Эй, Всевышний! Я научился ценить. Том III (СИ)

Магии разума как общедоступной науки в мире не существовало, но она могла встречаться в качестве уникального таланта, носитель которого по определению не может быть слабаком. Какой вывод?
Первый — мне бы очень пригодилась полная версия моего артефакта-накопителя, а не этот изящный, стильный огрызок для выходов в свет, вмещающий чуть больше трети привычного мне объёма.
Второй — мой зад прямо-таки притягивает неприятности! Казалось бы, только вышел из одного сражения, выдохнул, а меня уже засасывает в следующее. Вся моя третья жизнь походит на простенький сёнэн за маленьким исключением: сейчас мне на голову уже никакая сила свалиться не может, и проникнуться пониманием боя я тоже не смогу, ибо сделал это ещё пять лет тому назад…
И вот, спустя минуту быстрого бега, — а миновал я с полсотни домов, способных вместить около двух сотен семей, — я заметил огромную кровавую лужу, медленно расползающуюся от фонтана, в которой пока неизвестный враг свалил несколько десятков тел — без горки, но хорошенько их утрамбовав.
До такого даже вампиры не опускались, а уж они-то играться с кровью любят, этого не отнять. Значит — что?
В черте города действовал маньяк со странными наклонностями, или же маг, чья сила напрямую зависела от трупов, крови или испытываемого несчастными ужаса. По крайней мере, так его действия хоть как-то вписывались в картину мира, а не выглядели прихотью человека с напрочь слетевшей крышей…
— Как тебе моё приглашение, собрат?
Чтобы понять, где находится это существо, мне не требовалось крутить головой ровно с того момента, когда он позволил своей силе вспыхнуть в ночи, словно ярчайшему факелу.
И если бы он находился в таком состоянии постоянно, то можно было бы сказать, что контроль у него ни к чёрту, но он долго скрывался от меня, что указывало на филигранные способности в управлении маной. Несмотря на отсутствие в мире такого направления, как сенсорика, сильным магам было подвластно нечто, на неё крайне похожее.
Я, например, мог почувствовать мага с силой короля за полсотни метров, а кого-то равной силы — за сотню… но только в том случае, если они активно использовали всю свою мощь.
Этот маг, выглядящий как мальчонка лет двенадцати, подобрался ко мне на двадцать метров, и уже там выпустил свою силу.
— Не припомню среди своей родни чокнутых маньяков. Кто ты и зачем это устроил?
— За-а-ачем? — Он наклонил голову, приложив указательный палец к лицу. — Пригласить тебя, конечно же! Да и смотри, как они смешно шевелятся!
Сказал — и махнул рукой, отчего трупы в фонтане начали дёргаться, брызгая во все стороны кровью.
На долю мгновения опустив веки, я беззвучно выпустил крылья и ринулся вперёд, перейдя в боевую форму. Десять метров, пять, три, один — и вот уже моя рука свободно касается головы ублюдка. Закрутившийся вокруг его слабого, но покрытого каким-то барьером тела вихрь пресёк всякие попытки пошевелиться, а следом я, краем глаза заметив довольную улыбку на лице мага, с подкреплённым маной усилием запустил его в небо.
Одновременно с тем трупы перестали шевелиться, и я взмыл в воздух следом за маньяком, готовясь к следующему удару и возможной контратаке с его стороны. Но второй удар выбросил мага за городскую стену, а никакого ответа я всё ещё не получил — как и не нанёс ему видимых повреждений.
Сразу стало понятно, что мой нынешний враг или специализируется на защите, или обладает сравнимым уровнем силы.
И второй вариант был намного вероятнее.
— Ты думал, что я черпаю силу от своих игрушек, да⁈ — Проехавшись всем своим телом по земле и оставив в той глубокую рытвину, невредимый мальчишка вскочил на ноги и засмеялся: — Ты не угада-а-ал!
Мне показалось, что земля вздрогнула, но стоило только избавиться от этого иллюзорного ощущения, как всё повторилось вновь.
С каждым мгновением дрожь набирала силу, и всё, что мне оставалось — готовиться к атаке и защите, выведя сознание за пределы его возможностей. Враг решил зайти с козырей, и пытаться отмахнуться от него чем-то слабым и незначительным было просто глупо.
 
Во-первых, я не мог исключить возможности своего поражения, так как этот мальчишка выглядел и действовал слишком самоуверенно, и у меня не было ни крупицы информации о нём. В то же время, он имел все шансы узнать обо мне если не всё, то очень многое. Таков минус существования у всех на виду и, соответственно, известности. Обо мне уже собирают информацию, поднимая архивы и посылая соглядатаев все, в кого не ткни, и скрыть свои привязанные к происхождению козыри попросту невозможно.
Глаза, крылья — любой достаточно влиятельный человек может докопаться до того, чем они являются и как действуют.
Вторым же обстоятельством, определённо, был тот факт, что за моей спиной стоял город. Несколько тысяч домов и множество людей, среди которых были отец, мать, брат и Гесса. И если моя невеста ещё сможет защитить себя от остаточного эффекта нашей магии, то у остальных нет ни шанса.
Тонны и тонны земли взмыли в воздух и, приняв форму странного щупальца, начали осыпаться, являя то, что было сокрыто под ними.
Я же незамедлительно ударил одним из сильнейших точечных заклинаний холода, заморозив и расколов почти сотню метров этого «червя», но из-под земли вынырнули ещё два, поддержав своего собрата и практически моментально с ним слившись. Несколько взрывов разметали остатки почвы в стороны, и я, сглотнув вставший в горле ком, изменил угол атаки. Город остался за моей спиной, а вперёд, охватив всё плато, совсем недавно бывшее полем боя с армией монстров, ринулась ревущая стена пламени.
Поддерживали её расколовшие небосвод огненные шары, не имеющие чёткой цели, но готовые поразить любую достаточно большую цель…
К каковой я без колебаний отнёс ожившую гору захороненных трупов, принадлежавших как людям, так и порождениям подземелий. Именно из них, из тех, кто пал в битве за Рилан, маленький психопат пытался что-то создать. И самым неприятным здесь было то, что я совсем не знал, каким направлением магии пользовался мой оппонент.
Некромантия? Слишком масштабно! Демонология? Так её, как бы, не существует в природе…
Но тогда что? Что это, и как с этим бороться?
Впервые я почувствовал, что враг мне совершенно непонятен.
И это было не неприятно — страшно. Не смерти и не ран боялся, а того, что мои воспоминания всё ещё не защищены. Сейчас я мог попытаться противостоять врагу, отдав ему право вести бал с неизвестным результатом, а мог использовать ещё не стабилизированные глаза, разом перехватив у него инициативу.
Лёгкое решение проблемы? Так-то оно так, да только плата за это может оказаться слишком высока. Нельзя так же исключать и того, что этот обладающий огромной мощью малец как следует подготовился ко встрече со мной.
Как-то раз один человек сказал, что бояться нужно не нормальных людей, а безумных. Тех, у которых шарики за ролики заехали столь основательно, что уже и не понять — притворяется он, неся бред с серьёзнейшим лицом, или всерьёз верит в сказанное.
И всё потому, что если действия нормального человека, руководствующегося логикой или эмоциями ещё можно предсказать, то с безумцем такое может и не прокатить.
Я, например, слабо себе представлял, чего ради этот некромант решил устроить битву прямо у стен города, в котором, на минуточку, сейчас находилось больше двух сотен магов, трёхсот пользователей праны, невесть сколько церковников, пара недавно прибывших святых и Кэл, даже в одиночку, — попаданец же, — несущий угрозу для кого угодно.
Вся эта весёлая компания должна была вот-вот среагировать, так как дежурные заклинатели уже оказались на своих местах.
Благо, атаковать охваченные пламенем скопища трупов не стали, вместо этого ударив в колокол, подняв над стеной барьер и сосредоточившись на подготовке к отражению нападения неизвестных. Нашлось место и панике, но, в основном, среди горожан.
Всё-таки полыхающие тридцатиметровые щупальца из земли и мертвецов было слишком сложно не заметить…