"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Моим стенаниям вторил вопль Змея и горестный вой щенка. Вот это облом.
Из леса вынырнула хорошо знакомая хитрая конская морда, обвела честное собрание цепким взглядом змеиных глаз и… сунула мне в руки маленького, еще трепещущего ерша. От неожиданности я взвизгнула, инстинктивно отбрасывая нечто скользкое и прыгающее в сторону, не удержалась на ногах и села на землю. Маленькая рыбка была ловко поймана зубами щеника и проглочена в момент. Змей в ужасе пошатнулся и хлопнулся на пятую точку. Раздался оглушительный мяв придавленного кота.
  
– Ты раздавил моего кота!!! – ужаснулась я, кидаясь к Горынычу в тревоге за пушистика.
Обалдевший Горыныч откатился в сторону, и мы обнаружили аккуратную дыру в земле.
– Вася, ау-у-у! – крикнула я, но только эхо служило мне ответом.
Слабенькая замена кошачьего мурлыканья. Я почти отчаялась, когда метрах в пяти от горюющих нас возникла кротовина и наружу выбрался потрепанный, помятый, измазюканный землей Васька. Я бросилась к нему с воплями:
– Васенька, родной! Как ты? Жив? Что-нибудь болит?
Обозленный кот просто подвинул меня в сторону и с душераздирающим мявом, сильно смахивающим на боевой клич индейцев на тропе войны, набросился на Горыныча. Щенок посчитал все происходящее забавной игрой, затеянной исключительно ради развлечения, и с радостным тявканьем носился вокруг дерущихся, кусая того и другого попеременно. Класс!
  
40
 
Матвей Лисицын натянул на руки хирургические перчатки, взял маленький пинцет и осторожно, чтобы не повредить и ни в коем случае не стереть магический след, подцепил тонкий длинный серебряный волосок. Готово. Улика аккуратно упакована в стеклянную колбу и надежно укупорена пробкой.
– Фу-у… – Матвей стер пот, выступивший на лбу от напряжения.
Наблюдавшие за манипуляциями Матвея остальные члены группы облегченно вздохнули.
И тут с неба буквально как снег на голову рухнула полуодетая ведьма. Одежду мне удалось починить, почистить и высушить, только от слишком быстрой сушки многострадальные майка и джинсы превратились в мини-топ и шортики. Ничего. Стильненько так получилось.
Пробирка лопнула. С печальным звоном посыпались на землю осколки. Матвей выглядел так, словно я только что убила его бабушку и предложила прикопать ее под ближайшей сосной. Остальная команда смотрела на меня дружелюбно, как дракон, у которого из-под носа утянули все сокровища.
Горыныч счастливо вздохнул и с чувством выполненного долга удалился, предоставляя мне самой выпутываться как знаю.
– Привет! – как можно жизнерадостнее поздоровалась я. – А что это вы здесь делаете?
– Ну, я свое дело сделал, – раздался из кустов удаляющийся голос довольного Горыныча, следом послышался треск. Горыныч пробирался по лесу с изяществом слона в посудной лавке. Сюда бы асфальтоукладчик – и готово шоссе.
За мной гонялись долго. Взяли на измор. Несправедливо! Пока один отдыхал, другой продолжал гонку. Пришлось сдаться на милость победителей. Милость оказалась сомнительной. Меня поймали, связали, засунули кляп в рот и принялись совещаться на предмет дальнейших действий.
– Давайте сожжем ее на костре, – предложила Мелена.
– Это как-то негуманно, – (я благодарно закивала), – просто утопим, и все.
Надежды на благополучный исход уныло пискнули и тихо скончались. Мне точно хана.
– Выдернуть ей хвост!
Другие предложения оказались ненамного лучше. Наконец щенику надоело выслушивать кровожадные заявления о новоявленной хозяйке. С грозным рыком храбрец бросился на моих обидчиков и покусал всех подряд за те места, до которых только смог допрыгнуть. Я умилялась, глядя на малыша. Надо же, какой смелый! Народ с воплями носился по поляне. Потом решили изловить агрессора. Но не тут-то было! Щенок воспринимал их бестолковую суету как своеобразную игру в салочки, легко уворачиваясь от жаждущих вцепиться в загривок рук. Магия не произвела должного эффекта. Отчаявшийся народ развязал меня и потребовал угомонить питомца. Васька рыдал от смеха, катаясь по земле. Словом, веселья было навалом.
– Мелкий, прекрати!
Щенок с удивлением уставился на меня голубыми глазами и счастливо вывалил розовый язык.
Со стороны казалось, будто он улыбается. Я стукнула себя по лбу, кляня за забывчивость:
– Мы не дали тебе имя! Как же тебя назвать?
– Дик, – предложил Васька.
– Почему Дик? – удивилась я.
– Вид у него достаточно дикий.
Что правда, то правда. Вон как уделал целую команду истребителей. Боец растет! Я опять умилилась, на глаза навернулись непрошеные слезы.
– Ну, малыш, будешь Диком?
Песик чихнул, что было расценено как согласие. Вот и хорошо.
Мелена с интересом разглядывала мою метлу.
– Ты полюбила чистоту? – съехидничала она.
Кто бы говорил! Это ее вещи приходилось пинком загонять под кровать, когда в комнату наведывались гости. А уж заставить нашу красотку заправить кровать было не под силу никому и ничему на свете.
– Нашли что-нибудь? – Котик направил разговор в другое русло.
Лисицын задумчиво скосил глаза на осколки колбы и вздохнул:
– Уже нет.
– Благодаря тебе, – вставил Леша.
– В смысле? – опешила я, отчаянно припоминая, что еще умудрилась натворить.
– Ты только что уничтожила все, что нам удалось найти, – проникновенно произнес Липай.
Ах вот чего они так обозлились! А я-то думала: почему они взбесились?
– Подумаешь, пробирка. В лаборатории таких куча.
Ребята посмотрели на меня как на умалишенную.
– Лаборатория пуста. Единственное, что удалось найти, – один волосок. И ты его благополучно уничтожила.
Море укора в глазах. Я смущенно потупилась. Да-а-а… Неудобно как-то получилось.
– И чем вам мог помочь какой-то волосок? Или вы собирались предлагать всем встречным эльфийкам примерить его?
– Нет. – Лисицын нервно стягивал ставшие ненужными перчатки. – Человеческий волос несет в себе не только информацию о ДНК, но и уникальный отпечаток ауры владельца. При желании и наличии хорошей аппаратуры ауру можно восстановить и создать магический портрет подозреваемого.
Круто! Я и не знала, что у нас такие технологии существуют. Может, зря я отказалась от места в команде? А теперь поздно. Сами не возьмут, я им только все порчу. Мой вздох был полон искреннего раскаяния.
Меня простили и рассредоточились по подземелью. От предложенной помощи вежливо отказались. Ну и пусть. Я сама справлюсь. В конце концов, это несправедливо. Лабораторию обнаружили мы с Горынычем.
– И не разгромили ее? Чудо! Чудо! Свершилось чудо!
Я обиделась. К тому же есть хотелось жутко. Пришлось отправиться на поиски народа, вдруг у них найдется что-нибудь съедобное?
Первым делом заглянула в саму лабораторию, где в прошлый раз обнаружили колбы со странными существами. Пусто. Ни живых, ни мертвых не видать. Единственными следами их пребывания служили многочисленные осколки стекла, какой-то мусор под ногами и одинокое, чудом уцелевшее зеркало без рамы на стене. Я осторожно захрустела по битому стеклу. Васька боязливо жался за моей спиной.
– Пошли отсюда, а? Странное место.
Я кивнула, соглашаясь. Место действительно странное. Даже теперь, когда хозяева его давно покинули. Стены давили на психику почти физически, вызывая смутное чувство тревоги и клаустрофобию. Может, стоит попробовать прощупать магический фон? Так. Как там нас учили? Я мучительно напрягла память, но в голову пришло только «эни-беэни-раба» и «мысленно щелкнуть хвостом». Интересно откуда это?
Зеркало на стене вежливо покашляло. Я от неожиданности подпрыгнула, завизжала и выдала-таки странную формулу из головы. В стену ударила молния и выжгла здоровенную дыру.
  
– Блин! – с чувством заявило зеркало, прежде чем лопнуть и осыпаться миллионом мелких осколков на пол.
Отдачей меня впечатало в противоположную стену, и я тихо сползла на грязный пол.
На пороге с ножкой от табурета наперевес возник Липай.