Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

***
Путь от Оружейной площади не был долгим. Слева открывалась Большая Аллея, а напротив старинного дома г-жи де ла Пелтри возвышались здания Сенешальства. Там часто заседали члены Независимого Совета. И именно здесь вершили правосудие лейтенант гражданской и криминальной полиции и прокурор. Г-н Массе, королевский дворецкий, бывал здесь редко, он предпочитал свое поместье в Сен-Сирилл. Свои апартаменты во Дворце правосудия он уступил г-ну д'Антремону.
Стражник провел Анжелику в кабинет, затянутый темным гобеленом. Окна выходили на улицу, и в этот послеполуденный час только задние стены домов были освещены солнцем.
Часть комнаты была занята полками с переплетенными книгами. Ни одной картины, за исключением портрета короля, почти такого же темного, как и гобелен. Над большим письменным столом в орнаменте из позолоченной бронзы — гербовый щит с изображением фамильного герба семьи лейтенанта гражданской и криминальной полиции: серебристый кабан, под ним — жерла орудий и три скрещенных меча зеленого цвета.
Ожидая лейтенанта полиции, Анжелика предавалась размышлениям о сходствах между гербовой символикой и характером и внешностью человека: «Черный кабан среди зеленых наконечников». Это бы тоже подошло.
Анжелике совсем не улыбалось очутиться в подобном месте. Она села спиной к окну в кресло с жесткой спинкой и подлокотниками с завитками. Кресло, по-видимому, должно было служить расслабляющим фактором во время допросов. Устраиваясь поудобнее, она заметила на столе лейтенанта полиции два толстых тома, и, как только она их узнала, она поняла, почему глава юстиции Канады захотел поговорить с ней наедине. Предостережения колдуньи Гильометы должны бы были помочь ей предвидеть затруднения подобного толка. Одним из томов был «Трактат о ведьмах» Жана Бодена. Вторым была эта страшная книга «Молот ведьм». Вот уже почти два столетия эти книги верно служили инквизиторам, католикам и протестантам, помогая им подкреплять свои обвинения против колдунов. Написанный в 1484 году «возлюбленными сыновьями» Папы Иннокентия преподобными Шпренгером и Крамером, один из которых был доминиканцем, второй труд представлял собой кодекс для судей, дававший возможность распознать магов и демонов.
Там были записаны не только способы изгнания ведьм и колдунов, но и лучшие практические методы, как заставить их признать свои преступления. В действительности же это было собрание жестоких бессмыслиц, которое, однако, служило руководством по «борьбе с ведьмами».
Все, кого клевета или доносы вынудили предстать перед Святым судом, чувствовали себя пропащими, как только судьи погружались в изучение этих трудов. В их репутации было больше от козней дьявола, чем от благословения Церкви.
Однако Анжелика успокоилась, узнав тему беседы. По-видимому, г-н д'Антремон от кого-нибудь слышал о ее деятельности по уходу за больными.
Закладка подчеркивала фразу на открытой странице «Молота ведьм», она наклонилась и прочитала: «Когда женщина размышляет в одиночестве, она имеет злой умысел…» Подобная аксиома заставила ее улыбнуться, и этой улыбкой был любезнейшим образом встречен лейтенант полиции, появившийся через дверь, скрытую в стене. Сразу же бросилось в глаза его смущение. Он попросил ее сесть и сел сам, затем начал уверять, что не знает, как отблагодарить ее за отзывчивость. Тем более что речь-то идет о пустяках. Но он подумал, что она могла бы оказать ему большую услугу в том деликатном расследовании, которое он ведет.
— Я вас слушаю. — Она была удивлена, Поколебавшись и бросив взгляд на сатанинские книги, как бы подчеркнув в них одобрение, отложив в сторону отточенное перо, лейтенант полиции наконец решился;
— Мадам, не будете ли вы так любезны рассказать мне все, что вы знаете о графе де Варанже?
Анжелика пребывала в нерешительности. Это имя ей ничего не сказало, хотя показалось ей знакомым.
— Граф де Варанж, — повторила она задумчиво. — А я знала этого господина?
— Без сомнения, — заключил он.
— Простите меня, я не понимаю, о ком идет речь. В Квебеке меня представили большому количеству людей.
 
— Вы встречались с ним не в Квебеке.
— А где же?
— В Тадуссаке.
— Тадуссак!
Она ничего не понимала.
— Во время нашего приезда в ноябре?
И вдруг всплыло воспоминание, как труп всплывает из темной воды. И речь шла действительно о трупе с камнем на шее, которого люди графа де Пейрака под неистовые крики морских птиц бросили в воду темной туманной ночью.
Граф де Варанж! Человек, который заманил их в ловушку и которого она убила одним выстрелом в тот момент, когда он бросился на Жоффрея.
Анжелика бросила на г-на д'Антремона неуверенный взгляд.
— Тадуссак! Это было так давно, что я успела забыть.
Г-н д'Антремон откинулся на спинку своего кресла. Было видно, что он относился к обсуждаемому вопросу гораздо спокойнее. Он объяснил ей, что граф де Варанж прибыл в Квебек четыре или пять лет тому назад, чтобы принять дела у интенданта Карлона и заняться казначейством. По правде говоря, он был ссыльным, одним из тех, кому удается избежать Бастилии и более позорных приговоров благодаря своим связям и укрыться в Канаде. Что нисколько не упрощало работу лейтенанта полиции.
— Я вас понимаю.
До недавнего времени г-н де Варанж, человек скрытный, но имевший покровителей в высших сферах, не доставлял ему неприятностей. Его так мало видели в Квебеке, что с ноября никто не обратил внимания на его исчезновение.
— Исчезновение?
Лишь в середине января благодаря г-же де Кастель-Моржа он был предупрежден об этом. У Анжелики промелькнула веселая мысль: «Ну уж эта-то опять попала в историю!». Г-н де Варанж жил немного в стороне, за Большой Аллеей, вместе с конюхом, лакеем и двумя маленькими савоярами, которых он привез с собой из Франции. Они помогали ему в конюшне и на кухне.
— Господин и госпожа де Кастель-Моржа были его самыми близкими соседями. После… обстрела, — д'Антремон стыдливо опустил глаза, — они уехали в свой замок Сен-Луи. Однако г-жа де Кастель-Моржа часто приезжала в свой старый дом, чтобы проследить, как идут работы по ремонту и защите от снега уцелевшей части дома. Именно в один из своих приездов она обнаружила двух заброшенных лакеев-савояров. Со дня исчезновения своего хозяина и слуг дети скитались, живя мелкими кражами и милостынями. Покинутые всеми, они спали в доме, на кухне, прижавшись друг к другу, разводя огонь в очаге.
— Госпожа де Кастель-Моржа занялась судьбой этих детей и предупредила о случившемся прокурора Тардье де ла Водьера, который передал дело мне. После расследования я установил, что в Квебеке никто не видел пропавшего с середины ноября.
Лейтенант полиции умолк, ожидая от Анжелики размышления по данному вопросу, но она не произнесла ни слова. Тогда он продолжил:
— Я установил, что его видели на борту большой лодки, которая отправлялась в Тадуссак. Далее след его и его слуги пропадает.
— Быть может, он утонул по дороге?
— Но тогда после того, как он достиг Тадуссака, так как господин де Виль д'Аврэй рассказал мне, что встретился с ним во время вашей остановки в Тадуссаке.
«Это не правда!» — чуть было не возразила Анжелика. Она-то знала, что, когда их корабль бросил свой якорь на рейде первого французского поста на Святом Лаврентии, Де Варанж был уже мертв. Она сдержалась в надежде, что ее порыв не был замечен полицейским. — Вы уверены, что его не было на вашем корабле? — настаивал он.
— Насколько мне известно — нет.
Немного помолчав, она решила повернуть его мысль в другом направлении:
— А вы не разговаривали с моим мужем? Возможно, он будет вам более полезен, если только этот пресловутый граф де Варанж встречался с ним.
— Я это сделаю. Но сначала я хотел поговорить с вами.
— Но почему?
Обдумывая свой очередной ход, он состроил гримасу, которая не украсила его и без того невыразительное лицо.
— Очень уж это странное дело. Представьте себе, мадам, что во время расследования некто приходит ко мне и открыто заявляет: