Ловец знаний (СИ)

Нож она мне выдала зачарованный. Специальный, чтобы срезать мертвую поросль. Перчатки из шкуры темных зверей. Две пары у неё нашлось. Она планировала, что возьмёт меня с собой. Ну или просто запасливая, но прошлый вариант мне нравится больше.
Я прикрыл на секунду глаза, сосредотачиваясь на ощущениях и эмоциях. Особенность темного пути в том, что в таинствах фигурируют эмоции. Схема простая, разберётся и пятилетка. Покров — это дымка энергии, покрывающая тело, с определенными свойствами, в зависимости от того, какие эмоции вложишь. Кая намекала, что на последующих стадиях развития можно поглощать чужие эмоции. Как и притягивать внешнюю энергию. Но мне пока до этого далеко.
На создание покрова у меня уходило около двадцати секунд. Удержать я его мог пару минут от силы, если перед этим хорошо отдохнул и никак не тратился. Мало, но ничего с этим не поделать. И так чудо, что я раньше пятнадцатилетия применяю таинства с использованием внутренних энергий.
Кая утверждала, что лучше всего использовать в качестве эмоций что-то «твёрдое». Решимость или уверенность. Я с ней соглашался, но здесь и сейчас постарался добавить нотки любви к жизни, предположив, что они послужат антиподом для мертвых таинств.
На примере этой практики я разглядел одну из причин, почему раньше определенного возраста не переходят к серьезным таинствам. Не могу представить, как обычный ребенок будет сначала нащупывать или порождать эмоцию внутри себя, а потом вкладывать её в таинство.
Я и сам то от ребенка недалеко ушёл. До перехода мне и восемнадцати лет не исполнилось. Здесь я провёл шесть лет, так что суммарно двадцать три года получается. Молод и зелен. Зато образованность и эрудированность выше всяких похвал. Идея работать с собственными эмоциями не показалась чем-то странным, я быстро понял, что к чему, а дальше осталось лишь потренироваться. Непонятно, почему Кая говорит, что у меня нет предрасположенности к подобным таинствам.
Сама девушка покров формировала гораздо быстрее, секунд за пять и могла держать его все десять минут. Пока я готовился, она уже добралась до поросли, которая выглядела, как серая, суховатая трава, наклонилась и принялась собирать ценную специю.
Когда я дошёл до неё, она закончила с первым участком. Но я видел и другие места. Много мест. Они подсвечивались для моего дара видения. Кая так не могла, поэтому уставилась на меня. Я молча показал направление.
Замечу, что эта трава не спешила показываться на глаза. Какая-то блеклая, она пряталась в тени, близко к тем участкам, где расползался серый туман. Сейчас не день, в лесу темно и просто так разглядеть поросль не получится. Надо как минимум подойти на дистанцию прямой видимости, что среди деревьев и кустов не так-то просто сделать. Можно, никаких титанических усилий, но на это уйдет время. Сейчас каждая секунда на счету. В любой момент ночь вступит в полную силу, туман может разойтись вширь и тогда там худо не покажется. Повезло, что благодаря дару я находил самые густые участки.
Провозились с час. Набрали полный мешок. Я специально обходил самые опасные места, выбирая те, где есть поросль и нет поветрия. Двигались быстро. Собирала в основном Кая, я же работал «глазами».
Когда заканчивали, раздался тихий гул. Почувствовав тревогу и то, что наша удача подходит к концу, а вместе с ней и спокойные минуты, я огляделся, выискивая опасность и увидел его… Серого человека.
Он появился там, где находилась максимальная концентрация поветрия. Для моего взора это выглядело, как темно серый, полупрозрачный туман. Я был уверен, что ещё минуту назад плотность была ниже, а сейчас резко возросла и на границе видимости появилось это существо.
Мозг выхватывал детали, отмечая то странное, что происходило вокруг. Исчезли звуки леса. Отрезало, как и не бывало. Исчезли запахи. Не пахло сыростью, гниющей листвой и мхом. Угасли звуки. Не громыхало небо, не свистел ветер, шатающий кроны деревьев.
Существо ростом было со взрослого мужчину. Худое, с костлявыми руками. У него словно все цвета украли. Остался лишь один — серый. Будь здесь свет и кто знает, быть может его обнаженные кости и матовая, рванная кожа блеснут серебром.
 
Я почувствовал, как меня пробил озноб. По спине пробежал холодок, расползся по мышцам, вызывая мурашки. Из рта вырвался пар.
Посланник мертвой ночи не двигался. У него не было глаз. Пустые, черные провалы на их месте. Нижняя челюсть отсутствовала, кто-то выдрал её, сделал это грубо, оставив уродливые шрамы. Верхние клыки торчали, что выглядело противоестественно. Удлиненные и заостренные, я не сомневался, они представляли отдельную угрозу, даже без нижней челюсти. Спутанные волосы покрывали лишь половину черепа. На второй его части зияла дыра. Незаметная на общем сером фоне.
Несмотря на отсутствие привычных глаз, я почему-то точно знал, что он шарит своим взглядом по лесу, выискивает то, что ей чуждо — жизнь.
Рядом со мной стояла Кая. Она не двигалась, как и я. На ней краски остались, но поблекли, словно она ни живая, ни мертвая, застрявшая посередине.
Секунда проходила за секундой. Первый страх прошёл, заработали дары. Я увидел, что средоточие силы мертвого находится у него в груди, животе и голове. Всё, как учили. Хочешь убить мертвеца — отруби ему голову, пробей сердце и лучше всего — разруби на части.
Видеть уязвимые точки — полезно. Ещё бы хорошо в них чем-то попасть. Из подходящего оружия у меня с собой только лук. Который сейчас прослонён к дереву. Сам отложил, чтобы не мешал тащить к лошадям мешки. У Каи оружие в руках. Она с ним не расставалась и держала при себе, даже когда поросль срезала.
К луку я и не думал бежать. Другое меня заинтересовало настолько, что я забыл, как дышать. Так бывало, когда видел что-то ценное… Видел чужое таинство…
Существо замерло не просто так. Поветрие медленно втягивалось в неё, формировалось в защиту, собиралось вокруг тела, концентрировалась в руках. Это уровень использования внешней энергии. Впервые вижу настолько отчётливо, как именно это проявляется.
Инстинкт самосохранения требовал, чтобы Кая как можно скорее разобралась с монстром. Любопытство же противилось этому, ведь тогда я не увижу чужую технику.
Хорошо, что выбор сделали за меня. Кая вовсе не от страха замерла. Она формировала атакующее таинство. Как закончила, то выпустила насыщенный темный кинжал в сторону мертвеца. Черное лезвие пролетело разделяющее нас расстояние за секунду. Мертвый успел дернуться, выставить руку перед собой. Лезвие срезало ему пальцы, разрубило кисть, прошло через локоть и застряло в груди, отбросив существо назад, в поветрие.
Девушка на этом не остановилось, вскинула лук, но не выстрелила. Тварь скрылась от обычных глаз.
— Он там и медленно поднимается! А ещё он формирует защитную технику! Поспеши!
— Стрелу потеряю! — процедила она.
А ведь точно. Если сейчас монстра подстрелить, то он в поветрии останется. Минус стрела и прощай ценные ингредиенты. Хотя пока рано рассчитывать на добычу. Сопоставив с рассказами, эту особь я определил, как слабейшего представителя мертвой ночи.
Темный кинжал Каи мог перерубить дерево, толщиной с мою ладонь. Также, с её слов, он мог убить человека в кожаном доспехе и при доле везения — в металлическом. Если тот не будет защищаться таинством.
Иначе говоря — бьёт она сильно.
Я увидел, как мертвец поднялся, как потянулась в него энергия с удвоенной силой. В этот момент внутри меня что-то щёлкнуло и я вспомнил, что нужно не только наблюдать, но и действовать, чтобы выжить. Прыгнув к луку, схватил его и побежал обратно к лошадям, не забыв и про мешки.
 
Дотащил их одной рукой кое-как до лошадей, там и скинул. Развернул как раз вовремя. Увидел, как из поветрия выскакивает существо.
Бежало оно так, будто от этого существование вселенной зависит. Пригнувшись, как дикий зверь, готовясь растерзать добычу.
Стрела Каи угодила ему в грудь. С ног не сбила, мертвый дернулся и… Он пробежал ещё шагов пять, замедлился, а ещё через три повалился. Кая бросилась к телу, на ходу доставая нож.