"Избранные историко-биографические романы". Компиляция. Книги 1-10 (СИ)

– Нужно попросить его снова исполнить эту песню, – пробормотала она, отодвинув занавеску и увидев тусклый серый свет за окнами спальни.
Потом она увидела на полу кровь.
– Нет! – воскликнула она. Совсем недавно он был живым и пел для нее…
Мария бессильно опустилась на кровать. «Риччио мертв, а меня держат в плену, – подумала она. – Здесь даже есть башня, но рыцарь не ждет снаружи. Только Дарнли может спасти меня, но сначала я должна убедить его. Сделать это наяву будет труднее, чем во сне».
Леди Хантли спала на маленькой кровати внизу, на ее лице играла улыбка.
«Твои беды позади, – подумала Мария. – Сколько времени прошло, прежде чем ты снова смогла крепко спать? Уже больше трех лет, с тех пор как умер твой муж.
Где я буду через три года?
Я буду там, куда сама приду. Все в моих руках».
Мария уже оделась и ждала, когда Дарнли появится в ее спальне. Она выбрала платье, которое ему нравилось, зеленовато-голубое с кружевами у шеи. Она не стала закалывать волосы и надевать драгоценности.
Дарнли явно не спал ночью.
«Это хорошо», – решила Мария.
Он улыбнулся, когда увидел ее, но улыбка была неуверенной. Сделав несколько шагов, он взял ее за руки.
– Ах, Мария! – с чувством произнес и заглянул ей в глаза.
– Доброе утро, милорд, – сказала она. – У вас озабоченный вид, как и должно быть.
Ей хотелось отнять руки, но она боялась показать свое отвращение к нему. Вместо этого она жестом предложила ему занять место на скамье у окна. Когда они сели, Мария повернулась к нему, широко распахнув глаза и приказав себе не выказывать никаких чувств, кроме беспокойства о нем.
«Иначе я обречена», – подумала она.
– Дорогой муж, мне страшно, когда я думаю о том, какой опасности вы подвергаетесь, – начала она. – Не знаю, какие у них планы на меня… – она помедлила, ожидая его очереди, но он хранил молчание. – Но тот факт, что я остаюсь помазанной королевой, должен остановить или по крайней мере удержать их от крайних шагов. Боюсь, что в вашем случае это не так.
И без того бледное лицо Дарнли стало призрачно-белым. Перспектива его содействия казалась такой же призрачной.
– Они убийцы, – продолжала она. – И не просто убийцы, а настоящие палачи, иначе почему они убили Давида в моем присутствии? Они могли напасть на него, пока вы играли в теннис или ночью, когда он спал. Нет, вы должны спросить, почему они решили казнить его у меня на глазах. Это не просто убийство, а террор, – она пытливо заглянула ему в глаза. – Это глубоко порочные и отчаянные люди. Они использовали вас… Вы подписали договор с ними?
– Да, – с несчастным видом признал он.
– Документ находится у них?
– Да.
– Тогда они получили то, чего добивались: подпись короля на договоре об убийстве и королевский кинжал в теле жертвы. Теперь они могут избавиться от вас.
Как она и ожидала, он застыл на месте.
– Да, избавиться от вас. Вы же не ожидали, что они позволят вам оставаться формальным правителем, когда они могут получить его вместо вас? – она указала на свой живот. – Каким бы покладистым вы ни были, младенец вообще не может говорить за себя. Нет, вы исполнили свое предназначение.
Она замолчала, чтобы смысл сказанного дошел до него.
– Что они собираются делать со мной? – с показным безразличием спросила она, как будто уже знала ответ.
– Отвезти тебя в Стирлинг завтра или послезавтра.
– А потом?
– Принять роды в замке.
– А потом?
– Не знаю, – он понурился, показывая, что на самом деле ему все известно.
– Ясно, – она выждала паузу. – Значит, нас разлучат друг с другом?
Он пожал плечами. Судя по всему, ему об этом не сообщили.
– Если нас разлучат, то мы обречены. Вместе мы можем перехитрить их и избежать смерти, которую они уготовили нам.
При слове «смерть» он явственно вздрогнул.
– Генри… – она не называла его так за исключением самых интимных моментов. – Они уже доказали, что у них нет уважения к особам королевской крови и к священным титулам. Они попытались разделить нас, так как знают, что вместе мы можем противостоять им. Им удалась первая часть плана: запугать нас и сделать пленниками. Но вторая часть плана – разлучить, а потом убить – еще далека от завершения. Все зависит от того, будешь ли ты помогать им, пока они перестанут нуждаться в тебе. Но если бы мы могли бежать…
 
– Это невозможно, – сказал он. – Они расставили стражу повсюду. Все твои люди бежали.
– Все наши люди, – поправила она, взяв его длинную костистую ладонь и крепко сжав ее. – Но они доверяют тебе. Заставь их поверить, что ты сможешь охранять меня…
– Они ни за что не отпустят стражу.
– Нет никакого способа вынудить их покинуть дворец? Скажем, если я пообещаю помиловать их?
– Они никогда не поверят тебе.
– Но если ты убедишь их?
Он лишь покачал головой.
«Я не убедила тебя, – подумала она. – Ты прирожденный трус, и нужно нечто большее, чтобы расшевелить тебя».
– Ах, Генри, – нежно сказала Мария и потянулась к нему. Она поцеловала его в губы впервые за несколько месяцев и почувствовала, как они дрожат. Он со вздохом обнял ее.
«Теперь мне придется уложить его в постель», – устало подумала она. Леди Хантли ушла передать сообщение для Босуэлла и ее сына.
Дарнли послушно пошел за ней, но когда оказался в постели, с энтузиазмом сбросил одежду и раздвинул занавески, словно мальчишка, играющий в солдатиков. Он не обращал внимания на ее живот и шептал слова нежности и обожания. Его глаза наполнились слезами, когда он начал ритмично двигаться над ней.
– Ах, Мария! – он заплакал.
Мария скромно стояла в своей приемной, пока граф Мортон рассматривал ее. Мог ли он что-то подозревать?
– Лорд Джеймс, граф Морэй, вернулся в Шотландию, – сказал он.
– Я его не приглашала, – серьезно ответила она.
– Парламент распущен по указу короля. – Мортон покосился на Дарнли, который широко улыбнулся ему.
«Он хорошо притворяется, – подумала Мария. – Впрочем, я знала об этом».
– Значит, против мятежных лордов не будет выдвинуто никаких обвинений и они сохранят свои земли и титулы? Как удобно, – она сделала широкий жест обеими руками. – Хорошо, что король так великодушен, ведь они взбунтовались против него и были недовольны его персоной. С его стороны очень любезно забыть об этом прегрешении.
– Мадам, вы готовы встретиться с вашим братом? – спросил Мортон. – Вы примете его?
Он погладил свою кустистую рыжую бороду. «Почему он не подровняет ее? – внезапно подумала Мария. – Она такая лохматая и выглядит безобразно. Как бы в ней не завелись вши».
– Да. Судя по всему, мне придется это сделать.
– Тогда он придет во второй половине дня, – ответствовал Мортон. Показалось ли ей или она заметила усмешку? Он коротко кивнул Дарнли, и тот послушно вышел вслед за ним.
«Только не переметнись на другую сторону! – безмолвно вскричала Мария. – Матерь Божья, не дай ему переметнуться к ним!» Ее снова затрясло.
– Выпейте, мадам, это успокаивающий напиток, – сказала леди Хантли и подала ей чашку. – У меня есть хорошая новость для вас: я передала сообщение. Оба ожидают ваших указаний.
– Молюсь о том, чтобы это было не впустую, – Мария вздохнула и сделала глоток пенистого напитка. – Следующая часть моей задачи включает много других, и все легко может пойти не так, как задумано. Это пугает меня. Все зиждется на тонком равновесии… как мои часы.
Она указала на маленькие часы, которые держала при себе с самого детства – те самые, которые отбивали время, когда пришел кардинал, сообщивший ей точную дату ее свадьбы с Франциском. Правда, тогда они спешили, и не было часовщика, который смог бы починить их.
– Мой брат будет следующей частью этой задачи… мое показное примирение с ним. Но вчера его рука незримо присутствовала здесь; это он нанес пятьдесят седьмой удар. Берегись бастарда, говорил предсказатель…