"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Он медленно, демонстративно порвал документ и бросил обрывки на пол.
– Думаю, вам пора подкрепиться. У вас помутился разум от голода. Я распоряжусь подать еду, а потом секретарь Мейтленд придет поговорить с вами.
После его ухода Мария упала на колени и собрала клочки бумаги. Возможно, ей удастся сложить их вместе. Что более важно, она должна прочитать документ, чтобы самой знать правду.
Пристыженная, она постаралась прикрыть обнаженную грудь. Почему она порвала корсаж? Она даже не помнила, как это случилось. Неужели у нее действительно помутился рассудок?
Через несколько минут принесли поднос с едой. Мария закуталась в одеяло и медленно съела фрукты и хлеб. У нее не было аппетита, но если она в самом деле так потеряла голову, что начала срывать одежду, то нужно подкрепить силы. После этого она легла и попыталась отдохнуть.
Мария увидела Мейтленда, стоявшего в ногах ее кровати. Солдаты ушли, поднос с едой унесли. Она никак не могла привести мысли в порядок. Видимо, ей каким-то образом удалось заснуть. Она попыталась сесть.
– Мой добрый секретарь, – сказала она. – Вижу, сегодня вы узнали меня.
Он оставил колкость без внимания.
– Сожалею, что пришлось прервать ваш сон. Но лорды попросили меня спросить вас, согласны ли вы оставить Босуэлла. Если вы сделаете это, они готовы восстановить ваши полномочия.
– Восстановить мои полномочия? – спросила она. – Разве я была лишена их – то есть в законном смысле? Так или иначе, можете передать им, что этого не будет. Я никогда не оставлю графа Босуэлла, моего законного мужа.
Мейтленд выглядел сильно удрученным.
– Дорогая мадам, мы давно знакомы, а благодаря моей жене, которая знает вас с детства, мне кажется, что всегда знал вас. Умоляю вас, оставьте его в покое. Поскольку развод с его первой женой был получен под принуждением, он, несомненно, является незаконным, и это можно доказать. Вам больше не нужно цепляться за него. Вы можете освободиться. Теперь вы в безопасности.
– В безопасности? С завывающей толпой снаружи, в полной власти лордов-изменников, – она не сдержала тихий, отчаянный смешок. – Нет. Он мой муж, и я никогда не оставлю его. Я с радостью бы уплыла вместе с ним подальше отсюда, куда ветры отнесут нас.
Лицо Мейтленда еще больше осунулось.
– Значит, все так, как я и опасался. Вы должны узнать правду о нем. Он писал своей первой жене и говорил, что считает вас всего лишь своей наложницей. – Когда Мария промолчала, он добавил: – Он посещал ее в замке Крайтон и продолжал спать с ней.
Она засмеялась ему в лицо:
– Это ложь.
– Значит, вы не оставите его?
– Никогда. А если вам нужна веская причина для этого совета шакалов, которые называют себя лордами, передайте им, что я беременна и ни при каких обстоятельствах не допущу, чтобы этого ребенка называли бастардом, как лорда Джеймса.
Толпа по-прежнему завывала снаружи. Мейтленд печально посмотрел на нее.
– Тогда, боюсь, из-за народного гнева нам придется защищать вас от горожан. А если силы и разум не вернутся к вам в полной мере, то, возможно, будет необходимо избавить вас от тяжкого бремени, которое вы несете. Как видно, корона оказалась слишком тяжелой для вашей стройной шеи.
В тот же вечер Марию с официальным эскортом препроводили в Холируд. Мортон и Атолл сопровождали ее с обеих сторон вместе с отрядом из трехсот пехотинцев. За ними шли лорды и еще тысяча двести солдат. Ее Величеству были оказаны все надлежащие почести, и толпа удовлетворилась этим. В течение дня настроение горожан постепенно становилось более сочувственным, и теперь они славили ее освобождение или спасение от рук злодея. Увидев, что к ней относятся с уважением и она свободно возвращается в свой дворец, они разошлись по домам.
Вернувшись в Холируд, Мария наконец воссоединилась со своими фрейлинами: Мэри Сетон, Мэри Ливингстон Сэмпилл, мадам Райе и двумя новыми, но не менее преданными дамами, заменившими уехавших «Марий», Джейн Кеннеди и Мари Курсель. Они отвели ее наверх в ее покои и помогли переодеться. Подали ужин. У Марии наконец проснулся аппетит, и она могла поесть без страха, находясь среди друзей.
 
* * *
Марию разбудили посреди ночи.
– Подготовьтесь, – велели они, и это были не голоса ее женщин, а голоса лорда Линдсея и лорда Рутвена.
– Что такое? – она натянула на себя одеяло.
– Нам предстоит поездка. Одевайтесь.
Она огляделась вокруг. Женщин нигде не было видно.
– Куда? Почему?
– Мы не вправе говорить об этом.
– Хорошо, – она выбралась из постели. – Вы позволите мне одеться одной?
Они кивнули и вышли из комнаты – по крайней мере так ей показалось.
Происходившее было похоже на сон или на то, что уже случалось раньше, давным-давно. Ее разбудили и сказали, что она должна приготовиться к поездке в какое-то тайное место…
Она быстро натянула самую прочную одежду и выбрала сапоги для верховой езды. Последней вещью, которая могла понадобиться в дороге, был грубый плащ ржавого цвета. Да, все это уже когда-то было. Ее фрейлины… она должна поговорить с ними, оставить сообщение. Она держала наготове записку для Босуэлла, где кратко сообщала ему о последних событиях и заверяла в своей преданности.
– Пойдемте, – донесся из-за двери голос Рутвена.
– Я иду, – ответила она.
У выхода из прихожей она остановилась. Там стояли фрейлины, которым велели ждать ее. Мария направилась к ним, и Рутвен не стал препятствовать ей.
– Передайте сообщение Бальфуру в замке, – обратилась она к Мэри Сетон. – Скажите ему, что независимо от того, куда меня увезут, он должен хранить верность и не сдавать замок лордам. Позднее я свяжусь с ним. А это для Босуэлла в Данбаре, – она протянула им сложенный листок бумаги без конверта. Ее не волновало, прочитают ли они эту записку. Она любила Босуэлла, и это не было постыдным секретом.
– Пойдемте, – голос Линдсея звучал нетерпеливо. Линдсей – гордый молодой лорд, который осмелился думать, что может сойтись с ее мужем в поединке.
Сжав руки мадам Райе на прощание, она повернулась и направилась к выходу. Когда они спустились по лестнице и вышли во двор, то повернули к задней части дворца. Это было то самое место, где она нагибалась и кралась вместе с Дарнли, когда бежала от своих нынешних спутников, или их отцов, после убийства Риччио. Тогда ее ждали Босуэлл и Хантли, но теперь их не было рядом.
– Седлайте лошадь, – велел Линдсей, старший и более бесцеремонный из ее спутников. Он взял под уздцы незнакомую лошадь и помог ей подняться в седло. Потом он оседлал своего жеребца и подал знак молодому Рутвену. Как будто из ниоткуда появилась группа вооруженных всадников, и по сигналу они рысью поскакали в ночь.
Они направились по дороге к воде, а потом, вместо того чтобы ехать к Лейту, повернули налево и спустились к Куинсферри. У причала ждало судно. они быстро поднялись на борт вместе с лошадями. Переправа прошла без затруднений, и когда они высадились на другом берегу, Мария решила, что они поедут по дороге в Стирлинг. Она предполагала, что ее будут держать в Стирлинге, огромной крепости, которая также служила их штаб-квартирой. Поэтому она удивилась, когда они направились прямо в Данфермлин и не стали останавливаться.
В темноте они проследовали через небольшой город и выехали в чистое поле. В летнем воздухе, который даже сейчас оставался теплым, она слышала трели соловьев. Они въехали в Блэрадамский лес, и Линдсей возглавил отряд – он как будто хорошо знал дорогу. Здесь, под покровом темноты, раздавались другие звуки: уханье сов, визг хорька и вой бродячей собаки где-то в кустах.
К тому времени, когда они выехали на опушку леса с другой стороны, небо на востоке посветлело, и там появилось жемчужно-белое сияние. Впереди Мария видела зыбкий силуэт Бенарти-Хилл, а слева – темные Ломондские холмы. Она услышала гогот диких гусей и внезапно поняла, где находится и куда направляется: в замок Лохлевен.