"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Вольфзунд отвел ее поближе к горе, под сень акаций и вишневых деревьев. Они присели на кованую скамью, вокруг которой кружила пара светлячков. Алида вопросительно взглянула на хозяина замка и судорожно вздохнула, в золотистом закатном свете заметив седые пряди в его темных волосах.
– Да, и на меня это тоже влияет, – невесело улыбнулся он, проследив за ее взглядом. – Я искренне надеюсь, что Магистры все верно рассчитали и не станут слишком тянуть со своим нападением, или что они там против нас замышляют. А может, хотят, чтобы мы сами вышли на контакт.
  
– И что вы решили? – спросила Алида. – Может, вам стоит поговорить с Главой?
– Я пока не настолько безрассуден, – покачал головой Вольфзунд и присел на скамейку. – Вы с Мелдианом принесли весть о празднике. Думаю, мой сын прав: веселье задумано для отвлечения народа, чтобы скрыть нечто большее. Мы подождем еще несколько дней, и, если мои догадки верны, все произойдет уже совсем скоро.
Рядом, в кусте ежевики, запела пеночка, чисто и звонко. Ей-то точно не было никакого дела до распрей между людьми и альюдами. Алида невольно ей позавидовала.
– Мои верные птахи, Кемара и ее милые сестрицы, всегда настороже, – продолжил Вольфзунд. – Они мне доложат, когда произойдет что-то значительное. Но я хочу, чтобы ты поняла одну вещь, Алида. Когда армия Магистрата подступит к нашим стенам или когда случится что-то другое, направленное против нас, придет твой черед действовать.
Алида сглотнула.
– Армия? Я… я пойду на войну? Но я совсем ничего не умею! Я только хлеб ножом режу! Может, лучше я первая схожу в Библиотеку?
– И выкрадешь Манускрипт из кабинета Колдовукса? – рассмеялся мужчина. – Не зря я считал тебя храброй, но храбрость и безрассудность – разные вещи. Не позволяй себе принимать второе за первое, иначе не доживешь и до тридцати лет. Скажи, на месте Главы ты бы оставила Манускрипт в Библиотеке, отправляясь за недостающими страницами?
– Оставила бы, но только под стражей. Как же иначе? – пожала плечами Алида.
– А если бы на обратном пути на тебя напали и отняли то, что ты таким трудом добыла? Что, если бы промедление вызвало новые трудности? Ты можешь так рисковать, когда на кону – вожделенная власть?
– Не знаю. Вы думаете, Магистрат поступит иначе?
– Полагаю, они будут всюду возить книгу с собой. – Вольфзунд резко поднялся и начал беспокойно ходить перед скамьей. – Чтобы завладеть нашими страницами и тут же присоединить их к остальным, не теряя времени на транспортировку. Значит, и проклятый огонь, этот Священный Всполох, как они его называют, тоже потащат с собой, чтобы собрать и уничтожить ее на месте. Нам остается одно: опередить их.
Алида никогда не видела Вольфзунда таким взволнованным, и на нее беспокойство Альюда произвело сильнейшее впечатление. Она понимала, к чему он клонит, понимала, кто должен опередить Магистров и их армию.
– Что я должна буду сделать? Подкрасться к ним и взять Манускрипт? – тихо произнесла она.
Вольфзунд перестал ходить, как дикий зверь в клетке, и присел напротив Алиды, глядя ей в глаза. Он взял ее дрожащие руки в свои ладони и легонько сжал.
– Да, Алида. Ты возьмешь две наши страницы и, когда враг подберется вплотную к нам, проскользнешь туда, где они хранят книгу. Я верю в тебя.
– А потом? Я возьму Манускрипт и принесу его вам? Но… Послушайте, господин Вольфзунд. – Алида осеклась, подбирая слова. Она вдруг вспомнила кое-что, мешающее выполнению этого плана. – Ведь Манускрипт должен быть собран вами, альюдами. Или уничтожен Магистратом. К тому же страницы должны быть отданы вам добровольно. Так сказано в Договоре, верно?
– Верно, – согласился Вольфзунд. – Поэтому я выбрал тебя для этого дела. Ты продажница, Алида, а значит, пока не можешь считаться обычным человеком. Уж прости, если это тебя заденет. Продажники всегда были кем-то средним, принадлежащим одновременно и к людям, и к альюдам. Ты – наше связующее звено с Магистратом, и мы сделаем кое-что, чего старики от нас никак не ожидают. Да, мы соберем Манускрипт. И уничтожим.
– Что? – выдохнула Алида. Она ожидала, что Вольфзунд сейчас рассмеется над ее наивностью, но Альюд оставался серьезен. Последний луч солнца скользнул по его лицу, озарив черные глаза огненным блеском, и скрылся за горой, погрузив сад в полумрак. Огоньки светляков засияли еще ярче, потусторонние и холодные.
– Мы уничтожим Манускрипт, – повторил Вольфзунд. – Но не Священным Всполохом. Другим оружием. Моим.
– Но вы же погибнете! – воскликнула Алида. – Вам нужен Манускрипт для возвращения силы!
– Было бы прекрасно, если бы твой ужас был вызван страхом за меня и мою семью, – усмехнулся Альюд. – Но что-то мне подсказывает, что ты беспокоишься исключительно о своем благополучии. Ты снова права. Манускрипт нам нужен, и я бы собрал его и вернул в замок впитывать заключенную в нем силу, будь у меня уверенность в победе. Но приходится действовать иначе. В моем кабинете хранится могущественный заговоренный клинок, выкованный тысячи лет назад величайшим кузнецом среди альюдов. Это – вторая в мире вещь, которая может уничтожить магический Манускрипт, только Магистры о нем ничего не знают. Если мы пронзим книгу этим клинком, то мы не погибнем. И в этом случае не обязательно, чтобы хранители сами согласились отдать страницы – мы ведь уничтожаем книгу, а не собираем ее. Магия, заключенная в Манускрипте, высвободится, и наверняка это будет дикая, необузданная стихия, которую нам придется заново приручать. Я не знаю точно, чем это обернется, но совершенно ясно, что это лучше, чем отправиться в Преисподнюю и отдать силу старикам. Ты понимаешь меня, Алида?
Она кивнула. Голова кружилась то ли от новых знаний, то ли оттого, что она уже долго не сводила глаз с хаотичного танца мотыльков. Алида шмыгнула носом и посмотрела в глаза Вольфзунду.
– Я понимаю. И я сделаю это. Для вас. И для бабушки. Для всех.
Альюд снова пересел к ней на скамейку. Алида всмотрелась в его сосредоточенное, спокойное лицо, и у нее вдруг возникло ощущение правильности всего происходящего. Да, она рискует, сильно рискует, но эта игра стоит свеч. Герои самых красивых сказок без раздумий рисковали жизнями и шли на опасные дела ради благополучия своих близких, и она решилась на все это только ради того, чтобы вернуть бабушку и прежнюю, счастливую, беспечную жизнь.
Вольфзунд ободряюще погладил ее по спине и по-отечески поцеловал в лоб.
– Я верю в тебя, девочка. Верю, как не верил сам в себя. И я хочу дать тебе кое-что, что должно тебе помочь.
Он мягко отстранил от себя Алиду и, порывшись в кармане своего плаща, вытащил небольшой сверток. Вольфзунд разорвал бумагу и извлек наружу бархатную накидку с капюшоном. Цвет ткани было очень сложно определить: она казалась то серой, то темно-синей, то почти болотной.
– Это тебе, – сказал Альюд.
Алида дотронулась до плаща: ткань на ощупь оказалась невероятно мягкой и легкой.
– Он заговорен особым образом. Да, сейчас его силы тоже тают, но их остатков хватит на то, чтобы отвлечь внимание Магистров от тебя. Наденешь его, когда настанет тот самый день. Это ничтожно мало, но пока я не могу сделать для тебя больше, как бы я ни хотел.
– Спасибо, – выдохнула Алида и без прежней робости сжала Альюда в объятиях. Вольфзунд, казалось, немного опешил от ее дерзости, но спустя миг замешательства тоже крепко обнял ее.
Сумерки плавно перетекали в поздний вечер, и рогатый месяц всплыл над замком, безмолвно взирая на свои владения. Кого-кого, а его точно не волновали дела никого из существующих на этой земле.
  
– Пойдем, – шепнул ей Вольфзунд. – Согласись, даже самая серьезная беседа – не повод отказываться от ужина.
– Вы что, пытаетесь шутить? – удивилась Алида.
Альюд улыбнулся и повел ее по дорожке в сторону замка.
К изумлению Алиды, сегодня замковыми традициями решили пренебречь и накрыли стол прямо в саду. Анна и Лина заканчивали подвешивать фонарики на низкие ветви бука, а Элли зажигала свечи в канделябрах.