Здравствуй, папа, Новый год!
Брусникина все еще сомневается. Маша уже побежала одеваться.
А у меня в кармане вибрирует телефон. Заглядываю в мессенджер. Сообщение от Киры:
“Если через час не появишься – вообще не приходи”.
Глава 13
Михаил
Ультиматумы я органически не переношу.
Через час? Ну нет. У меня другие планы. Я приеду через три часа, и тогда мы поговорим.
Да, нам с Кирой надо поговорить. Я пока не очень представляю, что это будет за разговор. И – как вообще на него выйти.
Именно сейчас я четко осознаю, что мы вообще не умеем по-человечески разговаривать. Обычно она дуется, психует, я просто жду. Через какое-то время она остывает, и все идет как раньше.
В принципе, рабочая схема…
* * *
– Ладно. Идите, – сдается Анюта.
– Ура!!! – вопит уже почти полностью одетая Машенька.
Похоже, она не сомневалась в успехе.
– Держи ее за руку. На детской площадке ни на секунду не выпускай из вида. Не разрешай снимать шапку, даже если она говорит, что жарко и голова чешется.
– Понял.
– Идите по бульвару до моря, там есть хорошая детская площадка. Мороженое нельзя. Шоколад нельзя. Мочить ножки в море нельзя…
– А что можно?
– Гулять!
– Ладно, ладно. Я понял.
– Пиши каждые пятнадцать минут, как у вас дела.
Пипец… Столько инструкций. Это же просто ребенок! Я в ее возрасте во дворе один гулял. Без шапки. В минус двадцать. И мороженое ел. И железные турники облизывал, обдирая язык.
И ничего, вырос нормальным человеком!
* * *
– Миш, а у Деда Мороза есть слюни?
– Что?
– Или у него во рту снег?
Мы идем по бульвару. Маша с любопытством глазеет по сторонам. Я крепко держу ее за руку. И – офигеваю от ее вопросов.
– Наверное, у него во рту жидкий лед.
– Как это? – озадаченно приоткрывает рот Машенька.
Ну вот, и у меня получилось ввести ее в ступор! Не только же мне офигевать.
– Что будет, если лед растает?
– Будет мокро.
– Ну вот. У Деда Мороза во рту мокро. И холодно. И страшно…
Я разеваю пасть, как крокодил. Маша хохочет.
* * *
– Ой, какая красивая елочка! Сфоткай меня с этой елочкой!
Маша дергает меня за руку, тянет к небольшой елке на ступеньках кафе.
– Давай.
Она встает, одну руку упирает в бок, одну ногу вытягивает вперед, еще и губы уточкой складывает… И где только научилась такому?
Я фоткаю. Она меняет позы. То улыбнется, то повернется, то покружится… Красотка! И откуда только в маленькой девчонке столько кокетства? И, главное, на фотках классно получается. Как не встанет, какую рожицу не скорчит – шедевр. Хоть сейчас на обложку глянца!
Возле нас даже две тетки остановились, любуются фотогеничной принцессой.
– Красавица! – произносит она.
– Вся в папу.
В папу? А они откуда знают? Знакомые, что ли? И все же мне кажется, на удода Маша ни капли не похожа…
– Давайте мы вас с дочкой сфотографируем, – предлагает мне одна из женщин.
Я зависаю.
С дочкой… Это она мне?
На автомате отдаю ей телефон. Присаживаюсь рядом с Машей на ступеньку. Она залезает ко мне на колени. Обнимает за шею.
– Посмотри на меня!
Ее глаза так близко… Такие неуловимо знакомые… Как будто я где-то их видел… Так у Брусникиной же! Дебил.
– Улыбайся! – командует Маша.
– Смейся!
– Повернись туда!
И – целует меня в щеку. Для красивого кадра.
– Вы просто одно лицо! – женщина отдает мне телефон.
Да уж… Лично я на фотках всегда получаюсь как мятый пельмень.
– Там Дед Мороз! – вопит Машенька.
И резко стартует с места. Я ловлю рукой воздух. И – несусь за ней.
Она ныряет под ноги прохожим, огибает пальмы – у меня никак не получается ее схватить.
– Маша!
– Там Дед Мороз!
И правда, вдалеке мелькает характерное красное одеяние. Рядом Снегурка, все как полагается. Парочка сворачивает во двор – похоже, кто-то заказал деда на праздник. Он сейчас войдет в подъезд и исчезнет…
Так и происходит. Мы с Машей, уже держась за руки, залетаем во двор, посреди которого стоит елка. Никакого Деда Мороза, естественно, уже нет.
– Где он?
– Не знаю…
– Ой.
Машенька останавливается, как вкопанная. А потом резко дергает руку. Я держу ее, не выпускаю. Опытный уже!
Но к такому меня жизнь не готовила…
– Он принес! – вопит Машенька.
– Что принес?
– Дед Мороз! Принес! Мне! Собаку!
И она снова стартует. С такой силой дергает меня за руку, что мы вместе несемся к елке.
И только в этот момент я замечаю… под елкой сидит щенок! Маленький, невзрачный, чумазый. Явно не благородных кровей, какая-то неудачная помесь бульдога с носорогом. Сидит, жмется к мешковине, которой укрыто основание елки. Дрожит, хотя на улице тепло.
Я озираюсь по сторонам. Чей щенок? Никого нет. Да и не похоже, чтобы его кто-то выгуливал. Он выглядит так, как будто вылез из какого-нибудь подвала.
– Пусти! – Маша дергается, а я все еще крепко держу ее за руку. – Там моя собака!
– Маш…
Смотрю в ее глаза. В них – чистое всеобъемлющее счастье. Дикий восторг. И – беспредельная вера в чудо.
Это просто пипец…
Как я ей объясню?
Глава 14
Аня
Нет детей у него… Ага, конечно.
Удобно быть мужчиной! Разбросал свою ДНК и ушел в закат. И можно вообще никогда не узнать, что из твоего семени что-то проросло.
Что-то маленькое, милое, забавное… Я уже соскучилась по дочке! Хотя они гуляют всего полчаса.
Михей два раза отправлял мне сообщения, что все в порядке. И я спокойно занималась сайтом. Но сейчас мне что-то тревожно…
Я заглушаю чувство беспричинной тревоги и продолжаю работать. А в голове вертится вопрос, на который я пытаюсь ответить со вчерашнего дня: как сказать Михею, что Маша – его дочь? Я вообще не представляю!
Может, надо было сразу, в самолете? Он мне: “Привет”. А я ему: “Знакомься, это твоя дочурка”…
Я тогда растерялась. И испугалась. И была очень уставшей, поэтому плохо соображала. Я и сейчас уставшая… Это у меня уже хроническое состояние. Работа, дочка, быт.
Думала: Маша пойдет в садик, и будет полегче. А она пошла – и начала болеть. Две недели походим – неделю на больничном.За два года сада у нее хронический ринит, синусит, отит. Но здесь, на море, ее носик прекрасно дышит!
Так, а почему Михей перестал писать? Уже час прошел с момента, как они ушли.
Звоню сама. Не берет трубку. Да что такое? Не слышит? Телефон в кармане! Занят? С Машей что-то случилось?
Я покрываюсь холодным потом. Звоню снова, с каждым длинным гудком накручивая себя все больше и больше.
– Да, – отвечает Михей.
– Ты чего не пишешь? Как Маша? Что делаете?
– Мы… скоро приедем.
– Приедете?
– Ага. На такси.
– Почему на такси?
– Ну… сама увидишь.
– Да что случилось? Скажи толком!
Я слышу на фоне странные звуки. Как будто кто-то кричит. Истошно. Жутко.
– Вы где?
– В ветеринарке. Тут просто кот орет, ему прививку делают.
– Какой еще кот?!
– Бабуля с котом пришла. Впрочем, неважно. Я вызвал такси. Мы скоро приедем.
И кладет трубку!
* * *
За пятнадцать минут я придумала пятьдесят причин, по которым они могли попасть в ветеринарку. И ни одна мне не нравится…