"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)
Но все произошло так быстро, что его дыхание даже не сбилось. Как только волны удовольствия улеглись, он скатился с нее. Все закончилось.
– Это было хорошо, – весело сказал он и потянулся за своими штанами. Бесси по-прежнему лежала на месте и грустно смотрела на него. Он наклонился и одернул юбки, прикрыв ее.
– Вы захотите меня снова, сэр? – нежно спросила она.
Вопрос застиг его врасплох.
– Ну, возможно, – ответил он.
– Я буду рада снова побыть с вами, сэр, – сказала она.
– Почему? – ему стало интересно.
– Вы хорошо знаете, как это делается, – деловито ответила она. – Даже когда так торопитесь. Мне хотелось бы посмотреть, как вы занимаетесь этим, когда у вас больше времени.
Он откинул голову и рассмеялся:
– Я постараюсь удовлетворить твое любопытство.
XII
Босуэлл поднялся среди ночи. Из темницы замка Эрмитаж доносился шум и звуки ударов: она была наполнена Армстронгами, которых он захватил вчера. Он скатал походную постель, потер спину и размял правую руку, проверяя, нет ли растяжений. Лучше бы не было – сегодня ему предстояло много работы.
Нет, вроде бы никаких болезненных ощущений. Он сжал пальцы в кулак. Что за прекрасный денек выдался вчера, когда он прижал к ногтю лэрдов Мэнгертона и Уайтхоуга, этих вороватых ублюдков! Обветшавшие башни не могли спасти их. Теперь они гнили заживо, дожидаясь того дня, когда королева приедет судить их.
Когда приедет королева… О да, он поймает новых разбойников для нее. Сегодня будет еще один прекрасный день, он знал об этом.
Он прошлепал босиком по сырому каменному полу, снял рубашку и погрузил руки в чан с водой, стоявший в углу. Ежась от холода, он поплескал водой на лицо и плечи.
«Это укрепляет характер», – подумал он и насмешливо фыркнул.
По стенам струились тонкие ручейки, и капли воды падали на пол. Здесь, в Эрмитаже, даже внутренние стены поросли тонким мхом.
Босуэлл потянулся за одеждой для верховой езды – льняная рубашка, куртка из стеганой кожи с вшитыми роговыми пластинками для дополнительной защиты, кожаные штаны и сапоги – и стал медленно одеваться, не обращая внимания на холод. Потом он приладил оружие – большой кремневый пистолет, меч и кинжал – и приготовился встретиться с врагами королевы. Королева…
Босуэлл и его люди численностью около ста человек собрались перед колоссальной арочной стеной крепости, которая взмывала в воздух, как портал собора, но казалась такой же темной и угрожающей, что врата преисподней. Лай ищеек, поджарых черных тварей, звучал не менее грозно, чем рев Цербера.
– Ну, ребята! – крикнул Босуэлл. – Нам предстоит очередная славная охота! Сегодня отличный денек!
На самом деле все вокруг было затянуто серой туманной мглой, но это не имело значения.
– Эллиоты! Эллиоты! Мы нападем на укрепленную башню Джока-с-Поляны!
Наступила многозначительная тишина. Джок-с-Поляны слыл одним из самых лихих и безжалостных разбойников, и он еще ни разу не терпел поражения и не попадал в плен.
Босуэлл рассмеялся так громко, как только мог, но массивные, бесчувственные камни цитадели словно впитали звуки его голоса, и он показался слабым.
– Помните стишок:
Они не оставят ни ложки, ни вилки, ни веретена,Ни щепки, ни нитки, ни сена с гумна;Сколько ни держи карманы,Всех обчистит Джок-с-Поляны,Всех отыщет, всех найдет,Всех угробит в свой черед.– Ну разве он не будет для нас хорошим трофеем? – Босуэлл поднял меч и помахал им над головой.
– Да! Да! – солдаты подняли свое оружие, с грохотом тронулись вперед по грубо обтесанным доскам, перекинутым через ров, поскакали вниз вдоль ручья, разбрызгивая воду, и выехали на сухую землю. Они следовали вниз по течению ручья до слияния с речкой под названием Лиддлуотер, где начинался «Выгон», или «Поляна» – клановая территория Эллиотов.
Местность предстала во всем своем осеннем великолепии, с багряными полосами вереска на крутых склонах холмов и красновато-коричневыми или желто-оранжевыми зарослями папоротника и камыша у журчащей воды. Участки бархатно-зеленой травы граничили с увядшими проплешинами коричневого утесника на холмах и проглядывали из-под палой листвы и старого желтого рогоза.
Они скакали мимо мощных четырехугольных башен, разбросанных по заросшим вереском склонам холмов, радуясь своим неутомимым скакунам и мглистой утренней свежести.
Огромная башня Джока-с-Поляны, маячившая впереди, надменно оседлала пастбище у слияния вод. Это место было известно англичанам и шотландской пограничной страже под названием «кубрик Приграничья», где не действовали законы и предписания обеих сторон.
Босуэлл пришпорил свою лошадь и поскакал вперед остальных, чтобы застать Джока врасплох и воспрепятствовать его бегству. Но впереди было достаточно людей, увидевших приближение одинокого всадника и предупредивших своего хозяина, поэтому еще до того, как Босуэлл осадил лошадь и прокричал в сторону башни: «Я арестую тебя от имени королевы», – Джок уже галопом мчался через пустошь по направлению к холмам.
Босуэлл заметил его и задумался, стоит ли подождать прибытия своих людей, прежде чем начать преследование. Нет, к тому времени Джок уже скроется из виду. Он быстро развернул лошадь и поскакал галопом по свежескошенной стерне между снопов соломы, а потом по густой свалявшейся траве, следуя за Джоком в каменистые просторы холмов. Джок поднимался по склону и уже покидал речную долину – значит, он направлялся в свое горное убежище.
«Я не могу упустить его», – подумал Босуэлл и снова пришпорил лошадь.
Расстояние сокращалось: триста ярдов, двести ярдов, сто ярдов, пятьдесят – а потом Босуэлл уже мог видеть, как Джок оглядывается, и даже разглядел цвета его клетчатого плаща. Он улыбался.
– Стой! – крикнул Босуэлл, потянувшись к поясу и вытащив пистолет. Он выстрелил в воздух, и эхо с грохотом прокатилось по окрестным холмам.
Джок натянул поводья и снова продемонстрировал свою угрожающую самодовольную улыбку.
– Лучше держись подальше, лейтенант королевы, – высокомерно отозвался он.
– Я сам по себе, – сказал Босуэлл. – Я хранитель Лиддсдейла. Если ты отказываешься подчиниться моему требованию, давай посмотрим, кто из нас лучше в деле. Я приказываю тебе не только как командир стражи – звание получают от других, и оно часто бывает незаслуженным, но как мужчина мужчине. Сразимся один на один!
Когда он говорил, то постепенно сближался с Джоком, пока расстояние между ними не сократилось до двадцати или тридцати футов. Они остановились на маленькой зеленой поляне. Потом Босуэлл одним движением соскочил с седла и обнажил свой тяжелый двуручный меч.
Джок несколько секунд с любопытством наблюдал за ним, потом тоже спешился. Он аккуратно вынул из ножен собственный меч и приблизился к Босуэллу.
– Ты из другого времени, – тихо сказал он. – Ты что, считаешь себя рыцарем Круглого стола? Один на один! – он хрипло рассмеялся. – Или есть грех, который ты хочешь искупить? Не важно, я помогу тебе наказать самого себя.
Он кинулся на Босуэлла, потрясая длинным мечом. Тот едва успел увернуться и сохранить равновесие.
Босуэлл выбросил руку с мечом, и его колющий удар пролетел рядом с Джоком, зацепив плащ, порвавшийся при возвратном движении. Джок отступил и парировал удар, нацелившись в плечо Босуэлла. Кончик его клинка пробил один слой стеганой кожи, но Босуэлл не отступил. Вместо этого он бросился вперед, ошеломив Джока, и с силой прижал меч к его груди. Джок попятился и упал на спину, выронив меч. Босуэлл сразу же оказался над ним и вынудил его остаться в этом беспомощном положении. Он неторопливо приставил меч к горлу Джока, по которому вверх-вниз двигался его кадык.
– Ты сдаешься? – прошептал Босуэлл, как будто кто-то мог подслушать его.