Черный цвет солнца (СИ)

Переговорив друг с другом, Ольга и Радмила одновременно повернулись к Маше и удивленно на нее уставились.
— Милая, что с тобой? Ты побледнела и вся дрожишь, — всплеснула руками Радмила и начала ощупывать девушку.
При виде напуганной Маши, Ольга тоже засуетилась и сбегала еще за водой. В этот раз Маша наотрез отказалась пить, потому что подумала, что в воду могли подмешать какую-нибудь гадость. Возможно, из-за этого она и словила глюки.
— Она боится, — заключила Ольга, вглядываясь в Машино лицо. — Боится и не доверяет нам. И, наверно, не совсем понимает, что происходит.
— Они все так себя ведут, когда оказываются здесь, — вздохнула Радмила. — Неужели их мир так отличается от нашего?
— Насколько я знаю — да.
— Закрой, пожалуйста, дверь на засов, — попросила Радмила Ольгу. — И выброси это. — Женщина указала на пепел в чаше.
Та кивнула и, забрав чашу, вышла из комнаты. Проводив Ольгу жалобным взглядом, Маша приготовилась к худшему.
— Не бойся, я всего лишь покажу тебе кое-что очень красивое, — мягким голосом сказала Радмила.
Она потянулась к Маше, чтобы ободряюще коснуться ее плеча, но девушка дернулась и сжалась. Рука Радмилы замерла в нескольких сантиметрах от плеча Маши. Женщина с жалостью посмотрела на испуганную девушку, шумно вздохнула и убрала руку.
В комнату вошла Ольга. В руках она несла пустую чашу. Поставив ее перед кроватью, на которой сидела Маша, девушка вдруг ободряюще улыбнулась и отошла к окну. Радмила скептически посмотрела на чашу и ногой отодвинула ее подальше от Маши. Потом подошла к полке, на которой стояло множество маленьких глиняных флакончиков разных форм и размеров, и, взяв несколько, по очереди высыпала их содержимое в чашу.
— О, Великий Сварог! — звучно проговорила Радмила, выставив вперед правую руку ладонью вверх. — Призываю сына твоего, Сворожича, на помощь в деянии моем. Приди на зов мой, батюшка огонек!
В тот же миг ладонь женщины озарилась ярким светом, и на ней заплясало маленькое пламя. Радмила опустилась на колени и аккуратно сдула огонь с руки в чашу. Порошки, которые она высыпала, заискрились и затрещали. Из чаши медленно и величественно начал подниматься разноцветный дым. От увиденного Маша затряслась еще больше. Снова галлюцинации? Да сколько можно! Девушка спрятала лицо в ладонях, надеясь, что видения прекратятся.
— Слушай и смотри, Марья, — зашептала Радмила гипнотическим голосом. — Слушай и смотри…
Руки Маши сами по себе опустились на колени. Голова поднялась, а глаза широко раскрылись и уставились на разноцветный дым.
— Давным-давно, когда люди жили в гармонии с природой и духами, населявшими мир вокруг, боги не могли нарадоваться тому, как удачно складывается их вечная жизнь, — вновь заговорила Радмила все тем же гипнотическим голосом.
Внезапно, стелящийся из чаши дым начал причудливо извиваться, превращаясь в деревья, людей и странных существ. Затем дым резко выровнялся, а потом нарисовал ряды суровых ликов, которые были словно вытесаны из дерева.
Маша смотрела на все это с открытым ртом, не в силах пошевелиться.
— Но процветание богов длилось недолго, — продолжила Радмила. Дым снова распрямился, стирая суровые лики. — Однажды на смену им пришел новый бог, и постепенно люди начали отдавать предпочтение ему, забывая старых и уничтожая все, что было с ними связано.
Дым без устали рисовал картинки к рассказу Радмилы. Порошки в чаше тихо потрескивали. Маша, не отрываясь, смотрела на дым и внимательно слушала знахарку.
— Видя, как вымирают духи и подвергаются страшным наказаниям староверцы, боги захотели защитить тех, кто все еще был им предан. Они вознамерились создать новый мир, подобно тому, как когда-то Род породил Вселенную. Однако новый мир не мог существовать просто так. Ему нужно было черпать энергию из живого существа, чтобы поддерживать вселенский порядок. Тогда боги, в наказание людям, изменившим свою веру, выбрали среди них хранителя для нового мира. Они наложили на него и на всех последующих хранителей чары: со страшной силой будет тянуть избранного к входу в новый мир, и не успокоится он, пока не войдет в дупло древнего дуба, что служит проходом между мирами.
 
Пляшущие люди и духи исчезли, и дым нарисовал следующую картинку: дупло, в которое Маша влезла за собакой.
— Хранитель, не старясь, живет в чужом мире пятьдесят лет, поддерживая баланс, следя за порядком и оберегая жителей от постороннего вмешательства. От него зависит яркость солнечного света, чередование месяцев и стабильность погодных явлений. По прошествии этого срока, хранитель может вернуться обратно в свой мир.
Радмила ненадолго замолчала, а потом тихо продолжила:
— Если хранитель умирает насильственной смертью или опорочивает свою душу сделкой с нечистой силой, погодные явления становятся неконтролируемыми, месяцы перестают сменять друг друга, а солнце приобретает черный цвет…
Показав огромное черное солнце на фоне заоблачного неба, дым резко сжался в маленький шарик посреди комнаты и растворился в воздухе, словно его и не было.
Повисла гробовая тишина. Ольга задумчиво смотрела куда-то в сторону, Радмила наблюдала за Машей, которая с озадаченным видом сидела и переваривала услышанное и увиденное.
По-любому все это сон, сделала про себя вывод девушка. А если так, то ей лишь остается ждать пробуждения.
— Ита-а-ак, — протянула Маша, нарушая всеобщее молчание. — Эта была очень интересная сказка. А спецэффекты так вообще на высоте.
— Это не сказка, — устало сказала Радмила, поднимаясь с пола. — Я поведала тебе историю мира, в который ты попала.
— Значит, по-вашему, я в другом мире?
— Да, — кивнула Радмила.
— И попала я сюда через дупло?
Кивок.
— Хорошо, — запросто согласилась Маша. Почему бы и не согласиться, во сне же все можно. — А почему тогда я сюда попала? Причина этому есть?
— Ты — новый хранитель, — голос Радмилы прозвучал торжественно.
— Это который живет тут с вами полвека и не стареет? — уточнила Маша. — Я теперь ваш правитель?
— Хранитель не правит, он лишь поддерживает порядок мироздания, — начала увлеченно рассказывать Радмила. Она подошла к Маше и присела рядом с ней на краешек кровати. — Этот мир питается жизненной силой хранителя, которая исходит от любви и доверия. Пусть ты и попала сюда не по своей воле, рано или поздно ты проникнешься любовью к этому миру и его обитателям, доверишь им свою жизнь, отдашь себя без остатка. Тогда оскверненное прежним хранителем солнце перестанет быть черным, и начнет светить также ярко, как прежде.
— Как здорово! Я полюблю всех и отдам себя этому миру! Скорее бы! — притворно воскликнула Маша.
То, как уверенно говорила эта женщина о всяких нелепостях начало забавлять девушку. Одно дело, рассказать сказку, но убеждать в ее достоверности — совсем иное. Это нелепо даже для сна.
Стоящая в стороне Ольга вдруг резко подскочила к девушке, схватила ее за плечи и пару раз встряхнула так сильно, что у Маши закружилась голова, а в глазах поплыло.
— Что ты делаешь? — в ужасе вскрикнула Радмила.
Но Ольга не обратила на нее внимания. Ее голубые глаза пронзительно смотрели на Машу.
— Да пойми ты уже, что все это серьезно! — закричала Ольга. В ее голосе слышалось отчаяние. — Наш мир рушится, потому что предыдущий хранитель продал свою душу и стал колдуном! Осень не сменяет лето, вместо дождя идет снег, а солнце стало черным! И только ты можешь все изменить! Теперь ты — наш хранитель.
— Но…я…я, — замямлила Маша. — Я не понимаю…
Голова все еще кружилась, зато зрение прояснилось, и девушка видела огромные и взволнованные глаза Ольги. Ее руки продолжали сжимать Машины плечи.
— Да что ж ты такая непонятливая! — простонала Ольга.
Она отпустила Машу и слегка толкнула ее. Не удержавшись, девушка повалилась на Радмилу.
— Ольга, достаточно, — осадила ее женщина, поглаживая Машу по голове. — Прояви терпение.
— Да сколько можно терпеть? Сколько можно ей объяснять? Прежний хранитель был гораздо понятливей! У Миры с ним проблем не было! Он почти не задавал вопросов, молча слушал и схватывал все на лету…