Крик потревоженной тишины. Книга 2
Тут же, на широких полях, виднелась приписка, сделанная разборчивым почерком яркими чернилами, пропитавшими бумагу: «Я слышал, что многие относятся к этой книге только как к инструкции. Но я-то знаю, что это не так».
Такие слова зацепили Гарпа, и он с великим любопытством принялся читать дальше, хрустя переплётом. Первым шёл раздел о свойствах Закона. Формат книги и правда оказался странным: мелкий шрифт занимал лишь центр страницы, оставляя большие поля, которые были все исписаны тем же почерком, плотно покрывая листы желтоватой типографской бумаги. Гарп удивился, что в этой книге описываются какие-то свойства. Он раньше держал в руках только её второй раздел – с ритуалами – и думал, что этот раздел и есть вся книга.
Книга была написана довольно сухим языком, и читать её оказалось не интересно и даже занудно, но прекрасные рукописные комментарии делали чтение таким, что оторваться было нельзя. Гарп бегло читал о свойствах Закона, а потом с наслаждением читал живой язык заметок на полях. Так он смог узнать о Законе много нового. Оказывается, Он был не хаотичной силой, которую надо время от времени ублажать, а строгой и ясной системой, которая помогала жить. Зачем нужны все ритуалы, было не ясно. Дело явно было не в них.
Гарп верил в Закон, потому что столкнулся с ним лично перед дуэлью с Илином. Тогда Закон согласился организовать дуэль, пометив соперников яркой вспышкой горячего света. Но и до этого он не ставил Закон под сомнение. Просто не думал о Нём слишком глубоко, оставляя Ему место лишь на задворках своего сознания. В общем, теперь Гарп начал понимать действия Фолока. Конечно, сам Гарп не стал бы совершать аналогичные поступки после чтения этой книги, но по крайней мере, теперь действия брата Линвы вызывали у него уважение. Правда, он мысленно упрекнул Фолока в том, что тот явно перестарался со своим служением Закону, да к тому же настолько сильно поддался эмоциям от простого чтения книги: построил ему барак и стал выхаживать, пока не пропал. Он не придал значения тому, что перед этим Фолок ещё и беседовал с Маркусом. Однако, помимо осуждения, Гарп питал к Фолоку благодарность. Как-никак именно благодаря его действиям Гарп теперь был жив, а не умер от ран. К тому же только благодаря ему он смог получить еду, питьё, а также лекарство из рук Линвы. Теперь Гарп возлагал на это лекарство большие надежды. Напиток должен был отогнать слабость и пропитать его, разогнав яд сороконожек, если тот всё же попал в кровь. Саму же Линву Гарп как считал глупой истеричкой, так и продолжал считать. Поразительно, но «Книга Явлений» была будто бы согласна с ним в этом вопросе, ведь на одной странице было написано:
«Свойство Закона № 27: Раскрытие. Закон любит раскрывать свои свойства перед людьми. Люди должны оказывать Закону содействие. Если человек просит о получении знаний о Законе, то ему должны помочь в той мере, в какой это возможно».
Прочитав эти слова, Гарп цокнул языком и укоризненно сощурился: ведь он просил Линву дать ему эту книгу, а она не давала, тем самым нарушая это правило. Он проговорил себе под нос:
– Свойство Закона № 27: Линва – глупая истеричка. Вот такая формулировка мне больше нравится.
Нельзя сказать, чтобы чтение этой книги сделало из Гарпа преданного последователя изложенных там идей и почитателя Закона. Чтение книги вряд ли может серьёзно изменить человека. И Гарп воспринимал чтение главным образом просто как способ отвлечься от своих проблем и как подборку интересных фактов. Он понимал, что, прочитав эту книгу, уже через пару дней забудет всё, что там написано. Останется только слабое послевкусие, которое будет выражаться, например, в сочувствии Фолоку и в ещё большем неуважении по отношению к Линве – вот, пожалуй, и всё. Сам же Гарп не собирался выполнять те высокие предписания, о которых говорилось в «Книге Явлений». Читая книги долгими вечерами, мы радуемся, что коротаем время и что книга интересная, но не бежим сразу же ставить спектакль по ней. Поэтому, когда Гарп прочитал на одной из страниц: «Тратьте все силы на служение Закону, не оставляя для себя ни минуты, и пусть это вас не тяготит. Если это тяготит – значит, вы служите неправильно», то он хмыкнул и сказал:
– Ага, конечно! – И в этих словах чувствовалась непомерно высокая доля сарказма. Правда, он не преминул прочитать комментарии.
«Фраза написана непонятно, – гласили они. – Думаю, тут имеется в виду, что Закон хочет, чтобы все были счастливы, а значит, служить Ему означает то, что надо доставлять счастье себе и другим. Если вы или другие люди страдаете от вашей деятельности, значит, вы служите неправильно».
– А мужик дело пишет! – оценил Гарп, почему-то уверенный, что комментарии писал именно мужчина. – Вот мне сейчас хорошо лежится. Значит, Закон рад! – Он усмехнулся и продолжил читать.
Когда же он, сам не заметив, прочитал весь первый раздел и понял, что начинается второй, то решил отложить книгу в сторону и всё-таки подумать о прекрасном, а именно о порции свежепожаренной рыбы с чашкой родниковой воды. К тому же есть и пить хотелось уже гораздо сильнее прежнего, а глаза от долгой нагрузки щипало так, что хотелось окунуть их в холодную воду.
«Опять мысли только о воде! Да что же такое!» – со злостью подумал Гарп, отшвырнул книгу в сторону и, превозмогая слабость, пошёл к озёрам, прихватив с собой ржавое мятое ведро.
– Пожалуйста, пусть там никого не будет, – молил он, хотя понимал, что день в самом разгаре и селяне наверняка уже начали ловить рыбу.
Что ж, главное, чтобы ему тоже досталось несколько штук на этом празднике жизни. Всё-таки, хотя его тут и презирают, а себя Гарп уважал и не терпел, чтобы другие ставили его ниже себя. И если улов хороший, Гарп ничего не будет ловить, а просто добьётся, чтобы ему дали несколько рыб. Будут спорить – за словом в карман лезть не придётся. Да и кто же захочет оказаться побитым из-за рыбы? Дадут, куда денутся!
На подходе к озеру он услышал целую какофонию разных звуков. Тут был и шорох листвы, и стук топора, и рычание пилы, и звонкий голосок молотка, и неразборчивые ругательства по поводу того, что кто-то что-то неправильно делает. Гарп нахмурился и прислушался, пока его не увидели за деревьями.
– Не можешь пилить – руби! – кричал один.
– Не ори! – отзывался другой. – Мы все равные члены совета.
– Сейчас ты вылетишь из совета прочь! – отвечал первый.
– Не спорь с человеком, у которого в руках пила, – парировал первый. – А то потом спорить будет нечем.
– Хватит спорить, – вмешался третий. – Получается, я один тут работаю за вас всех.
– Не нравится – зови Гарпа, – отвечали ему, и эта перебранка продолжалась довольно долго.
Гарп не захотел ввязываться в эту перепалку, где он точно оказался бы крайним, и решил, что еда подождёт, а воды можно набрать и из колодца на площади. Вся уверенность в победе оставила его. Работники были при инструментах, а пила, топор и молоток – неплохое преимущество в борьбе. К тому же они явно ничего не ловили. Рыба спокойно плавала в чистой воде, не подозревая о шуме наверху. Если же рыбка и подплывала близко к кромке водной глади, она чуяла неладное и спешила уйти обратно в толщу воды, где никто не вытянет её из привычного места обитания.
С мыслями о возможном поражении в драке Гарп поплёлся к колодцу на площади, возле медного рога. Тело требовало покоя. В горле стояла жгучая сухость. Глаза слезились. Ноги перемещались с трудом. Гарп чувствовал, будто в нём иссякает что-то, что всю жизнь заставляло его шевелиться, и что скоро он просто упадёт бездыханный, как выпотрошенное чучело. Вот так просто: не сможет сделать очередной шаг – и упадёт. Нога не сможет твёрдо ступить на поверхность, начнёт заплетаться и, как безвольный кусок подгнившего каната, рухнет на траву. А вслед за ногой повалится и всё тело. Сил встать уже не будет, а потом кончатся и силы дышать.
