"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

Елизавета. Нужно сообщить Елизавете.
При мысли о королеве Англии Мария поежилась. Елизавета со своими послами, шпионами и пытливым умом, несомненно, проведет расследование и попытается извлечь выгоду из случившегося. Но если Елизавета не получит своевременного извещения от королевы Шотландии, ей будет еще проще использовать это в своих целях.
«У меня нет сил написать письмо, – подумала Мария. – Я отправлю Мелвилла и доверю ему отвечать на ее расспросы».
Ночь. Наконец наступила ночь – хотя весь предыдущий день казался ночью, – и Мария могла поспать или хотя бы попытаться это сделать. Она попросила мадам Райе зажечь все свечи. Внезапно она испугалась, что бледный сердитый призрак Дарнли поднимется по лестнице и проникнет в ее комнату, как он сделал в ночь убийства Риччио. Однако в то же время ей хотелось остаться одной и встретиться с ним лицом к лицу. Она велела озадаченной француженке спать в передней.
Мария лежала неподвижно, не пытаясь согреться, хотя в комнате было холодно. Во дворце стояла тишина, но этот временный покой казался лишь передышкой перед новыми ужасами.
Лучше вообще ни о чем не думать. Она закрыла глаза и одновременно услышала звук шагов на лестнице. Тихие, мерные шаги приближались.
«Я готова, – подумала она. – Я не буду скрываться от тебя, Дарнли, и не важно, в каком виде ты предстанешь передо мной».
Тем не менее она дрожала так, словно лежала на февральском холоде, как ее покойный муж внизу.
Дверь, благодаря смазанным петлям, бесшумно открылась. Слабый свет свечей не проникал в темноту на лестничной площадке. Рука ухватилась за дверь, чтобы дерево не стукнулось о камень.
Широкая кисть. Короткие, сильные пальцы.
Босуэлл вошел в комнату. Уверенность, с которой он двигался, и его мощная коренастая фигура успокоили ее еще до того, как она увидела его лицо.
Едва удержавшись от радостного вскрика, она судорожно вздохнула. Он быстро и беззвучно оказался рядом с ней и едва ли не запрыгнул на кровать. Потом он взял ее руки и крепко поцеловал их, почти обжигая кожу своим жарким дыханием.
– О Боже, – прошептал он ей в ухо, одновременно поднимая и привлекая ее к себе. Они лихорадочно потянулись друг к другу: оба собирались что-то сказать, что-то объяснить, но не могли отвлечься на что-то иное, кроме поцелуя. Ощутив прикосновения его губ, Мария поняла, что все ее страхи рассеялись, а желания сбылись. Босуэлл был здесь.
Он ухватился за кружевной воротник ее платья и жадно поцеловал шею, покусывая и втягивая нежную кожу. Она откинула голову, и его губы скользнули вниз, к ложбинке между грудей. Ее ладонь легла ему на затылок. Его волосы были холодными – в отличие от разгоряченной кожи, они сохранили комнатную температуру.
Он начал ласкать ее ноги, поднимать юбку. Его дыхание было коротким и прерывистым, но она оставалась странно спокойной и нечувствительной к его ласкам. Протянув руку вниз, она остановила его.
– У меня больше нет ребенка, – тихо сказала она, наклонившись к нему. – Это случилось ночью, после того как я упала в обморок, а потом все… все кончилось.
Он сразу же остановился:
– Тогда… все было напрасно.
Его слова озадачили ее.
– Все напрасно, – повторил он и покачал головой, прежде чем отстраниться от нее.
– Нет, не напрасно…
– Ты не понимаешь, – он медленно втянул воздух сквозь зубы.
– Тогда ты должен объяснить мне, почему произошел взрыв? Что случилось, когда ты попытался арестовать его? Ты представляешь, как мне было страшно после твоего ухода!
Босуэлл перекатился на спину и лег рядом с ней.
– Никакого ареста не было. Когда я приблизился к дому со своими людьми, он решил, что ты возвращаешься. Он поджег запал и сбежал. По его замыслу, тебя должно было разорвать на куски, когда ты войдешь в дом. Он убежал за несколько минут до твоего предполагаемого прибытия.
– Но он погиб. Его убили, когда он убегал, – ей нужно было знать. – Это ты убил его?
– Нет, – ответил он. – Я не видел его и не прикасался к нему до тех пор, пока не нашел его тело на рассвете, вместе с остальными.
 
– Кто же тогда? – Слава Богу и всем святым – Босуэлл не убийца!
– Не знаю. Многие с радостью убили бы его, если бы им представилась такая возможность, – он пробежал рукой по волосам. – А теперь будут винить нас и захотят отомстить, – его голос звучал глухо и встревоженно.
– Кто?
– В том-то и дело, что не знаю. Все говорят складно и прячут свое истинное лицо. Мы в большой опасности, – он помедлил. – Ты понимаешь, что теперь мы связаны навеки из-за этого мертвеца, который лежит внизу? Произошло убийство, Мария. Оно окутано тайной, но эта тайна грозит уничтожить нас. Мы должны держаться вместе, чтобы выжить.
Он взял ее за руки и положил их себе на плечи.
– Держись за меня, – велел он. – Обними меня и не отпускай, что бы ни случилось.
Мария почувствовала, как его жесткое тело прижалось к ней; казалось, что в этих узловатых мышцах и длинных прочных костях заключено спасение от любой опасности. Даже его шрамы напоминали почетные знаки. Но когда она положила голову на его напряженное плечо, то поняла, что под стальными мышцами находится обычная плоть и кости, которые слишком легко сломать.
  
XXVII
 
Мария велела придворным облачиться в траур и обеспечила их черной тканью для пошива костюмов. Через неделю после смерти Дарнли был с королевскими почестями захоронен в Холируде по католическому обряду рядом со склепом Якова V.
Наблюдая за гробом у алтаря и слушая песнопения, Мария не испытывала ничего, кроме облегчения и радости из-за окончания несчастной жизни Дарнли, к которой примешивалось чувство вины за то, что в ней осталось так мало жалости к нему. Но он умер как будто от своей руки, пытаясь убить других. При этом погибли невинные люди.
Придворные были потрясены и ходили на цыпочках до тех пор, пока не стало ясно, что заговор исчез вместе с погибшим королем и новой опасности нет. Поскольку трагедия подтверждала уже сложившееся в остальном мире мнение о том, что Шотландия населена дикарями, постоянно творящими злодеяния, среди людей поднялся ропот, постепенно становившийся все более громким. Нужно покарать злодеев. Никто не верил, что Марии угрожает опасность или что кто-либо, кроме Дарнли, был целью преступления. После смерти Дарнли обрел величие, которого ему не хватало при жизни. Король геройски погиб, убитый заговорщиками.
На руинах дома нашли бочку, доказывавшую, что порох спешно доставили откуда-то… из Холируда? В ночь убийства по улицам расхаживали люди, открыто называвшие себя «друзьями лорда Босуэлла». Черного Ормистона, одного из подручных Босуэлла, якобы видели рядом с домом сразу же после взрыва.
Мария и Тайный совет назначили награду в две тысячи фунтов за сведения о преступниках, хотя она знала, что никого не найдут. Никого, кроме Дарнли, а это должно остаться в секрете. Она хотела защитить его имя ради маленького сына и знала, что Босуэлл никогда не откроет правду. Кто может знать, кроме него? Тот, кто первым помогал заложить порох? Да, эти сообщники должны знать… Комиссия лордов, собравшихся в Тулботе, назначила расследование на следующий день после взрыва.
Близкое соседство с траурным залом в Эдинбургском замке производило на Марию гнетущее впечатление. Стены были задрапированы черной тканью, а толстые восковые свечи днем и ночью горели в подсвечниках. Ей казалось, будто она сама находится в склепе. Постоянная близость смерти, когда призрак казался таким же реальным, как сгорбленная фигура мадам Райе или закрытое вуалью лицо Мэри Сетон, стоявшей на коленях перед распятием, тяжко давила на нее. Ей даже снились кошмары, в которых они с Босуэллом были мертвы и обнимались друг с другом в виде скелетов.
Ее нездоровое возбуждение встревожило Бургойна. Врач постановил, что она должна покинуть свои покои сразу же после похорон Дарнли и временно поселиться в более здоровой местности у моря. Время и опыт подсказывали ему, что присутствие большой воды помогает восстановить душевные силы.