (ЛП)

Мои каблуки стучат по деревянному полу, когда я иду к шкафу. Протягиваю ему тарелку.
— Это так мило с твоей стороны.
Трип пожимает плечами.
— Мы празднуем.
Я поднимаю бровь, потому что мое любопытство убивает меня.
— О? Что именно?
Трип шлепает бифштексы на тарелку и улыбается.
— У «Скоростной трассы «Маунтин Тайм» есть инвестор!
— Серьезно?! — Я взвизгиваю и бросаюсь ему на шею. — Это потрясающая новость!
Трип смеется и ставит еду на стол, прежде чем повернуться и обнять меня за талию. Выражение его лица становится серьезным, как только он замечает мой наряд.
— Выглядишь потрясающе. Ты куда-то собралась?
Я киваю.
— У Джексона есть идея, как помочь спасти трек, поэтому я встречаюсь с ним за ужином, чтобы поговорить об этом.
Трип сжимает губы.
— Позвони и отмени. Тебе больше не нужна его помощь.
— Трип… я не могу этого сделать. Твой друг-инвестор подписывает контракт и это здорово, но нам нужны способы наладить бизнес. Я должна услышать, что скажет Джексон. Нам необходима вся помощь, которую мы можем получить. — Трип открывает рот, но быстро закрывает его, когда снаружи дважды гудит клаксон. — Это он. Поговорим позже.
Я наклоняюсь и целую его в щеку, прежде чем выбежать за дверь и сесть в машину Джексона.
Знакомый запах кожи и древесного одеколона атакует мой нос, как только я закрываю дверь, оставшись с Джексоном. Раньше мне нравился этот запах. Сидение напоминало о том времени, когда проводить время с Джексоном было очень приятно, вместо того напряжения, которое я чувствую, находясь рядом с ним сейчас. Я не могу не задаться вопросом, сколько других женщин сидело на этом самом месте за моей спиной, и смесь печали и гнева омывает мое сердце.
— Вау! Классное платье, Холл. Идеально во всех нужных местах, — говорит Джексон, оценивая мой наряд.
Обычно такой комплимент заставлял меня хихикать как идиотку, но сейчас он меня раздражает, как будто все, что интересует Джексона — это мое тело. Я помню, что раньше такие замечания были чуть приятнее. То есть до того, как я узнала, что он использовал их на каждой другой девушке в округе.
Я оттягиваю подол платья вниз, чтобы лучше прикрыть бедра.
— Спасибо.
Джексон выезжает со стоянки и поворачивает в сторону центра Тусона, прежде чем взять меня за руку.
— Я так рад, что ты решила встретиться со мной сегодня. На этот раз все будет хорошо, Холли. Я обещаю.
Вырываю руку.
— Я согласилась поехать с тобой только ради трека, Джексон. Это просто бизнес.
Парень выпрямляется в кресле, глядя прямо перед собой.
— Значит, бизнес.
Ни один из нас во время поездки не произносит больше ни слова. Напряжение витает в воздухе, но я не буду той, кто его развеет. Он попросил меня пойти с ним и знает, что мы не вместе, так что нечестно с его стороны думать, будто я сдамся просто так, став легкой добычей.
Как только мы садимся за маленький столик в ресторане, Джексон говорит:
— Вышло неловко. Возможно, это было ошибкой. Мы можем уйти.
Паника захлестывает меня, когда я понимаю, что он не поможет, если я немного не уступлю.
— Давай начнем сначала. Я хочу, чтобы мы были друзьями.
Джексон играет вилкой.
— Друзья, да? Знаешь, в ту ночь в твоей комнате я надеялся, что мы расстанемся друзьями, чтобы я смог жить дальше без угрызений совести, но, услышав, как ты говоришь это сейчас, мне больно.
Я вздыхаю.
— Джексон… это ты решил покончить со мной.
— Знаю, и я здесь, чтобы сказать, что совершил ошибку. Я хочу, чтобы ты приняла меня обратно, Холли. Ты знаешь, как хорошо нам было вместе. Мы можем вернуться к тому, что было раньше, и я могу помочь вам организовать соревнования по мотокроссу, чтобы привлечь толпу на трассу.
Качаю головой.
— Я не хочу возвращаться к тому, что было.
Парень выгибает бровь.
— Разве ты не хочешь снова быть вместе?
Это тот момент, которого я так хотела: чтобы Джексон приполз обратно, признав, что был неправ — так почему же я не чувствую радости от победы? Я делаю глубокий вдох, и лицо Трипа всплывает в моей голове, что чертовски озадачивает. Почему я думаю о нем в такой момент?
 
Как будто Джексон умеет читать мои мысли, он спрашивает:
— Это из-за Трипа?
Мои глаза расширяются от его самоуверенности.
— Нет. Ну, я имею в виду, немного да, но главная причина, по которой я не хочу принимать тебя обратно, связана с тобой.
— Со мной? — спрашивает Джексон с удивлением на лице. — Я признал, что совершил ошибку, изменив тебе, и мне очень жаль. Разве мы не можем просто отпустить это?
Я отрицательно качаю головой.
— Ты не понимаешь? Дело не только в том, что ты мне изменил — это только одна из причин. Ты солгал мне. Держу пари, это продолжалось гораздо дольше, чем я думаю. Наверное, тебе просто надоело постоянно скрывать это. — Он открывает рот, чтобы возразить, но я не даю ему такой возможности, и причины, по которым я не хочу, чтобы он вернулся ко мне, свободно вылетают из моего рта: — Ты никогда не поддерживал идею моего отъезда в колледж, хотя я всем сердцем хотела этого. И мне не нравится, как ты обращаешься с Максом.
Он прищуривается.
— Что ты имеешь в виду?
— Мне не нравится, что ты наезжаешь на моего друга. Макс сказал, что ты угрожал ему, если он не расскажет тебе, почему Трип здесь.
— Я сделал это только потому, что беспокоился о намерениях этого парня. Мне не нравится, когда тебе причиняют боль.
Я саркастически смеюсь.
— Как забавно. Значит, ты можешь причинять мне боль, но никто другой не может?
Челюсть Джексона напрягается.
— Знаешь, что, Холли, с меня хватит.
— Хватит? Что это вообще значит?
— Это значит, что я сошел с ума, думая, будто хочу вернуть тебя. Скажи Трипу, что он выиграл и пусть забирает твою стервозную задницу. — Он встает из-за стола.
— Куда ты собрался?
— Я ухожу. Сама найдешь дорогу домой. — Джексон бросает на стол двадцатку. — Этого должно хватить на еду.
У меня отвисает челюсть, когда я смотрю, как он поворачивается и выходит из ресторана. Не могу поверить, что этот придурок оставил меня здесь. Макс был прав. Я начинаю размышлять о том, что вообще нашла в этом парне.
К столику подходит миниатюрная светловолосая официантка.
— Вы хотите заказать напитки или ждете кого-то еще?
Я роюсь в сумочке и протягиваю ей свое поддельное удостоверение.
— Буду только я, и я хотела бы начать с чего-нибудь из бара.
ТРИП
Когда Холли выскочила отсюда, мое сердце сжалось в груди. Я знаю, что ее цель — вернуть Джексона, а я тупица, потому что начинаю переживать о девушке, которая любит кого-то другого. Но я хотел бы, чтобы она передумала насчет этого мудака. Мысль, что он прямо сейчас может целовать ее сладкие губы, заставляет мою кровь кипеть. Я пробовал эти губы на вкус, и все, что я делал за последнюю неделю — думал о том, как сделать это снова.
Протыкаю стейк перед собой вилкой и энергично начинаю разрезать его, представляя самодовольную физиономию Джексона.
— Ого. Что эта штука тебе сделала? — спрашивает Макс.
Я пожимаю плечами.
— Ничего. Просто задумался.
— Насчет Холли и Джексона, — подсказывает Макс, прежде чем откусить кусочек.
Я перевожу взгляд на парня, но не отвечаю. Мне не нужно, чтобы он знал о моих делах.
Макс делает глоток воды и ставит стакан.
— Мне никогда не нравился этот парень.
— Почему? — спрашиваю я и откусываю еще кусочек, прежде чем взглянуть на Билла, который все еще спит в кресле. — Я думал, вы друзья или что-то в этом роде.
— Или что-то в этом роде… — говорит Макс. — Джексон Круз — узколобый гомофоб, который разговаривает кулаками.
— Вы двое уже сталкивались раньше?
Макс кивает.
— О да, много раз.
Я поднимаю бровь.
— И Холли осталась с ним. Я думал, что девичий кодекс гласит: если парень и лучший друг не ладят, парень долго не протянет.