"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Секундное молчание, затем вскрик, и дверь открылась.
Глазам Лика предстало чудное видение. Никаких морщин, даже мимических, никаких изъянов, даже естественных. Совершенное искусственное лицо. За проведение таких операций в большинстве земель уголовное преследование давно ввели. Лица и тела в случае необходимости только восстанавливали. Лет тридцать назад еще фиксировали случаи, когда создания сами себя уродовали и предоставляли хирургам ложные данные о своей первоначальной внешности в попытке ее или изменить, или улучшить, но только не теперь. Теперь существовал Синси[15]. Заплати нужную сумму, и все, что не предусмотрено природой или медицинскими показаниями, отрежут, пришьют и натянут.
  
Чудное видение издало очаровательный хрип, выдающий возраст, далекий от молодости, и воскликнуло:
– Какой горячий мальчик!
Лик печально вздохнул. Ему это сегодня уже говорили.
– Мадам, позволите узнать ваше имя?
– Позволю. – Изящно захлопала ресницами «мадам». – Лулу.
Вздох вышел у Ликурга еще печальнее. Он вдруг почувствовал, что стоило все-таки уступить Зверобою. Лучше по двору деда Кули перебежками от укрытия к укрытию передвигаться, спасаясь от горючих плевков, чем за одно утро и с Жужу, и теперь с Лулу общаться.
– А род позволите узнать?
– Лелуп.
– Вы мать Жюли?
На словосочетании «мать Жюли» Лулу недовольно поджала губы. Кем-кем, а мамой дама выглядеть не желала.
– Вы не представились, – перешла она на холодный тон.
Лик показал запястье.
– МУП? – Холодности в голосе как не бывало, только с трудом скрываемое беспокойство.
– Баранова мой сотрудник нашел.
– А, – понимающе протянула Лулу. Ей явно стало чуть лучше.
– Значит, вы – мать Жюли, – теперь уже утвердительно проговорил Ликург. От него не ускользнуло, как мадам Лелуп снова поджала губы. Еще немного кощунства над ее эго, и Лулу будет готова для продуктивного диалога в стенах Интерпола если не с ним, то с «3А». – Вы знаете ее местонахождение?
– Нет.
– Когда в последний раз виделись или говорили с дочерью?
– Вчера. Она выбирала новое платье. – Лулу буквально излучала негодование.
– Где?
– Не знаю. Я не спрашивала.
– Когда вы в последний раз виделись или говорили с Мирославом Барановым?
– Не помню. На свадьбе, кажется.
– На чьей свадьбе?
Лик чувствовал, что Лелуп готова его убить. После небольшой паузы, сопровождающейся гневным взглядом в адрес Эйдолона, Лулу выдала:
– Мужлан!
Бог сдержал усмешку и вновь повторил вопрос:
– На чьей свадьбе?
– Черствый, – не унималась ведьма.
– Лулу, вы мне не помогаете. Я спросил вас: на чьей свадьбе?
Как Лик и ожидал, она задохнулась от возмущения, а еще зрачки расширились и дыхание участилось. Если перед тобой женщина со здоровыми инстинктами и ты не нравишься ей внешне, для достижения своих целей избирай тактику флирта, если нравишься – помыкай. Флиртовать Эйдолон был вынужден за всю жизнь только с одной женщиной, и Лелуп не была ею.
– Я не люблю, когда на мои вопросы не отвечают. Вы одна?
Лулу непроизвольно приоткрыла рот и застыла в такой позе. Теперь волей или неволей в ее голове пронеслись картины того, с чем у нее ассоциировался вопрос «Вы одна?», заданный красивым следователем Интерпола, что так откровенно пренебрежителен к ней.
Все предсказуемо. Лик добавил самодовольную улыбку, усилив эффект.
– Так вы одна?
Вместо ответа Лулу фыркнула, скрестив на груди руки, но вот скрыть эмоции во взгляде не получилось. Теперь она смотрела на незваного гостя со смесью возбуждения, смущения, надежды и легкой паники.
– Мадам, я, кажется, предупредил, что не терплю, когда на мои вопросы не отвечают.
Ведьма упрямо сжала губы, однако даже частично скрыть силу своего волнения уже не могла.
Теперь Лик выяснил о ней достаточно, чтобы закончить диалог. Лулу не была чистокровной ведьмой. В ее маниту ясно прослеживалась составляющая чёрта. Причем не такого, как Клеомен или Зверобой, а такого, какими черти рождались в большинстве своем. Из-за роковой примеси и сама Лулу, и ее дочь не отличались умом, зато выделялись страстью к редким ценным вещам, нарушению общепринятых запретов и к сексу. Как Лулу удалось пробраться в семью Лелуп, предстоит еще выяснить. Может для дела пригодиться. Древний клан виноделов вряд ли с распростертыми объятиями принял в свои ряды особу столь сомнительной репутации и ума, к тому же с чужим ребенком на руках. Хромотипия Жюли не светилась и почти не проступала, а окажись в ней маниту Лелуп, на ней явственно бы читались рисунки волков. Да и не позволил бы никто внучке-правнучке торговать контрабандным алкоголем.
И конечно, в квартире Лулу была одна. Лик бы мгновенно уловил постороннее маниту.
– Вы пойдете со мной. – Он взял ее за кисти рук, развернул к себе спиной и склонился к ее уху. – Я предупреждал.
Лулу с хрипом выдохнула, причем звук этот относился больше к состоянию здоровья допрашиваемой, чем к желанию секса с понравившимся мужчиной. Лик поморщился. В МУПе теперь про него байки насочиняют, как он бабульку совращал, чтоб она не опомнилась и сокровища свои не попрятала или не уничтожила.
Эйдолон вызвал сопровождение и отвел ведьму в сад ожидать участи транспортируемой. Заговорить при этом он с ней не пытался. Спровадив Лулу и предупредив Зверобоя о новой клиентке, он отправился исследовать вотчину искусственной красавицы.
Задача поглотила Марусю полностью. Приложения, способного прийти на помощь, у нее не было. Приходилось работать вручную. Для начала собранный материал она расположила на трехмерном плане квартиры, так ей проще было ориентироваться. Не так поступают настоящие эксперты, но этого от нее шеф не ожидал, иначе выдал бы более конкретную формулировку. Профессиональным анализом займутся и без нее. Русе же требовалось найти нечто, что подскажет ее личная интуиция.
Закончив трехмерный план, Маруся отметила все следы Иномирья в квартире, наделив их эффектом легкого сияния. Когда и эта часть работы подошла к концу, перед внутренним взором Козловой светилась почти треть пространства. Особо выделялись спальня и кухня. Здесь даже мебель была завезенной. К примеру, кровать, на краешке которой она так удобно расположилась, имела свежие следы портала. Как только удастся разобраться со смертью Мирослава, дело мгновенно улетит к «3А». Там понадобится комплексная работа нескольких групп. Про гардеробную вообще можно было смело молчать – сияние слепило. На кухне получился бар с впечатляющей коллекцией алкоголя.
Справившись с этой задачей, Руся взялась за следующую: распределение комплектов следов маниту по квартире. Если верить отчету, посетителей у мадам Жужу за последний месяц, а именно столько прошло с момента очищения ею жилого пространства, было немного.
Трижды у порога оставался один и тот же посыльный. Не слишком сильное и яркое создание, чтобы можно было определить его сущность. Шута в отличие от посыльного Маруся нашла везде. Он на самом деле тут прижился, причем без хулиганств. Ни одного выброса разрушительной энергии. Более того, он у Жужу порядок и поддерживал. А вот чего Руся не нашла, так это Мирослава. Оказалось, что в квартире нет не только его вещей, но последний месяц он и сам здесь не появлялся. Еще по частоте хорошо определялась слабая ведьма. К древней крови она отношения не имела, зато в маниту присутствовала наследственность черта. И ее точно так же, как хозяйку, интересовала контрабанда. И все. Больше никого, кроме самой Жужу.
Не слишком хороший улов, но информация о ведьме и посыльном чего-то стоила. Руся попыталась сообразить, в каком направлении лучше двигаться дальше, когда по квартире разнеслась довольно странная, но смутно знакомая мелодия. Ворча про себя на шефа, умудрившегося отсутствовать ровно столько, сколько она ему и велела, Козлова за полминуты свернула работу системы и пошла открывать дверь.
  
И только когда за порогом оказался не шеф, Руся догадалась, что, во-первых, смотреть на экран надо, прежде чем дверь чужой квартиры распахивать, во-вторых, Лик и сам бы вошел. Альв смотрел на нее немного раздраженно. А еще он был взволнован – у него уши порозовели и шевелились. Верный признак.