"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

- Глеб, - просипела я между глотками. Шов на правой руке саднило, а сама рука онемела до самого плеча, я постаралась забыть о боли.
- С ним все в порядке. Основная серия операций завершена. Из сна его запланировано выведут через час. Сейчас ему создают новую конечность на базе утерянной.
- Хорошо, - я огляделась. – Тим? Крон?
К моему удивлению в палате, кроме нас с папой, был еще эомелии Мио. Он сидел поодаль, возле окна, почти не шевелился и молчал, смотрел только на меня хмуро.
  
- Они оба в зале. Представители мэйти тоже здесь, дорогая. Их оперативная группа контролирует территорию больницы, опрашивает ваш экипаж и работает на месте случившегося, - последнее слово далось папе с трудом.
- Это мой смарт, - повторила я, потеряв интерес к незваному посетителю. С ним и его присутствием разберусь позже. Глава Пятого дома не должен быть втянут во взаимоотношения дочери с первородным. – В дороге мы поменялись местами. Убить желали, прежде всего, меня. 
Я перевела дыхание. Мне нужно было изложить отцу все выводы, которое сделало мое подсознание во время сна, но сил катастрофически не хватало.
- Там был землянин на ховербайке в панцире гонщика. Точнее, возможно, землянин. Навыки вождения у него не соответствовали минимальному школьному курсу тала. И повреждения смарта, звук взрыва… - Я тряхнула головой, справляясь со слабостью. – Это похоже на таблетки с последнего локального конфликта на Земле. Помнишь «Баффало»? Я уверена, что это был один из запрещенных «бычков». Землянин поставил таблетку на дверь.
Отец хмурился и ждал моих дальнейших слов.
- Иди, - я коснулась его руки. – Скажи.
- Дочь, почему вы поменялись местами?
Я смутилась, но не позволила неуместным эмоциям взять надо мной верх.
- Я была расстроена и выбита из колеи утренним неуместным испытанием. Глеб меня успокоил, а потом у нас был секс, мне было лень даже адрес вводить в систему. Он всегда обо мне заботится, папа.
- Я знаю, - отец похлопал меня по руке и поднялся. – Я быстро вернусь и обязательно с хорошими новостями. Он в безопасности, дорогая.
С этими словами папа покинул палату, а я потянулась и налила еще воды в стакан.
- У входа охрана мейти, - очень тихо проговорил Мио. – Вся твоя команда по очереди заходила сюда, пока их не забрали.
У меня не было сил на общение с этим тала, поэтому я выпила воды, подняла изголовье кровати выше и откинулась на него, прикрыв глаза.
- Ты зовешь его Иммэдар. – В голосе эомелии послышалась боль. – Красиво. Это тайна?
- Нет, - ответила я. – У него нет тайн.
- Он пожертвовал собой, чтобы спасти тебя. Мы пишем это в контракте, - зачем-то констатировал очевидное Мио. – Но у вас нет контракта.
Он не ждал ответа, он, вообще, мне показалось, говорил сам с собой. Я не возражала. У Глеба имелись некие планы, связанные с этим тала, и у меня не было никакого желания их портить сиюминутной вспышкой агрессии. Просьбу оставить меня в одиночестве нужно было сформулировать, как можно вежливее.
- Эомелии Мио, - начала я. – Полагаю, разрешение навестить меня ты получил у моего отца. Я принимаю твои добрые пожелания, но прошу оставить теперь. Усталость не позволяет мне продолжить всякое общение.
Мио без слов поднялся, а после я получила самый настоящий поклон к уважаемой тала. На этом эомелии покинул меня. С одной стороны, я была действительно удивлена социальным действием первородного и хотела знать причину, с другой стороны, выдохнула с облегчением. Выясню как-нибудь потом. Я прерывисто протяжно вздохнула и просто позволила на время отчаянию взять верх – никто ведь не видит. Слезы немедленно покатились по скулам из-под закрытых век.
Я чуть не потеряла его! Я чуть не потеряла его!
- Я чуть не потеряла его, - беззвучно проговорила я. Губы отказывались повиноваться.
Закрыв лицо неповрежденной ладонью, я зарыдала в голос достаточно тихо, чтобы не привлечь внимание снаружи.
«Глеб», - беспрестанно повторять его имя вышло само собой.
Лада была права, все это время она, конечно же, была права, стараясь оградить сына от меня. Она любит его, и ее инстинкты верно подсказывали ей источник угрозы.
«Она и нашла». – Я, действительно, его нашла.
Эта землянка никогда не примет меня, но я не стану возражать – такова реальность. Я забрала ее сына и не уберегла его.
  
Глава вторая
 
Глеб
Селене. Селене. Селене.
Я зову или так бьется сердце? Сердце. Надо замолчать. Я внутри себя. Не контролирую тело. А значит, способен разомкнуть круг ийнэ, выдав имя.
Моя Илмера. Где она? Если я мыслю, значит, тала погрузили меня в медицинский сон. Она где-то тут. Нужно очнуться, выйти, отыскать ее, а потом все остальное. Она уцелела. Она справится.
Если я тут, то я жив, но не цел. В чем я не цел?
Необходимо усилие, одно яркое усилие. Я знаю, где в глубинах моей головы оно прячется. Там, где ее перламутровые волосы касаются моей кожи, а дыхание щекочет шею или грудь, где ее тонкие пальцы поглаживают мои шрамы, а черные глаза с восторгом наблюдают за мной. Ирра Илмера, дочь великой ирра Мефис. Мелии миоэлу аматэ аншии Эолуум-ма. Кю-Нейр мелии ирра Илмера…
- …ийнэ миэлке Иммэдар-ма. – Я услышал свой собственный хриплый шепот и обрадовался, ведь это все, что я произнес вслух. Речь пациента во время операции врачебная тайна, но я хотел, чтобы истинное имя моей ийнэ не знал никто. Оно принадлежало и принадлежит лишь мне. Я сохранил тайну.
- Илмера, - настойчивее повторил я, силясь открыть глаза. – Где?
- Твоя спутница получила незначительные травмы и отдыхает в палате. – Голос этого тала был спокойным и добродушным – редкое качество на этой планете. Я был несказанно благодарен незнакомцу за столь скорый ответ. 
- Крон, - продолжил я. – Сюда.
- Твое тело все еще обездвижено. – Возразил голос. – Операция не закончена. Я прошу тебя перестать противиться сну и отвлечь уной от времени. 
- Нет.
Другой голос поблизости выругался на тала – тоже великая редкость. 
- Осталось не больше десяти минут, человек, - прошипел второй. – Посторонним вход в операционную запрещен.
Мне, наконец, удалось приоткрыть глаза. Белый рассеянный свет проник сначала сквозь ресницы, а после, когда я медленно поднял веки, ударил по зрачкам, заставив снова зажмуриться.
- Глупый человек, - прошипел эмоциональный хирург на тала.
- Не надо нервничать, эомелии, - просипел я, вновь открыв глаза. – Хочу знать и видеть. Мешать не стану.
В поле моего зрения показалось озабоченное лицо мужчины средних лет. Он внимательно оглядел мои зрачки, затем просканировал их и успокоился.
- Все в порядке. – Это был обладатель добродушного голоса.
Следующей моей целью стала шея.
- Я анестезиолог Иссея Э-один. – Представился мой новый знакомый. – Глеб Вешняков, в инциденте ты потерял левую руку ниже локтя. Она подлежала частичному восстановлению, именно поэтому операция занимает не обычные десять минут, а полных полчаса. Эомелии Лэйнай комбинирует искусственные составляющие с твоим биологическим материалом. Прошу тебя, не нужно двигаться. В противном случае, я буду вынужден ввести снотворное.
- Хорошо.
- Эомелии Глеб, ты хочешь, чтобы я погрузил тебя в сон на указанный срок конца операции?
- Нет. Но я хочу видеть происходящее. – Я как-то слышал от одного гибрида еще во время первой ступени, что в операционных обязательна по закону система зеркал и камер на случай экстренного самооперирования, но с Тимом этот вопрос обсуждать как-то не приходилось. Воистину, на Тала стараются предусматривать все, даже самое невозможное.
  
Голос невидимки рядом со мной вновь вспомнил тяжелый сленг.
- Эомелии Лэйнай, ты - илла, - уверенно констатировал я. Только две ветви тала способны быть настолько агрессивными. С одной ветвью я навсегда связал свою жизнь, со второй ветвью я, как ийнэ ирра, по легендам был обречен враждовать.