"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Уйдите! – взвизгнула Алида и обнажила лезвие Импиора. Клинок полоснул по руке Магистра, и на коже выступила полоска крови. Старик выпустил ее руку и отступил на полшага назад.
Манускрипт закрылся, пока она вырывалась из рук врага, и Алиде пришлось заново искать нужное место. Страницу она прижимала к себе, изо всех сил закрывая ее от Магистра, чтобы он не вырвал из ее рук главное сокровище.
  
Сзади кто-то закричал, недалеко упало чье-то тело. Снаружи доносились вопли сиринов и людей, ржание лошадей и выстрелы. Пурпурная палатка, освещенная изнутри малиновым огнем, казалась залитой кровью или горящей в самом сердце Преисподней. Ужас с каждой секундой захватывал Алиду все больше и больше, мешая дышать.
Наконец она нашла нужное место и, едва понимая, что делает, вложила последнюю страницу в книгу. Манускрипт задрожал, как живое существо, и волна горячего воздуха разлилась от книги.
Морщинистая рука Главного Магистра накрыла книгу, и первые искры Священного Всполоха почти коснулись обложки. Алида стремительно занесла Импиор над книгой и со всей силой обрушила острие клинка. Старик завопил, когда лезвие прошло сквозь кисть его руки, а Алида почувствовала, как меч входит в книгу, разрезая страницу за страницей.
Палатку сорвало резким порывом ветра, пурпурный полумрак рассеялся, и Алида увидела, как рука Магистра, пронзенная клинком, чернеет и рассыпается прахом. Внезапно одна из сиринов с воинственным криком спикировала сверху и вцепилась когтями в плечи старика. Магистр истошно закричал, одновременно поднимаясь вверх и рассыпаясь на сотни черных угольков.
Поднялся жуткий ветер, и его вой перекрывал звуки битвы, снося с ног тех, кто еще на них держался. Алида почувствовала, как рукоять Импиора раскаляется, и разжала ладони, не в силах больше выносить жар. Ветер трепал ее волосы и одежду, стонал и завывал в вышине. Где-то вдали с ревом падали леса и откалывались куски гор, обрушиваясь вниз. Тучи закружились в вышине, словно ведьмы, собирающиеся на шабаш.
Манускрипт вспыхнул. Черное пламя с фиолетовыми искрами объяло книгу, через минуту воздух вокруг сплотился, будто загустел, а в следующий миг разорвался с чудовищным грохотом. Взрывная волна отбросила Алиду на несколько метров, и она упала на спину, охнув от боли.
В небе проносились алые вспышки, сменяющиеся беспросветными матово-черными тучами, то освещая поле красным светом, то обращая в непроглядную тьму, будто дни и ночи завертелись в сумасшедшем хороводе.
Вокруг все кричало, стонало, корчилось, уносилось порывами ветра, и мир закружился в безумном, демоническом танце…
Алида закричала, закрыла лицо руками, захлебываясь в этом крике, чтобы не видеть кровавые рассветы и алые закаты, неистовствующие в обезумевшем небе, и даже с облегчением отдалась тьме, теряя сознание.
  
Глава 21,
 
в которой мир не будет прежним
 
Сквозь сон Алида чувствовала, как ее кто-то целует. Воображение живо нарисовало облик Ханера, но скоро его красивое лицо стало заостряться, глаза сделались синими, кожа покрылась веснушками, а волосы порыжели. Алида потянулась навстречу новому видению и приоткрыла веки, готовясь увидеть Ричмольда наяву. Но и этот образ растворился, и, открыв глаза, она увидела перед собой усатую морду Мурмяуза.
Алида заморгала, припоминая события накануне. Воспоминания не заставили себя ждать: ужасы недавнего сражения обрушились на нее, словно ушат с ледяной водой. Голова заболела, тело заломило, и сейчас она почувствовала себя хуже, чем в пурпурной палатке. Тогда ей надо было оставаться сосредоточенной и собранной, чтобы не ошибиться, а теперь…
Перед глазами возник Магистр, рассыпающийся пеплом из-за того, что она проткнула его руку проклятым клинком. Алиду замутило, она свесилась с кровати, и ее стошнило прямо на пестрый ковер.
В голове по-прежнему гудело, но теперь стало чуть легче. Мурмяуз ободряюще лизнул ее в лоб и свернулся калачиком под боком. Алида машинально запустила пальцы в его густую шерсть и обвела взглядом комнату.
Она была жива. Более того, лежала не в груде трупов на поле, а на мягкой кровати. На стенах висели красочные гобелены с изображениями сцен охоты и застолий. Стрельчатое окно уходило под самый потолок, а солнечные лучи, проходя сквозь витраж, играли на одеяле и ее бледных руках разноцветными бликами. Это было очень похоже на одну из комнат в замке Вольфзунда, но здесь было так чисто и светло, как никогда раньше.
Алида задумалась. Что произошло после того, как она потеряла сознание? У нее получилось или нет? Она помнила, как горел Манускрипт, но что случилось с магией, заключенной в книге? И где альюды? Она села на кровати, но ее вновь замутило, и встать на ноги сил не хватило. Взгляд упал на руку. Алида невольно ахнула, когда заметила какое-то странное красное пятно чуть ниже локтя. Она поднесла руку к глазам и рассмотрела его, похожее на свежее клеймо или порез. Внутри аккуратного небольшого круга была изображена сова. Она осторожно потрогала метку кончиками пальцев: кожа вокруг немного горела. Она нахмурилась и бросила взгляд на вторую руку. Там тоже горела отметина, но другая, изображающая замок на горе. Тут в животе громко заурчало, и Алида поняла, как сильно она голодна.
Дверь скрипнула, и в комнату заглянула рогатая голова Мела.
– Оп-па, проснулась, красотка. Я уж думал, придется искать принца, который разбудил бы тебя каким-нибудь банальным человеческим способом. – Мел вошел и сел в кресло напротив кровати, внимательно смотря на Алиду и ухмыляясь. – Ну, ты как?
– Мел! – обрадовалась Алида. – Что произошло? Вы… Вы все живы?
– А то, – улыбнулся он. – Я мог бы произнести высокопарную речь о том, как мы тебе благодарны, но не буду. В конце концов, если бы тебя не было, папа нашел бы кого-нибудь еще. Так что не задирай нос. И не думай, что праздничный ужин готовится исключительно в твою честь!
– Так значит… у меня получилось? Силы вернулись к вам?
Алида свесила ноги с кровати и нетерпеливо болтала ими. Ей очень хотелось поскорее все разузнать, но Мел, как назло, только хитро ухмылялся и тянул время.
– Ты собрала книжонку, это правда, – ответил Мелдиан. – А потом – ух, как всех разнесло! Я подумал, замок не выдержит и обрушится прямо в болото. Но нет. А про силу пусть лучше папа расскажет, думаю, у него получится понятнее. Ладно, умывайся, одевайся. Что там еще людишки по утрам делают? А я пойду скажу отцу, что ты проснулась.
Мел поднялся и вышел из комнаты. Волнение Алиды усилилось от предвкушения встречи с Вольфзундом. Она аккуратно опустила ноги на ковер и, держась за кровать, кое-как встала. Пол покачнулся, и ей на секунду показалось, что она снова находится на борту шхуны.
Дверь опять отворилась, но на этот раз вошла Элли.
– Доброе утро! – просияла служанка, одной рукой вкатывая в комнату тележку с завтраком, а в другой держа вешалку с новым платьем. – Как вам спалось, госпожа Алида?
– Утро? – тупо повторила Алида.
– Вы три дня не приходили в себя, – сочувственно сказала служанка. – Все за вас очень волновались. Господин Ричмольд места себе не находил, все хотел созвать к вам докторов, но хозяин не разрешал, и они даже повздорили. Но все мы, – она заговорщически понизила голос, – очень вам признательны. Вы храбрейшая из смертных девушек, госпожа Фитцевт.
Элли поставила на столик поднос с овсянкой, вазочку с абрикосовым джемом, тарелку свежих глазированных булочек и кофейник. Аппетита у Алиды не было, но она заставила себя отщипнуть кусочек булки и сделать глоток кофе.
  
– Здесь есть ванная комната, дверь вон за тем шкафом, – говорила Элли. – Воду теперь не нужно греть, она уже из крана течет горячая, представляете? Наденете это платье? Оно вам очень подойдет.
Проглотив завтрак, который показался ей едва ли не самым вкусным в жизни, Алида приняла горячий душ в отделанной сверкающей плиткой ванной комнате и надела бледно-лиловое платье с вышитыми желто-сиреневыми фиалками. Усталость ушла как по волшебству, будто ее смыло струями теплой воды. Алида посмотрела на свое отражение в зеркале и улыбнулась. Выглядела она далеко не худшим образом, только глаза по-прежнему сверкали не свойственным человеку блеском.