Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

Пейрак снежностью рассматривал ее. Она была далеко, но рядом с ним. Он мог бы обнять ее, прижать к своей груди.
Помолчав немного, Анжелика сказала:
— Трудность заключается в том, что мы должны сражаться против теней. Да, я знаю… Это — заговор теней. Так было в прошлом. Так и теперь. Они преследовали меня в королевстве, они подстерегают меня и в Квебеке. Каждого из этих врагов нужно разоружать по отдельности. Сначала пересчитать их, потом разоблачить, вывести на свет божий. Каждому лицу дать имя. Ведь степями не воюют. Нужно сорвать маски Поэтому я и боюсь, особенно иезуита д'Оржеваля, который так враждебно ко мне настроен, хотя никогда меня и не видел. Он — тоже тень. Почти миф. Я даже стала спрашивать себя — существует ли он на самом деле. Но чуждо идти до конца.
Она говорила все это возбужденно, глаза ее сияли, наклонившись к ней, де Пейрак очень внимательно вглядывался в ее зрачки, пытаясь разгадать их волнующее выражение, которое очаровывало и манило его сильнее, чем в молодости.
Внезапно Анжелика заметила:
— Вы, как Никола де Бордагне. Он слушает только мой голос, а не то, что я ему говорю. А вы? Пейрак страстно обнял ее.
— Я? Я теряюсь перед красотой ваших глаз, особенно когда вы пугаетесь. Нет ничего более очаровательного.
— Мужчина, вы меня гневите!
И они оба рассмеялись. Он нежно поцеловал ее волосы — Моя дорогая, я не сомневаюсь в верности ваших предчувствий. Но для меня, как мужчины, открыты другие горизонты. Я могу успокоить вас: положитесь на меня. Есть много светлых умов, которые могли бы разделить с нами мечты о братстве. Но пока нужно держать их в секрете. У меня и в Квебеке есть единомышленники, особенно одно очень влиятельное лицо. Этo мой надежный друг.
— Фронтенак?
Граф отрицательно качнул головой.
— Я не назову имени, пока мы не прибудем в Квебек. Это может навлечь на него опасность. Но я вас познакомлю.
— И все-таки мне тоскливо.
— А знаете, почему? Я могу сказать, что является причиной вашей тоски. Вы встревожены потому, что до сих пор не выбрали платья для вашего появления в Квебеке.
— Платье? — спросила она. — А ведь правда, я совсем не подумала, в каком платье я приеду в Квебек!
— Платья? Все они здесь. Какое выбрать? Есть три: одно светло-лазурное, цвета льда, другое золотистое, похожее на то, которое вы носили в Биарице, третье — из пурпурного бархата. Лазурь из Парижа, золото из Англии, пурпур из Италии.
Анжелика раскрыла рот.
— Как! Вы подумали об этом? Когда? — воскликнула она.
— Всегда. Потому что в любой момент в мыслях я вижу вас красивой, счастливой, в толпе поклонников.., даже в лесной глуши.
— О, вы восхитительны!
Анжелика бросилась ему на шею. Он был прав. И сразу облегчил ей сердце Анжелика стала весело обдумывать, как лучше поразить толпу в Квебеке.
— Вы все угадываете, мой дорогой сеньор. Я же перед вами просто ребенок.
— Конечно. Разно вы этого не знали? — спросил Пейрак и поцеловал ее в губы.
  
Глава 33
 
Анжелика торопливо шла в густом тумане, окутавшем берег. За ней едва поспевали Дельфина, Морис и Куасси-Ба, который нес корзины.
Заря едва занималась, но Анжелика боялась опоздать к отплытию «Сен-Жан-Баптиста».
«Мирабель» отправится утром: ее капитан еще не закончил свои покупки. Анжелика встретилась со слугой барона д'Арребу, передала ему секретный пакет и щедро оплатила услугу. Слуга ей понравился. Он производил впечатление человека серьезного и преданного. Ведь он готов был последовать за своим господином в Бастилию. Анжелика дала ему массу наказов. Слуга должен наизусть знать адрес Дегре, некоторые имена и названия мест, где он может рассказать о документах, если они погибнут в пути. Ни в коем случае письмо не должно попасть в руки врагов.
«Сен-Жан-Баптист», наконец, подготовился к отплытию Де Пейрак радовался, что удаляется посланник короля.
— Вы раньше нас отправляетесь в Квебек. Сообщите о нас, — сказал он Никола де Бордагне и капитану, который немного опомнился после запоя.
 
Анжелика поспешила попрощаться с мадемуазель Бургуа, которая направлялась к кораблю.
— Я принесла вам немного провизии и кое-какие лекарства. Вот пузырь с моржовым жиром, которым спасают обмороженных рыбаков, но его можно давать и ослабевшим детям. Я надеюсь, что мы скоро встретимся вновь. Хотя «Сен-Жан-Баптист» отправляется раньше нас, но мы не намного отстанем от него. Мы увидимся скоро, не правда ли?
Монашка казалась сдержанной и холодной. Анжелика этого ждала. Отведя мадемуазель Бургуа в сторону, она спросила:
— Маргарита, что произошло? Вы больше не хотите быть моим другом? Я знаю, что вас занимает. Вы услышали о лодках, которые проплыли над Квебеком. Не так ли?
— Послушайте, — сказала мадемуазель Бургуа, — это важное предупреждение. Ведь мы живем в такое ужасное время. А огненные лодки предвещают близкую смерть, постоянные катастрофы. Когда в последний раз мы увидели на небе огненные лодки, началась страшная война с ирокезами. Были слышны жалобные голоса с неба, а потом показались огненные лодки. За этим последовало разорительное землетрясение. Что же сегодня предвещает появление огненных лодок? Какую опасность? Против чего предостерегает нас небо? И мы вправе спросить вас: «Что несете вы нам? Что везут нам ваши хорошо вооруженные корабли: добро или зло?» — Боже мой! — воскликнула Анжелика. — О каком оружии вы говорите ? Вы видите, что мы не ирокезы. Вы разумная женщина и должны замечать, что в этом сезоне на рейде было мало врагов. Это сказалось наше влияние на вождя Пяти Наций Уттаке. Мы взяли на абордаж ваше судно, это так, но мы не открыли огонь.
— Туман поднимается, — сказал чей-то голос.
— Анжелика боялась, что, увидев ее, появится граф де Бордагне, а ей не хотелось сейчас встречаться с ним.
Мадемуазель Бургуа, которую здесь очень любили и слушали, могла бы успокоить горячие головы.
— Послушайте, Маргарита, торопливо сказала она ей. — Я вас умоляю, расскажите о нас в Квебеке, верните нам доверие обезумевшего города. Я не прошу вас кривить душой, говорите только то, что вы видели.
Маргарита Бургуа повернула голову, давая попять, что она не имеет влияния в Квебеке. Ее владения — это Вилль-Мари, то есть Монреаль, куда она и торопится попасть. Анжелика чувствовала, что Бургуа изменила отношение к ней. Ее первоначальное доброжелательное отношение исчезло, как только появилась «Мирабель». Причиной этого, как догадывалась Анжелика, была не только история с лодками.
Туман расплывался клочьями, касаясь их лиц.
— Еще нельзя отчаливать, — сказал кто-то.
— Слава богу, у меня есть время побыть с вами. Я не хочу отпускать вас в таком состоянии. Маргарита, скажите мне все. Вас что-то тревожит, волнует. И это не только предзнаменование. Расскажите, заклинаю вас.
— Я узнала, что епископ готов вот-вот распустить мою общину в Монреале, — призналась монахиня. — Боюсь, что я застану только обломки моего творения.
Она добавила, что ее сместили с поста старшей, заменили монашкой из Квебека. И еще, мсье де Ломени-Шамбор потерял рассудок.
— Ломени-Шамбор! Но это невозможно, — воскликнула Анжелика.
Она не видела, какое отношение имеет несчастье обители Вилль-Мари к кавалеру Мальтийского ордена. Но она начала понимать, что это очень сложные отношения.
— Что же произошло?
— Он влюблен в вас, — с болью в голосе бросила мадемуазель Бургуа и закрыла лицо руками. -Такой праведник, само совершенство. О, боже мой! Это ужасно.
— Но это не правда, — запротестовала Анжелика. — Вы прекрасно знаете, как и я, что мсье де Ломени-Шамбор очень далек от подобных страстей.
Мадемуазель Бургуа уныло покачала головой.
— ..Как Пон-Бриан, как другие, которых вы довели до гибели. После нескольких встреч с вами они готовы были нарушить свои обеты, оставить своих друзей и переметнуться в стан врагов бога и короля.
— Но это ни в какие ворота не лезет… Ах! Мы ведь во Франции… Я забыла… Любовь царит повсюду, Маргарита, возьмите себя в руки. Дождитесь, пока прибудете в Квебек, там вы вновь встретите мсье де Ломени, и надежда вернется к вам. Не отчаивайтесь. Все это только сплетни. Он принимал нас дважды за городом, в Кеннебеке, и все.