"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Что за чертовщина творится?! У него же были кони, а не птицы! И почему звезды так часто падают?!
– Раньше звездопады случались каждую ночь, и любой мог собрать себе целую баночку звезд, молодой человек, – усмехнулся странник. – То ли еще будет, сами увидите.
– Набрать звезды в банку?! Но это же невозможно! Разве что подобрать упавший метеорит, но и это большая редкость! – не унимался Ричмольд.
  
– Поверь, уж я-то знаю, о чем говорю, – рассмеялся мужчина в плаще. – Не все в жизни подчиняется формулам и расчетам. Открой глаза, парнишка, и увидишь мир во всей его первозданной, необъяснимой красоте.
– Рич, мне страшно! – всхлипнула Алида и крепко ухватилась за плечо приятеля. – Хоть бы это был сон, ущипни меня, пожалуйста!
– Можешь не причинять девушке боль, я ручаюсь, что это не сон, – произнес странник. – Держитесь крепче, скоро будем на месте.
Карета, запряженная вороными лошадьми, сделала плавный крюк в воздухе, развернулась над острыми макушками елей и двинулась прямо на виднеющиеся впереди горы, к узкому просвету между двумя отвесными скалами. Алида готова была поклясться, что раньше здесь не было никаких гор и ущелий, лес вел напрямик в город, а пологие холмы высились лишь после Биунума, но решила, что сегодня не будет удивляться уже ничему.
В приоткрытое окно кареты стремительно влетело что-то светящееся, и Алида закрыла руками голову, защищаясь. Послышался сухой треск, будто о дощатый пол ударился увесистый камень, вспышка света резанула по глазам, но потом сияние чуть угасло. Алида присмотрелась и с изумлением поняла, что на полу кареты лежала ярко сияющая пятиконечная звезда, совсем как на картинках в книжках, и бросала отблески на скамьи, озаряя все теплым светом, играя всполохами на веснушчатых руках Ричмольда и белоснежной шерсти Мурмяуза.
– Ересь ненаучная, – пробормотал юноша, презрительно пиная звезду мыском ботинка. Звезда, словно живое существо, подкатилась к ногам Алиды, будто искала у нее защиты.
Девушка бережно взяла странный предмет в руки, удивившись, что ладоням совсем не горячо и, завернув звезду в накидку, убрала в сумку. «Хочу найти бабушку и вернуться с ней домой», – подумала она. Алида всегда загадывала желание, если замечала расчерчивающую небосвод звезду. А эта, чудесным образом прилетевшая к ней в руки, просто обязана выполнить любое, даже самое невероятное желание. Едва звезда скрылась в сумке, карета снова погрузилась в полумрак.
Странник в плаще, казалось, совсем не удивился влетевшей в окно звезде. Он направил коней прямо в ущелье, и карета заскользила по воздуху между двух скал, как по выложенному камнем коридору. Алида выглянула в окно. Вершины закрыли луну, погружая ущелье в густую темень, но зато впереди, на макушке самой высокой горы, залитый лунным светом возвышался величественный замок, подпирающий небо бесчисленными шпилями и башнями, украшенный целым полчищем горгулий, усеявших карнизы и фронтоны.
Сердце Алиды сжало когтистой лапой страха: что-то жуткое, мрачное, давящее было и в очертаниях замка, и в открытых пастях его порталов, и в оскаленных гримасах горгулий. Она вдруг страстно возжелала повернуть время вспять и послушаться Ричмольда, когда он предупреждал ее о возможных опасностях путешествия в карете незнакомого странника, терпко пахнущего можжевельником.
– Рич, давай сбежим, – прошептала она срывающимся от ужаса голосом. – Пожалуйста, пока не поздно. Мне так страшно.
– Не хочу тебя разочаровывать, но уже поздно, – буркнул Ричмольд и красноречиво кивнул. Алида присмотрелась и увидела, что дно ущелья ощерилось острыми обломками скал, словно пасть мифического чудовища.
– Но ведь лошади летают, вдруг и у нас получится? – отчаянно произнесла она.
Ричмольд только устало закрыл глаза.
Карету тряхнуло, кони заржали и встали на дыбы, недовольные мощным порывом ветра, который встретил их на выходе из ущелья. Мужчина успокоил их, и экипаж пошел на снижение, держа курс на мрачный замок.
– Узнаем, как добраться до города, и сразу сбежим, правда? – взмолилась Алида.
– Постараемся, – уклончиво ответил Ричмольд.
Кони приземлились на вымощенную крупным булыжником площадку, карета с легким треском коснулась колесами земли и, слегка подпрыгивая, покатилась к могучим воротам замка. Сизоватый туман окутывал окрестности, а кусты белых роз, растущие в палисаднике, были будто подернуты инеем. Алида поежилась, глядя на жутковатые изваяния, украшающие палисад. Ей показалось, будто их белесые каменные глаза видят ее насквозь, заглядывают в мысли, в душу, в сердце, выстуживая тепло, обращая человеческое существо в такой же камень, из какого были вытесаны они сами.
Обрюзгший пожилой слуга с заспанными глазами лениво открыл ворота, и створки разверзлись, словно звериная пасть, пропуская во внутренний двор хозяйский экипаж с гостями.
Вблизи замок казался еще страшнее, нависал над каретой каменным исполином, отражая в стеклах высоких окон холодный лунный свет. Множество башен, одна выше другой, вырывались в небо, будто стремились обогнать друг друга. Самая западная башня отчего-то показалась Алиде похожей на гигантскую клетку для птиц. В некоторых окнах горел оранжевый свет, и Алида задумалась, кто же там живет…
Путник передал лошадей и карету конюху, а сам повел гостей по широкой лестнице с отполированными черными ступенями. Он взмахнул рукой, и двери распахнулись сами собой, открывая длинный коридор, освещенный факелами в кованых держателях. Шаги трех пар ног гулким эхом отзывались от каменных стен. В замке оказалось тепло, откуда-то тянуло вишневым джемом и выпечкой. Мурмяуз устроился на шее у Алиды, напоминая меховой воротник, и с тревогой наблюдал за происходящим.
Хозяин свернул по коридору налево, путники последовали за ним, и глазам Алиды предстал пышно обставленный зал с камином, несколькими диванами и массивным столом, вокруг которого было расставлено не меньше десяти изящных стульев с витиеватой резьбой на спинках. Стол был накрыт на троих, а в кресле у камина сидела смуглая пышнотелая женщина с книгой в руках. Завидев хозяина и гостей, она поднялась с места, и Алида невольно позавидовала ее роскошному парчовому платью, гладким черным волосам и красивой талии, затянутой в тугой корсет.
– Опять началось? Только проснулся, а уже девок в дом тащишь, – возмутилась женщина грудным голосом. Но потом она заметила Ричмольда, и взгляд ее смягчился.
– Это просто путники, – ответил хозяин. – Ребята заблудились в лесу. Прикажи Элли накрыть на два прибора больше. – Он наклонился, чтобы поцеловать жену, но Алиде показалось, что мужчина что-то шепнул ей на ухо, и женщина едва заметно кивнула, пытаясь скрыть удивление, мелькнувшее в черных оленьих глазах.
– Я Алида, это Ричмольд и мой кот Мурмяуз, – вежливо представила всех Алида, когда они расселись за столом. Русоволосая служанка в белом фартуке расставляла блюда с выпечкой и десертами. – А как ваши имена?
Хозяин замка сощурил хитрые глаза и усмехнулся, смотря Алиде в лицо.
– Имена так просто не открывают, девочка. Для этого нужна веская причина. Но если для тебя это так важно, можешь называть меня Теодором.
– А у нас все приличные люди первым делом представляются, – сказала Алида и почему-то покраснела. Она покрепче притянула к себе сумку со своими скромными пожитками: ей вдруг почудилось, что Теодор не отрывает от ее сумки хищный взгляд.
– Вы угощайтесь, – промурлыкала жена Теодора. – Элли так старалась, когда готовила десерты.
Алида помешкала, но все-таки положила себе на тарелку пышный бисквит с шапочкой из взбитых сливок, украшенный клубничным желе. Пирожное выглядело вполне безобидно, а после жареной куропатки у костра ей до смерти хотелось съесть чего-нибудь сладкого.
  
Массивная люстра, напоминающая кованое металлическое кольцо с закрепленными на нем факелами, нависала прямо над столом, и на посуде и приборах играли оранжевые блики. «Должно быть, тарелки из чистого золота», – с восхищением подумала Алида. Настоящее золото она видела лишь изредка, когда пекарша Грензен заливалась хрипловатым смехом и золотые зубы сверкали у нее во рту.