Черный цвет солнца (СИ)
Волколаки расправились с упырями мгновенно. Ольга и Игорь шли медленно, в ужасе глядя на заваленную мертвыми телами и залитую кровью сельскую площадь. Волколаки, погрызшие всех оставшихся упырей, стаскивали убитых жителей Залесово в одну кучу, а восставших покойников в другую.
— О, боги, — прошептала Ольга. — Какое же месиво тут было…
— Всех надо немедленно сжечь, — сказал Игорь, глядя на кучи мертвых тел.
Зайдя в избу, они нашли в ней только Ратмирку. Он лежал, свернувшись калачиком, на кровати. Почти догоревшая свеча, стоявшая на подоконнике, освещала его бледное испуганное лицо.
— Ратмирка, а где Маша? — спросила Ольга, подойдя к мальчику.
— Ушла, — не сразу ответил он. — Взяла нож со стола и ушла.
— За Ваном, — выдохнул Игорь. — Вот же неугомонная!
Ольга встала и, поправив лук за спиной, скомандовала:
— Идем.
— Куда?
— За ней! Куда же еще! — ответила Ольга, сняв с пояса клинок и протянув его волколаку. — На случай, если снова не сможешь превратиться.
Игорь не стал спорить. Взял протянутый ему кинжал и вышел из избы вслед за Ольгой.
***
Как только Маша увидела, как упал Ван, обездвиженный очередными чарами Гаяны, решение оставаться в избе разом исчезло, словно девушка его и не принимала. Дослушав речь ведьмы, Маша схватила со стола нож и, спрятав его за пояс юбки, выскочила на улицу. Не оглядываясь на сражение, девушка обогнула избу и дворами добралась до восточных ворот, так и не встретив на пути ни одного упыря.
Подходя к лесу, Маша услышала вдалеке вой целой стаи волков.
— Если это воины из Волковья, то мне следует поторопиться, — сама себе сказала девушка и ускорила шаг.
Сейчас в ее руках была жизнь не только Вана, но и оставшихся в живых жителей Залесово. Маша плохо помнила дорогу к дуплу, но ноги уверенно шли вперед, будто их подгоняла какая-то невиданная сила.
Как только девушка вышла на опушку, то сразу увидела Вана. Он стоял на коленях, со сведенными за спиной руками. Одежда в крови, голова опущена вниз. Спутанные черные пряди, подобно маске, закрывали бледное лицо и начертанную на лбу руну. Маша внимательно огляделась по сторонам, но Гаяны не увидела — на поляне был только Ван. Девушка сделала осторожный шаг вперед, не сводя глаз с колдуна. Слабый ветер трепал его волосы. Ван шевельнулся и, тряхнув головой, встретился взглядом с Машей. Девушка улыбнулась и сменила шаг на бег. Черные глаза колдуна в ужасе расширились.
— Уходи! — закричал Ван. — Уходи! Это ловушка!
Маша резко остановилась и чуть не упала. Улыбка мгновенно сошла с ее лица.
— Уходи! — умоляюще крикнул Ван, глядя на девушку, стоящую в нескольких шагах от него.
— Без тебя не уйду, — упрямо заявила Маша и смело шагнула вперед.
Вдруг за спиной почувствовалось чье-то присутствие. Ван перевел взгляд Маше за спину, и его глаза сделались еще больше. Он открыл рот, чтобы предупредить, но было уже поздно.
Звонкий и льдистый хохот резанул слух Маши. Слишком поздно она поняла, что у нее за спиной стоит Гаяна. Замахнувшись, ведьма вонзила Маше в живот холодное лезвие кинжала. Резкая боль пронзила тело девушки, из глаз брызнули слезы. Маша схватилась за живот и жалобно посмотрела на объятое ужасом лицо Вана.
— А ты говорил, что она не придет, — довольно заявила Гаяна, рассматривая покрытое алой кровью лезвие кинжала.
Она толкнула Машу в спину, и девушка, падая, больно ударилась головой о корни дерева, торчащие из-под земли. Мир вокруг резко начал меркнуть и бледнеть. Звуки доносились до Маши как сквозь толщу воды: приглушенно смеялась Гаяна, отчаянно выкрикивал ее имя Ван. Ей вдруг страшно захотелось, чтобы все закончилось, чтобы прошла боль и воцарилась тишина, но нельзя, нельзя оставлять все так. Надо бороться! Надо…
Перед глазами все плыло, но девушка все же смогла различить силуэт ведьмы. Вскинув руки к небу, Гаяна громко начала произносить заклинание, которое должно было разрушить барьер между мирами.
Собрав последние силы, Маша подползла к Вану. Колдун в ужасе смотрел на рану, которую она зажимала рукой.
— Как?.. — прохрипела она, глядя ему на лоб.
Он сразу ее понял. Сглотнул и прошептал:
— Я не знаю…
Стиснув зубы от боли, Маша достала из-за пояса нож и с трудом разрезала веревки на руках Вана. Освободившись, он тут же схватил Машу и притянул к себе. На его руках от локтей до ладоней виднелись покрытые бордовой коркой порезы.
— Ты ранен, — пробормотала Маша и тут же снова закашлялась.
— Это пустяки, — заверил ее Ван. — Гаяне просто надо было измазать моей кровью все дупло, — он прикрыл глаза и вздохнул. — Эта руна…Она снова сделала меня беспомощным. Гаяна всегда на шаг впереди….
Он бросил короткий взгляд на увлеченную заклинанием ведьму и снова переключился на Машу.
— Надо срочно отнести тебя к Радмиле, — сказал Ван. Голос его дрогнул.
— Я не дотяну, — прошептала Маша. — Она вот-вот разрушит барьер…
— Глупости! Ты справишься!
Маша заглянула в черные глаза колдуна.
— Не в этот раз…
От отчаяния лицо Вана скривилось.
— Черт! Почему я не освоил магию исцеления?! Почему?!
— Ты бы все равно не смог, — девушка взглянула на руну у него на лбу.
Колдун тихо выругался.
— Надо остановить Гаяну, — прошептала Маша.
Лицо Вана расплывалось перед глазами. Мир становился все более туманным и приглушенным. Надо торопиться.
— Нет, нет, — замотал головой Ван. — Надо вытаскивать тебя отсюда!
— Нет! — остановила его Маша. — Она вот-вот разрушит барьер…
— Но мы уже ничего не сможем сделать. Надо попытаться хотя бы спасти тебя!
— Спроси меня, — прошептала Маша.
Она снова закашлялась, и изо рта хлынуло что-то вязкое и металлическое на вкус. Ван испуганно вытаращил глаза. Приняв безразличный вид, Маша невозмутимо вытерла кровь с губ.
— Спроси меня, — снова потребовала она.
— Что? Что спросить? — не понял колдун.
— Вопрос…Задай мне его снова…Тот, что ты задавал много…раз…Спроси…
Ван озадаченно смотрел на девушку, а потом в его черных глазах промелькнуло понимание. Губы сжались в тонкую, словно лезвие ножа, линию, темные брови насупились.
— Нет, — категорично заявил он. — Я этого не сделаю.
— Прошу…Спроси…
Усталость накрыла девушку с головой. Глаза закрывались, тело совсем ослабло. Маша уже не чувствовала ног, да и боль стала не такой сильной. Тело немело, а перед глазами плясали темные пятна. Еще немного, и она сдастся и заснет.
— Пожалуйста…Я так хочу…
Ван скривился и, яростно схватившись за волосы, издал утробное рычание. Этот звук привлек Гаяну. Маша увидела, как ведьма, не прерывая заклинания, двинулась в их сторону. Глаза ее пылали гневом.
— Сейчас! — взмолилась Маша, хватая Вана за руку.
Лицо колдуна исказила боль. В глазах, которые впивались в лицо Маши, кипела смесь разных эмоций: отчаяние, страх, ненависть, боль. Ведьма была уже рядом, уверенно сжимая в правой руке кинжал. На короткий миг Маше показалось, что все потеряно, но потом Ван громко и отчетливо произнес:
— Ты будешь моей тенью?
Его бледная рука потянулась к Маше. Из последних сил девушка ухватилась за тонкие пальцы колдуна и тихо выдохнула:
— Да.
Тут же поднялся сильный ветер, заглушающий крик ведьмы. Маша почувствовала, как что-то теплое перетекло из груди в руку, за которую ее держал Ван. Ни боли, ни чувства потери девушка не ощутила, лишь легкая пустота тихо заскреблась где-то под ребрами.
Ветер утих, позволяя в полной мере услышать, как отчаянно кричит ведьма, чей замысел был в миг разрушен. Гаяна замахнулась кинжалом, но Ван ловко блокировал ее удар и вывернул руку ведьмы. Истошно завизжав, она оскалилась и попыталась прибегнуть к магии, но вдруг на нее накинулся рычащий черный волк и впился зубами прямо ведьме в горло. Ее звонкий крик превратился в мерзкое бульканье. Ведьма еще некоторое время билась в конвульсиях, а потом затихла и обмякла. Волк разомкнул челюсти и брезгливо посмотрел на мертвую ведьму с остекленевшими глазами.