"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
Она действительно очень устала, и маскарад с танцами и очередными светскими беседами истощил ее силы. Беременность начинала серьезно сказываться на ее состоянии, а может быть, дело заключалось в странных, чересчур настоятельных требованиях Дарнли, от которого оказалось нелегко избавиться. Обычно Марии нравились такие празднества, но сейчас она хотела, чтобы все поскорее закончилось и она смогла лечь в постель. Даже вид Босуэлла в черном карнавальном костюме с серебром не волновал ее.
После того как новобрачных проводили к ложу, а остальные вернулись в зал для новых танцев, Босуэлл и сэр Джон Стюарт из Тракуэра приблизились к ней.
– Давайте отойдем в сторону, – предложил сэр Джон. Его лицо было бледным, и он выглядел потрясенным. Она быстро взглянула на Босуэлла, но выражение его лица было совершенно иным: мрачным и решительным.
– Что случилось?
Двое мужчин взяли ее под локти и отвели в пустой угол зала.
– Даже не думайте возвращаться в Кирк-о-Филд, – сказал Босуэлл. – Я слышал, что вы сказали… королю.
– По правде говоря, я слишком устала.
Босуэлл кивнул Тракуэру:
– Скажите ей.
– Нет, лучше вы. Вам больше известно.
– Король собирается убить вас сегодня ночью, если вы вернетесь в Кирк-о-Филд, – прошептал Босуэлл.
– Как? – прошептала она в ответ.
– Порох.
– Что?
– Он начинил погреб мешками с порохом. На это ушло несколько дней. Теперь ясно, почему он выбрал Кирк-о-Филд.
Мария была настолько потрясена, что не могла говорить. Его мольбы и уговоры вернуться к нему…
– Мы хотим получить ваше разрешение на его арест, – тихо сказал Тракуэр. – Он изменник.
Мария разрыдалась. Такое вероломство и хладнокровная жестокость находились за пределами ее понимания. Это было нечто демоническое.
Я буду верен моей госпоже, королеве Шотландии, буду хранить и защищать особу Ее Величества, а также ее королевство, права и законы всеми своими силами. Да будет мне в том порукой Господь.
– Он нарушил свою клятву, – прошептала она.
Босуэлл быстро переглянулся с Тракуэром. Зачем говорить очевидные вещи?
– Когда он вступил в орден Чертополоха, то поклялся…
– Можно получить разрешение на его арест? – настаивал Босуэлл. – Мы должны действовать по вашему приказу. Он изменник.
Босуэлл уже начал разворачиваться, чтобы уйти, но Мария потянулась к нему.
– Не причиняйте ему вреда, – попросила она.
– Если он будет сопротивляться, я не могу этого обещать, – отрезал он. – Он опасен, и к нему нужно относиться соответственно. – Он взглянул на Тракуэра: – Проводите королеву в ее покои. Я буду ждать вас снаружи.
* * *Но когда Босуэлл вышел на лестницу, он устремился вверх, перепрыгивая через две ступеньки, чтобы попасть в Кирк-о-Филд раньше Тракуэра. Запал уже был подготовлен, и никакого ареста не планировалось, но Мария не должна знать об этом.
То, как Дарнли прикасался к ней и цеплялся за нее… Босуэлла тошнило от этого. Предатель, гнусный жалкий предатель!
Пробегая по эдинбургским переулкам в направлении Кирк-о-Филда, он завернул в старый монастырский сад и почувствовал, как холодный воздух жжет его легкие. Он немного замедлил шаг. На улице было совершенно темно, и луна пряталась за облаками. Он начал задыхаться и слишком сильно шумел.
Теперь он приблизился к дому: внутри не горела ни одна свеча – Дарнли удалился на покой со своими слугами.
В южном саду ждал Арчибальд Дуглас со своими людьми в плащах с низко надвинутыми капюшонами. Их дыхание тонкими струйками поднималось вверх, словно из каминных труб. Им было холодно, но они не осмеливались притопывать и ходить вокруг.
Парис, Уильям Поури, Джон Хэй и Джон Хепберн ждали его у восточного крыла дома. Пороховой запал лежал на земле, словно змея, но едва виднелся. Ни у кого не нашлось факела, поэтому Босуэлл потребовал кремень и несколько раз высек искру, прежде чем ему удалось зажечь маленький фитиль. Потом он наклонился и поднес фитиль к пороху, который зажегся с легким треском. Босуэлл наблюдал за тем, как красный дымящийся огонек начал подкрадываться к дому.
– Помните, это вы зажгли его, – дрожащим голосом сказал Парис.
– Я сделал это с удовольствием, джентльмены, – ответил Босуэлл. – По сути, это большая честь для меня.
– Бежим! – прошептал Парис.
Но Босуэлл упрямо стоял, глядя на то, как огонек приближается к своей цели.
* * *Дарнли спал. Во сне он видел себя здоровым и сильным рыцарем, штурмующим стены Иерусалима и убивающим неверных. Он посмотрел направо и увидел через прорезь забрала своего командира Ричарда Львиное Сердце. Внезапно он стал Ричардом и приобрел всю его мощь и мужество…
Он проснулся. Разочарование затопило его, когда рассеялись последние обрывки сна. Он не мог удержать их… И было что-то еще, что-то грустное и очень плохое…
Мария ушла. Он потерпел неудачу.
Дарнли ждал и надеялся до часу ночи. Он так убедительно умолял ее: возможно, она смягчится и вернется к нему. Она была великодушной и порывистой. Если Босуэлл не помешал ей, то…
Никогда еще он не чувствовал себя более могущественным и вместе с тем разочарованным. План казался идеальным – Бальфур и Стэнден в точности исполнили его пожелания. Он был готов расплакаться, но в горле стоял комок, и слезы не шли.
«Я все еще могу убить себя, – подумал он. – Но без нее это будет неправильно. Как я смогу это вынести, если стану призраком и увижу, как Босуэлл наслаждается ее телом?
Возможно, тогда у меня получится отомстить.
Нет. Я более могуществен во плоти, чем смогу стать после смерти».
Он лежал в постели, разрываясь между гневом и жалостью к себе. В доме царила тишина, как в склепе. Темный, холодный каменный саркофаг… Силуэты его слуг казались скульптурными надгробиями в церкви, распростертыми на камне и уснувшими вечным сном.
Дарнли снова начал засыпать, но тут до него донесся слабый звук – какой-то шорох или царапанье.
Крысы! Дарнли содрогнулся и сильнее натянул одеяло. Он ненавидел крыс, он так и не смог привыкнуть к постоянному присутствию этих тварей, независимо от роскошной отделки и меблировки.
Царапающий звук.
Звук казался слишком громким. О Боже, только не здесь, в его комнате!
Послышалось неясное бормотание. Человеческие голоса снаружи. Новые шорохи и постукивание, снова на улице.
Дарнли задержал дыхание, чтобы лучше слышать, но ничего не происходило. У него закружилась голова от нехватки воздуха, и он медленно задышал.
Запах гари, но какой-то необычный. Это был не древесный огонь, не свеча или солома. Это был…
Порох! Кто-то поджег порох!
Охваченный безумным ужасом, он вскочил с кровати и подбежал к восточному окну. Там происходило какое-то движение. Люди. Он не мог разглядеть, сколько их. На улице была кромешная тьма.
Потом он заметил маленькую яркую точку, которая ползла к дому.
Пороховой запал!
Какой-то долгий и мучительный момент он стоял на месте, дрожа всем телом. Его ноги похолодели. На нем была лишь тонкая ночная рубашка.
Но у него не оставалось времени одеться. Прямо на глазах сверкающая искра приближалась к дому. Он хорошо знал, сколько тысяч фунтов пороха было заготовлено и что произойдет потом.
Дарнли бросился в крытую галерею, примыкавшую к его спальне. Он мог выбраться наружу и спрыгнуть на городскую стену прямо под ним, а потом убежать в поле через старый сад. Стена могла послужить щитом, который защитит его от главного удара.
Он споткнулся о лежащего Уильяма Тейлора и разбудил его.
– Ох-хх! – простонал слуга.
– Мы должны бежать! – взвизгнул Дарнли, но страх превратил его голос в шепот. Он выбежал в галерею и стал карабкаться в окно.
– Подождите, милорд! Я возьму теплую одежду, веревки и стул для спуска. Подождите, умоляю вас!
Тейлор решительно начал собирать предметы, которые считал необходимыми для бегства, не понимая, что нужно спасаться немедленно.