"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Чем быстрее расскажешь, тем быстрее отсюда уйдешь, – обратилась киборг к пленному.
Парень зачарованно взглянул на веснушчатое, кажущееся совсем неидеальным и очень молодым лицо. Понятия реального и вымышленного переплелись в сознании, потеряв четкую границу. Костя окончательно запутался.
– Ладно, – вздохнул юноша и начал рассказ.
Маруся бросила мимолетный взгляд в сторону шефа. Она никак не ожидала от Лика такого поведения. Законодательство не воспрещало оперативнику воздействовать на разум человека в интересах следствия, как, собственно, и на разум любого создания. И если последних предпочитали не подвергать магии из-за возможного ослабления позиции обвинения в суде, то неоднозначное отношение общественности к человеку все еще позволяло не бояться уловок защитников. Лик предпочел получить ответы в добровольной форме. Хотя дело тут может быть в исключительности этого юноши, а не в личных убеждениях бога.
Костя хорошо помнил тот день, правда, помнил его больше как сон, нежели как реальность. Все-таки с некоторыми событиями легче ужиться, воспринимая их словно сказку. Тем не менее… Он был одним из тех нерадивых юнцов, кто умудрился заработать интоксикацию этанолом и попасть с ней в больницу. Как впоследствии смеялся над ним один из соседей по палате: «Толерантность к токсиканту у тебя, балбес, паршивая». Костя, в общем, и сам понимал, что на умного не тянул. Но суть не в том. Третьего дня с делегацией утреннего обхода появилась милая медсестричка. Молоденькая, курносая, смешливая, нежная, она тут же стала центром внимания трех мужских палат. Косте она, само собой, тоже нравилась, так что стоило ей возникнуть в поле зрения, как буквально все становились кавалерами и джентльменами, даже старый коммунист дед Егор и тот побрился. Спустя пять дней она пропала, джентльменов не осталось, а дед Егор забыл, зачем побрился, в буквальном смысле. Никто не помнил курносую Юленьку, будто и не существовала она вовсе. Косте тогда хватило ума не распространяться о некой пропавшей барышне, дабы не вызвать к своей персоне излишнего внимания. Уже впоследствии, лежа под домашним арестом в своей родной кровати, Костя припомнил те болезненные препараты, что она вводила ему в вену раз в сутки. Тогда в сознании поселился непреодолимый страх смерти, изменивший отношение мальчишки к собственной жизни. Поэтому, когда спустя несколько месяцев с Костей начали происходить странные, практически паранормальные события, вместо испуга он вздохнул с облегчением. Лучше быть героем «секретных материалов», чем мертвым или изувеченным.
Костя затих и лишь тогда заметил, что окружающие замерли, вслушиваясь в каждое его слово. «Шеф» недовольно хмурился, негр не сводил напряженного взгляда с пушистой кудрявой пальмы, возвышающейся прямо за столиком, киборг изучала его, словно будущее вскрытие просчитывала, и только «сестренка» смотрела на него с откровенной жалостью.
История пятая
Безумцы, закон и случайное открытие
– Ну и как? Отпускаете? – постарался Костя вывести из ступора собравшихся.
– Отпускаем. – Руководитель всего зверинца хмуриться не перестал, но отвечал спокойно. – Единственно задержу тебя минут на десять. Поговорим немного, и вернешься обратно.
– О чем поговорим? – напрягся парень, покосившись на киборга.
Плотоядный взгляд кудрявой ни капли не изменился.
– О сложившейся ситуации в целом, о нас, о людях и о том, кто ты. – Мужчина поднялся. – Пойдем со мной.
– Куда? – У Кости от нервного напряжения зубы начало сводить. Инстинкты, да и весь жизненный опыт подсказывали: когда с заложником обращаются грубо – это нормально, это как-то понятно. Но вежливость… Жди беды.
– Два шага. Выбора у тебя в любом случае нет.
Костя нехотя поднялся и, осторожно оглядываясь, последовал за «шефом».
– Зови меня Ликург, – опять, словно прочитав мысли пленника, отреагировал мужчина.
– Хорошо.
– Смотри. – Мужчина отодвинул водопад длинных, в человеческий рост, тонких зеленых листьев и жестом пригласил парня пройти вперед. Костя помедлил, а затем, вздохнув поглубже, ступил туда, где начиналась полоса яркого белого света, и обомлел.
Ему казалось, что он находится где-то в закрытом помещении с установленным искусственным освещением, скажем, ботанический сад какого-нибудь инопланетного корабля. Теперь же Костя осознал истинный масштаб своих заблуждений. Занятый собственными страхами, беседой с похитителями, он так и не взглянул наверх, а стоило. Место, куда его привели, не было закрыто, это был балкон. Настоящий огромный балкон, точнее, терраса. Прямо над головой на расстоянии не больше полуметра клубились легкие белые облака, пронизанные солнечным светом.
– Перила есть, можешь не бояться.
Костя растерянно взглянул на Ликурга. Мужчина улыбнулся и ладонью надавил на воздух там, где кончался пол, иллюстрируя свои слова.
Костя осторожно подошел и встал рядом с собеседником. Сердце ухнуло в пятки. И до того было очевидно, что место, куда он попал, находится на огромной высоте, но понимать и видеть собственными глазами – разные вещи.
– Что это? – прошептал парень. Почему-то говорить вслух было страшно.
– Город, – так же тихо ответил Ликург. – Так выглядят наши города.
Костя отрешенно изучал открывшееся взору великолепие. Плавные формы зданий, перетекающие одно в другое и словно дополняющие друг друга, были усеяны пятнами зелени. Длинные дороги-артерии гармонично вписывались в городской организм, поблескивая на свету потоком разноцветных автомобилей.
– А мы где? – отважился нарушить молчание парень.
– Мы в главном управлении межмировой уголовной полиции. Это искусственный парящий остров, возведенный специально для нас.
Костя осторожно прикоснулся кончиком указательного пальца к перилам. Ничего ужасного не произошло, током его не ударило, пустого воздуха не обнаружилось. Здесь действительно существовала некая незримая твердая преграда. Осмелев, Костя надавил на нее ладонью. И снова ничего из ряда вон выходящего не произошло. Рука словно в стекло уперлась.
– Отсюда обзор на новые кварталы. С обратной стороны картина немного другая.
– Какая?
– Там историческая часть. Дома встречаются еще времен… Очень старые, – поправился Ликург, видимо сочтя местные временные датировки ничего не значащими для собеседника.
– Столетние? – решил уточнить Костя.
– Девятисотлетние.
– А там? – Парень указал на темное пятно вдалеке, на границе города.
– Там старый заводской квартал. Его демонтируют.
– Межмировая уголовная полиция?
Лик с удовольствием отметил, что любопытство мальчишки начало набирать обороты. Маниту в его крови откликнулось на потоки родной вселенной. Страх, недоверие отступали, внутренний маг подталкивал Костю освоиться, вспомнить, понять и принять.
– Это что-то вроде вашего Интерпола. Мы расследуем дела, так или иначе связанные с людьми.
– А я?
– Ты догадался, – мягко подсказал Эйдолон.
– Не очень как-то догадка. – Костя снова уставился на ошеломляющий вид города внизу.
– Обитателям этой вселенной запрещено вмешиваться в жизнь Иномирья. На каждое мелкое «нельзя» имеется своя статья. Нарушители этих статей – наша забота. – Лик старался говорить как можно проще и плавнее, ориентируясь на выражение лица и жесты мальчишки. – Помнишь сказки и мифы?
Костя кивнул. По крепко стиснутым зубам легко было догадаться, что наводящий вопрос уже все рассказал за бога, тем не менее необходимо было продолжать. Мальчишка являлся частью этого мира и расследования, а значит, ему ни в коем случае нельзя было дать почувствовать себя изгоем или лишним, преступником или жертвой.
– Я маг. Девушка, которая тебя увела за собой, – берегиня, или русалка. Она, кстати, очень переживает, что так с тобой велено было обойтись. Ее призвание от природы оберегать слабых и пресекать несправедливость, так что ты не очень с ней сурово.
Костя издал звук, походящий на проглоченный истеричный смешок. Лик сменил тактику.