"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Маруся стала не первой, кого старый аптекарь произвел в преемники, несмотря на непригодность по покровителю, но, к большому ее несчастью, и не третьей тоже. Быть вторым редким случаем сочетания авантюризма и пугающе сильной магии – не означало иметь много доброжелателей. Против затеи бабы Бери были все кому не лень, вот только серьезно поспорить или выставить ультиматум пожилой особе никто не решался.
Впервые свою мысль Козлова-старшая озвучила сразу после развода Маруси. Они сидели в баре одного замечательного старого ведьмака, ближайшего друга Береславы по юным годам, и пили за здоровье клана.
«Твоя вторая бабка опять сердечный приступ схлопотала».
Маруся на эту реплику дернулась. Хоть и минул на тот момент с вживления не один год, но справиться с чувством вины за болезнь родного, пусть и не слишком знакомого создания у женщины не выходило.
«Сын у нее под старость молодку взял из нимф».
На этой реплике Руся подавилась и замерла, не соображая, как реагировать на подобную новость. Она хорошо помнила маминого старшего брата. Всегда хмурый, серьезный, деловитый, правильный. Порой Марусе казалось, что дядька не живой: идеальный муж, отец, сын, ведьмак. Разве может один столько успевать? Ведь жертвовать всегда чем-то приходится Хочешь карьеру – не обольщайся иметь семью, хочешь семью – не обольщайся иметь карьеру. Но дядька своим примером опровергал все устоявшиеся каноны.
«Ну что… У наших дорогих теперь символом позора клана стал старший сынок, твой неудачник-суженый ушел за тридевять земель, а значит, мы с тобой можем не торопясь, без нервов отдаться прямому занятию, для которого ты у нас и родилась, – изучению печатей».
Маруся и без того была ошарашена, а эта новость и вовсе ее подкосила, так что из всех возможных вопросов она сумела выдавить только один: «А это больно?»
Женщина поморщилась. До сих пор было немного стыдно за тогдашнюю свою косноязычность.
Выплыв из воспоминаний, ведьма взглянула под ноги. Кожу привычно окатило холодом от осознания высоты, но ощущение быстро прошло под действием магии зелья. Что ж… Береслава и впрямь знала этот город неплохо. Они летели в нужном направлении, до места назначения оставалось не больше минуты. Неожиданно бабушка спикировала, правой рукой указав Русе снижаться. Козлова пожала плечами и исполнила требование.
Изумленные прохожие, кто с улыбкой, кто с любопытством, оглядывались на двух ведьм, проносящихся на метлах в метре над толпой. Пролетев еще немного на низкой высоте, Береслава затормозила и спешилась. Руся последовала ее примеру, едва не рухнув вперед лицом из-за переплетения многочисленных лоз под ногами.
Покореженные расщепленные мощные стволы древних кустов городского винограда стелились по земле и по стенам, заползая на подоконники и покрывая крыши. Закон запрещал жильцам и хозяевам домов пересаживать, вырубать, подрезать вездесущие лозы – служба земельного ландшафтного хозяйства занималась этим сама. Единственное, что разрешалось гостям и жителям столицы, так это срывать и лакомиться созревшими гроздьями. Так что несчастным автомобилистам приходилось оплачивать строительство надземных парковочных площадок рядом со своим жильем, а пешеходам внимательно смотреть под ноги. Жизнь населения облегчало то, что старый виноградник жил лишь в исторической части города, куда и прилетели в данный момент ведьмы.
– Жди здесь. Пойду сама, – безапелляционно проговорила Береслава.
Маруся кивнула и перекинула метлу через плечо.
– Не дури, – предупредила ее бабушка. – Не мешай. Все поняла?
– Все, – снова кивнула внучка.
– Хорошо.
Козлова-старшая нырнула за поворот, где в Арсенальном тупике в доме номер пять проживал молодой талантливый скульптор Массимо Колибри. Руся в очередной раз в мыслях споткнулась об очевидную вычурность и неправдоподобность сочетания имени и фамилии. Поначалу ведьма искала его истинную личность, но тщетно. Либо у парня были безумные родители, что могло бы, к примеру, объяснить тягу к убийству – с наследием все же не поспоришь, либо он неким непостижимым образом стер истинную личность, заменив новой, что в принципе во всем мире уголовно наказуемо.
Колибри шел в списке девятым, так что к тому моменту, когда шеф с комиссаром доберутся до этого адреса, бабушка успеет повязать предателя, попутно выяснив, откуда ему известны тайны печатей.
Руся в самом деле не собиралась лезть на рожон и мешать Береславе работать. Бабуля, конечно, переживала, но она больше перестраховывалась. Где это видано, чтобы ученик к учителю лез с наставлениями? Не было такого и не будет, ежели не желаешь потерять доверие, да и саму жизнь тоже. Наставник никогда не упустит возможности преподать студенту урок, препятствовать этому может лишь смертельная опасность для подопечного. Что вдвойне отбивало желание всякого ученика влезать туда, куда не просят.
Впрочем, взглянуть на само место действа никто не запрещал, так что Козлова сначала просто высунулась из-за угла, обозревая пространство небольшого, тонущего в зелени жилого тупика, а затем завернула в него и прислонилась к стене у самого угла. Формально она все еще находилась на перекрестке и обещания не нарушала. Маруся слегка подрагивающими от напряжения пальцами достала мешочек и, раскрыв его, вызвала оттуда необходимое для создания видеокамеры количество пыли. Скрытое наблюдение на расстоянии – одна из причин, толкнувших ученых начать исследования и разработки в области вживления машины в тело мага. Тактическое преимущество диверсионных групп налицо, точнее, на глаз.
Руся прикрыла веки, чтобы серебристая пленка, покрывающая слизистую оболочку, не пугала случайных прохожих, и, откинув голову на влажную, прохладную после дождя кирпичную кладку стены, погрузилась в работу. Камера размером с крупного шмеля пронеслась над землей и, обогнув дом номер пять по периметру, нашла единственный способ проскользнуть внутрь: дымоход.
Эта часть города уцелела во время последней войны, и потому дома здесь не походили на современные архитектурные новаторства из стекла, ячеистого бетона и техномагии. Местные строения представляли собой классические каменные особняки двух или трех этажей в высоту, украшенные лепниной, а порой и дополненные рядами колонн. Благодаря многочисленным положениям закона о всемирном историческом наследии все строения поддерживались хозяевами в своем первозданном виде – это было одним из условий приобретения подобных зданий. Относилось условие и к отопительной системе, через которую Русе удалось столь успешно проникнуть внутрь жилья.
Гостиная, где оказалась камера, была пуста. Неожиданно Козлова сообразила, что подглядывать интересно, но и слушать при этом точно так же было бы неплохо, что она по личной глупости упустила. Возвращать камеру назад и формировать двойной комплекс жучка поздно, а на месте слишком шумно и трудозатратно, так что ведьма пожурила себя за тугодумство и отправила микрошпиона на поиски бабы Бери. Обнаружилась искомая быстро. Она стояла в парадной, окруженная щитом силы, и с безмятежной улыбкой что-то шептала серому на лицо рыжему юноше с обильной кудрявой шевелюрой и огромными, вполлица круглыми очками. Руся от неожиданности фыркнула при виде столь вычурного аксессуара парня. От недостатков зрения в любой клинике избавляли за полчаса, причем взрослых созданий, которым могла бы пригодиться подобная помощь, давно уже не осталось. Родители новорожденного обращались к специалистам, не желая, чтобы дитя проводило жизнь, мучаясь от физического недостатка.
Рыжий что-то напряженно кричал и отчаянно жестикулировал. С его лба стекали капельки пота, а глаза за прозрачными линзами горели неприкрытой злобой и ненавистью. Баба Беря, закончив произносить наговор, все с той же безмятежной улыбкой взмахнула правой рукой, и очкастый юнец замер, скованный древним заклятием. Баба Беря убрала щит и тут же сморщилась, помахав ладонью перед носом. Руся справедливо предположила, что причиной тому, скорее всего, не неприятный запах в доме, а не растаявшая пока до конца черная магия. Береслава развернулась в сторону камеры и, нахмурив лоб, потрясла в воздухе кулаком. Пойманная с поличным, Маруся поспешила ретироваться.