Эй, Всевышний! Я научился ценить. Том III (СИ)

Вся моя мана в теле Валока рванулась вверх и разорвала его череп на части, после чего вернулась ко мне, обратившись в чёрное лезвие и без какого-либо сопротивления пробив мою грудь. Убедившись, что смерть в ближайшее время мне не грозит, я приготовил несколько невербальных заклинаний — и повалился на землю, обагрив землю кровью.
А спустя пару секунд рядом, оставляя в земле длинные дорожки, проскользил готовый к бою Кэл. Один его взмах — и поднявшийся вихрь разметал витающие в воздухе клубы пыли, но никого, кроме истерзанного тела святого и раненого «врагом» меня рядом не было.
— Валок! Ещё и тебя!.. Ненавижу! — Герой с силой вбил копье в землю, отчего по той прокатилась дрожь. Он не мог ничего увидеть, ведь взрывы лишили его всякой возможности хоть что-то разглядеть, а со святым я разобрался даже быстрее, чем планировал. Утолил пока ещё слабую жажду Палача, но взглянул на церковь изнутри глазами того, кто подчинялся лично патриарху. Не обошлось без риска, ведь Кэл мог как-то всё понять, но, похоже, обошлось. А преступления… если бы Валок не переступал черту ранее, то даже с недавними угрозами я бы и не смог прочитать его глазами. Но это не умаляет того факта, что я поступил подло, расчетливо — и лицемерно. А лицемерие я не очень-то и люблю. — Ч-чёрт!
Наткнувшись взглядом на полусидящего меня, герой заозирался в надежде найти что-то, что может помочь мне исцелиться, и нашёл. Несмотря на жестокость, с которой я прикончил Валока, его вещи пострадали по самому минимуму, а на такое задание снарядился он ничуть не хуже матёрого авантюриста.
Быстро отыскав свиток исцеления и рассыпав все остальные, Кэл применил запечатанное заклинание на меня — и рана в груди начала затягиваться.
— Идти можешь⁈ — Парень отчаянно пытался охватить своим взглядом всё вокруг, но даже императору — пользователю праны, это было не под силу. Так же, как обычный человек может не успеть среагировать на скрытную атаку другого такого же человека, император мог прозевать удар другого императора. В обратную же сторону всё действовало иначе, и там, где король меча опоздал бы, император мог играючи избежать удара. — Эй! Охотник, не вздумай умирать!
— Я… в норме. В каком-то роде. — Пошевелив крыльями за спиной, я кое-как поднялся на землю, поморщившись от боли. Актёрское мастерство — мастерством, но мне не так давно хорошенько наваляли, а одними свитками восстановиться было нельзя. Закрыть раны, остановить кровь, привести тело к исходным параметрам — это да, но существовало ещё очень много того, на что магия такого плана не могла оказать влияния. — Как хочешь, а я полечу. Поспеешь так, чтобы держаться на высоте?
Герой качнул головой:
— Не думаю.
— Тогда хватайся за руки, как-нибудь я тебя донесу. Если повезёт, то упадём рядом с храмом, а там нас подлатают.
Шаг назад для человечества, крошечный шаг вперёд для демонов, и огромный прыжок для одного скромного иллити, сорвавшего солидный куш. Мне ещё долго переваривать все хитросплетения и интриги, царящие в великой церкви, но кое-что я мог сказать уже сейчас.
Их ненависть к демонам — абсолютна, и как союзники мы ими не рассматриваемся априори…
Часть II.
— Ровнее держите, дери вас демон в одно место! Уроните — потравит всё в радиусе десятка киломеров! — Седрик, — да-да, тот самый Седрик из гильдии магов, — стал одним из тех, кого ответственные за подготовку операции аристо назначили организовать большой бада-бум подальше от города. Внешне он за эти годы изрядно обветшал, но в мастерстве и опыте прибавил, а его таланты к подрыву всего и вся в час нужды оценили по достоинству. Причин тому две: специалистов лучше просто не было, и подземелье, к счастью, не успело дотянуться своими «лапами» до Рилана.
Не осилило семь километров при том, что его непосредственная площадь, изолированная непробиваемой обычными средствами чёрной плотью, составляла никак не меньше трёхсот-трёхсот пятидесяти квадратных километров, вытянувшихся в форме овала.
 
Определили это по схеме уже обнаруженных во время зачистки выходов, но точность — сами понимаете, ни к чёрту, ведь с тем же успехом подземелье может тянуться на восток или юг, в противоположную от города сторону. Тут не то, что гильдии — всех сил церкви Рилана не хватило бы, чтобы всё это контролировать, так что за неимением вариантов приняли сии предположения как данность. А что ещё оставалось-то, а?
То-то же.
Из-за устроенного нами светового шоу и небольшого количества добравшихся-таки до городских стен монстров, граф бросил всякие попытки и дальше скрывать существование подземелья, объявив одновременно две, — а за закрытыми дверьми и побольше, — важных вещи.
Всеобщую мобилизацию для способных держать оружие, и эвакуацию для гражданских.
Но был во всём этом и минус: гигантский временный лагерь было решено разбить вокруг крепости, в которой сейчас находилась мама с братом, так что от праведного гнева меня теперь ничто не спасёт.
А ведь я ещё и в самую задницу лезть собираюсь, таща с собой такое количество накопителей, что взорви кто-то такую кучу в центре Рилана — и от первых двух-трёх колец один только кратер и останется.
И всё это добро было решено взрывать так глубоко, как только удастся забраться.
Даже интересно — я один слабо себе представлял, как повлияет на рельеф подрыв некоей огромной подземной конструкции в непосредственной близости от города? Не провалится ли часть Рилана под землю, и не проще ли, действительно, просто устроить монстрам кровавую баню на поверхности? Ведь теперь у нас не только авантюристы и церковники, но и маги, и алхимики, и просто мимокрокодилы, позарившиеся на награду от графа.
Многого от них ожидать не стоит, но в случае полномасштабного боя с сотнями и тысячами существ даже D-ранговый боец будет нелишним.
Впрочем, кто я такой, чтобы спорить с опытными, — очень смешно, — и каждый день защищающими города от непонятно кого аристо, всерьез решившими взрывать подземелье? Нет, это неплохая идея, но одно дело — обвалить часть сводов, предварительно разверзнув там геенну огненную, и совсем другое — подрывать девяносто килограмм накопителей, завязанных на пару активирующихся лишь вместе пластин, которые я лично проверил на предмет сюрпризов.
Как, впрочем, проверил вообще все накопители, так как лезть вниз с непонятно чем на спине я бы, всё-таки, не рискнул. Спишут в утиль, поставят пару памятников, напишут поэму посмертно, но мне-то оттого будет ни тепло, ни жарко! Я человек не тщеславный, и славе предпочту знания, деньги и артефакты, титулы и недвижимость.
И побольше, побольше!..
— Знаешь, у тебя сейчас глаза блестят, как у маньяка. Ты точно ничего не употреблял, для храбрости?
Мы как раз прошли мимо охраняющих периметр людей, так что лишних ушей вокруг не было.
— Компот считается?
— Смотря из чего…
Церковь не пожалела на Кэла адамантита, вверив тому нагрудник, наручи и наголенники из этого металла, доукомплектовав это добро таким же, как у меня, рюкзаком-бомбой. Сорок пять кило у меня, сорок пять — у него. Взрыв только после соединения хранящихся отдельно пластин. Вот только выглядел мой напарник поневоле не как идущий на подвиг герой, а как отчаявшийся, готовый умереть во благо общего дела идиот, что мне совершеннейшим образом не нравилось. А ну как меня за собой утащит?
С него станется, всё же проблемы с головушкой у него образовались капитальные…
— Ты же понимаешь, что нам совершенно не обязательно подрываться вместе с центнером накопителей?
— Это ты к чему? — Спросил Кэл, повернув голову ко мне — и, спустя секунду, хмыкнув: — Так плохо выгляжу?
— Как готовый на всё самоубийца. Я понимаю, что ты многих потерял, и убивали их практически у тебя на глазах… — Особенно Клару, до которой одна из зверолюдок всё-таки дотянулась, мгновенно лишив ту жизни — и вызвав звериную ярость у обычно хладнокровного в бою Кэла, превратившего своих противниц в фарш. — … но то, что ты собираешься делать… это неверный путь.