"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Тогда не возражаешь, если мы к ней слетим?
Девушка снова кивнула.
Костя осторожно спустил их обоих на землю, аккурат рядом с мембраной восприятия матери, и под недовольное шипение возникшего из темноты аниото поцеловал. Мнение леопарда его не волновало. Он отлично слышал каждое движение каждого сущего создания, включая Пустоши. И точно знал, что уместно, а что нет.
Проекция Нинхурсаг возникла рядом с Женей и вобрала ее в себя, оставив в руках Кости ощущение пустоты. И необходимости вернуться в существующую реальность, где вместе с первыми лучами солнца, готовыми вот-вот окрасить горизонт, должны были появиться три сотни блуждающих, враждебно настроенных созданий.
  
– Костя! – окликнул его из темноты Ликург.
Ивченко обернулся. Без оболочки мага бог выглядел внушительно, даже с новой не человеческой точки зрения.
– Держи, – Эйдолон на ходу кинул ему осколки реальности, аккуратно собранные в книгу, и пронесся мимо, туда, где на фоне темного неба появился первый взвод. Кожа бога засияла, от его волос и кончиков пальцев в землю побежали яркие электрические разряды. Костя разглядел едва заметный шлейф серебряной пыли за божественными плечами. В воздухе запахло озоном. В какой-то момент Ликург исчез и тут же появился вдалеке, на спине летящего Воеводы, прижал ладони к его вискам и пропустил через голову пернатого один за другим несколько разрядов. Костя насчитал около пяти вспышек, заставивших командира взвода сбивчиво заработать крыльями и снизиться. Лик исчез и появился на спине следующего ангела.
Костя проследил, как оглушенного Воеводу прибила к земле собравшаяся буквально из воздуха волна. Леопард прыгнул ангелу на плечи, свалив с ног. И в этот момент появилась Маруся в сопровождении Люцифера и серебряного облака. Крупицы металлической пыли, поблескивая в свете вспыхивающих разрядов молний, окружили голову несчастного Воеводы. Ангел взвыл от боли, выгнулся и стряхнул с себя Иму. Леопард едва успел вывернуться и приземлиться на лапы подальше от противника. Огромные крылья забили по земле, вырывая куски дерна.
Заинтригованный столь неожиданной картиной, Костя сменил зрение, и не напрасно. Ведьма не просто коснулась маниту искусственного создания, она буквально проникла в его мозг. Пустые частицы ее вживленной части личности с невероятной скоростью разрывали старые нейронные связи и создавали новые внутри головы Воеводы, пока тот метался по земле, сопровождаемый Горицей и Иму.
Когда процесс перестройки был почти завершен, Люцифер взмахнул крыльями и присоединился к Ликургу и Азазелю. Теперь они втроем методично скидывали с небес летящих ангелов, развернувших полноценное сражение. Внизу каждого из падающих ожидал холодный прием.
Синее пламя Клеомена захватывало очередного низверженного, скидывая на землю, где того несколькими мощными ударами передних лап выводил из строя белый леопард. Зверобой действовал в паре с Бабалу-Айе. Старый ориша счастливо улыбался. Слишком давно старику не доводилось спустить с цепи божественное маниту. Мор черным ветром сносил обожженных чертом противников. С теми, кого после чертей не успевали добить Мос или Баба, справлялся Лои. Топор Сигюн с шумом рассекал воздух, отдавая в руки ледяного турса раненых ангелов. И в центре всего этого хаоса кружила ведьма с рыжими вьющимися волосами, последовательно переходя от одного измененного к другому.
Костя схлопнул осколки в руках, растворив их в себе. Созданный Люцифером сборник не содержал ничего, что он бы уже не узнал от окружающих через мать, кроме разве что истории Пелопа, родного брата Скирона. Сумасшедшим несчастного нефилима сделало неудачное столкновение с одним из крылатых, но кто теперь заинтересуется этим?
Горизонт окрасили первые солнечные лучи. Теперь на фоне светлого неба можно было различить десяток взводов. Встревоженные успешным сопротивлением защитников архангелы вели в бой все свое войско. По окрестностям разносился гул больше трех сотен пар хлопающих крыльев. У мембраны появилась проекция Нинхурсаг. Она вышла за пределы своего разума и коснулась старого дерева, увешанного лентами и обрывками ткани всех мастей. Ствол ожил и принялся расти, подобно змеям зашевелились ветви, и вот уже несколько ангелов беспомощно трепыхались в нерушимых тисках матери. Создания, проходящие сквозь нее, сами того не понимая тысячелетиями делились крупицами своей силы. По капле создается океан. То, что в видимом диапазоне казалось деревом, на деле представляло из себя живую материю разнообразия маниту этого Мира.
«Пора», – обратилась к нему Нинхурсаг.
Костя мысленно растворился в живой сути природы планеты. Береславу и змия Вуколу он нашел уничтожающими родовое поместье семьи Овечкиных.
Старая ведьма свирепо хохотала, пока из полыхающего здания на встречу к ней на пару с сосудом несся глава семьи и по совместительству старший аптекарь Шабаша.
– Страшную месть потом закончите, – проговорил Ивченко и перенес ее вместе со змием на помощь внучке, оставив разъяренного Овечкина наедине с последствиями его решений.
– Ох, ты ж сколько их! – Воскликнула Козлова-старшая, ошарашенная масштабом развернувшейся битвы, но тут же встрепенулась. – Куля! Пали перья! Они без них не взлетят! – И повернулась к Косте. – Внуча где?
Ивченко кивнул в сторону рыжей головы, исправляющей структуру очередного мозга.
– Она их переделывает. Потом узнаете.
За Жар-Птицей на затерянный в океане остров Костя отправился под зарево полыхающих в огне ангелов. Возможно, опаснее Высших, чем змии, эта Вселенная еще не рождала.
Фениксу много объяснять не понадобилось. Ей достаточно было узнать, что ее черт сражается с неравным противником. И вот уже в небе над его матерью парили два огненных, страшных в своей сути создания.
«Люцифер!»
Костя услышал ментальный крик одного из архангелов. Увернувшись от огненного плевка Вуколы, Михаил взлетел ввысь, а затем, сложив крылья, вытянулся и стрелой снес брата. Земля клочьями разлетелась под их телами, точнее под телом Михаила. Люцифер первым оказался на ногах и исчез.
«Трус!»
У Ивченко в ушах зазвенело от ярости, прозвучавшей в этом крике. Впрочем, Первого сына реакция брата эмоциональным не сделала. Ведомый четкой целью, он появился снова и нанес Михаилу удар со спины, а следом в действо включилась Маруся. И снова Костя наблюдал, как невероятно сильное искусственное создание бьется в агонии, пока ведьма безжалостно наживую перекраивает его личность.
Ярослав был последним, кого привел на поле боя Ивченко.
– Где Женя?
– В безопасности, у мамы.
– Быстро и вкратце, – скомандовал Атум, хмуро оглядывая небо.
Костя поймал всесильную бездну за руку и переместил чуть в сторону, спасая от агрессии Рафаила.
– Идея у другого вас была создать идеальный мир, убив мою мать. А это ваше совершенное войско. Дети, так сказать. – Костя собрал книгу Пелопа и растворил ее в маниту Атума. Так было проще. – Научитесь контролировать свое эго самостоятельно, без помощи дочери. – Тихо посоветовал Ивченко и присоединился к битве. Работы предстояло много.
От сознания Маруси не ускользало ни одно движение вокруг. Видела она и появление бабули с дедом, и Харикон, и хмурое лицо Ярослава рядом с Костей. Одновременно следила за Ликом и каждым из близких ее сердцу созданий, готовая в любое мгновение помочь. Малую часть пыли она оставила со своим богом, дав ему возможность видеть временные ветви и действовать наравне с Азазелем и Люцифером, остальную направила в магию аптекарей. Ее «поцелуй смерти» не убивал, а лишь проникал в разум тех, чью личность она сама и написала. Руся узнала собственную манеру и почерк еще до того, как увидела подпись в первом измененном.
  
Михаил стал шестнадцатой по счету системой, код которой Руся сбросила к базовым настройкам. Та, другая, уже не существующая Маруся все же была Марусей: создала и спрятала неактивные блоки, которые после подключения давали ей полный контроль над личностью объекта. Хорошая страховка никому еще не вредила. Заранее ведь не угадаешь, что в жизни может пригодиться. Тем более, когда речь идет о заказе Высшего, тем более, когда техническое задание этого Высшего подозрительно напоминает планы по захвату Вселенной. Изображения всех сопровождающих документов та другая Козлова тоже предусмотрительно записала в неактивные нейроны памяти созданий.