"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Ко мне подскочил Алексей, кажется, двенадцатый по старшинству кузен моего чистокровного, точно четвертый сын младшего брата его отца, - я вздохнула - и протянул руку.
-            Танец?
Он был старше Глеба, и больше остальных похож на него. Особенно это касалось глаз. Такие же голубые и удивительно светлые. Я нашла взглядом своего капитана. Он стоял в десяти метрах от меня, у жаровни, и о чем-то увлеченно спорил со своим дядей, тем, который старший брат его матери. Когда он сказал, что мы пойдем на семейный праздник, я почему-то представила небольшое тихое торжество по случаю успехов одного из представителей фамилии Вешняковых, и никак не ожидала танцы, барбекю, живую музыку, костры, запланированный салют и почти двести гостей. И самое поразительное, что это действительно бьло сугубо семейное празднество. Масштабы родственных связей своего землянина я представляла очень смутно - большая ошибка. Глеб заметил мой взгляд, оценил трудность, с которой я столкнулась, и кивнул.
  
Я повернулась к Алексею и протянула ему руку.
-Да.
Кавалер усмехнулся, бережно сжал мои пальцы и вывел на обширный деревянный помост, украшенный огнями и букетами цветов.
-            А без его разрешения никак?
-            Нет, - честно, без тени шутки ответила я. - И я не умею танцевать, как вы.
Алексей заулыбался, глядя на меня сверху вниз.
-            Это не беда.
Свободную руку он положил мне на талию и по факту просто закружил по танцполу под ритмичную музыку. В какой-то момент отскочил от меня, и мы с остальными участниками занятного действа просто хлопали и подпрыгивали на месте.
-            Иммейкам положено спрашивать разрешение на танец у своего парня?
Алексей вновь подхватил меня за талию, только теперь мы закружились в
другую сторону. Я удивленно взглянула в его светлые насмешливые глаза.
-    Нет. Я обращаюсь к нему за помощью, когда сталкиваюсь с незнакомой ситуацией в обществе землян.
-            А, - мой собеседник растерял бьлую уверенность.
-            У тебя глаза точно как у него. - Не выдержала я.
Алексей пожал плечами.
-    Ну, да. Бабка все любит повторять, что от прапрадеда достались. Красивый был, умный и все такое.
-            Как Глеб?
Алексей рассмеялся, остановился и передал мою руку подошедшему брату. Как покинул нас, я смотреть не стала.
-    Очаровываешь кузенов? - Мой чистокровный ласково заулыбался, обнял меня за талию и повел в следующем танце. На этот раз мелодия была размеренной и плавной. - Что ты ему сказала?
Я воспроизвела весь короткий диалог с Алексеем, и выжидающе взглянула на Глеба.
-    Скучная ты, - усмехнулся он. - Про меня говорила. С ним не флиртовала. Ладно, ладно, не смотри так сердито, все поясню. Флиртовать и не нужно. Лешка просто полюбопытствовал, а вдруг эта потрясающая девушка не так уж сильно влюблена в его брата. Мало ли.
Глеб рассмеялся, глядя на выражение моего лица.
-            Ты знал, - догадалась я.
Чистокровный кивнул и перешел на шепот.
-            Зато ты не скучала у стола в одиночестве.
-            Я не скучала, - в той же манере ответила я.
Глеб наклонился и поцеловал меня в лоб.
-            Беседы с дедом Михой не считаются.
Я была в корне не согласна, но решила промолчать. С Михаилом Олеговичем мне нравилось разговаривать полтора года назад, нравилось и теперь. Он обладал харизмой, невзирая на возраст, его разум оставался острым и открытым, он мог найти общий язык с любым собеседником и рассмешить - все те черты, которые тала называют мудростью. Именно мудрость и опьл, завершающих долгий жизненный путь старцев, в идеале приписывались членам первого круга Совета и должны бьли служить ориентиром младшим поколениям. Но так ли это? Какие ориентиры в действительности они нам дают? Я вдруг поняла, о чем хочу поговорить с дедом Вешняковых.
-            Я же не допускала никаких ошибок? - уточнила я на всякий случай.
Глеб усмехнулся.
-            Нет. Ты более чем вежлива, очаровательна и царственна.
Он снова рассмеялся, глядя на выражение моего лица.
-            Я шучу. Они привыкнут.
-    Ты не шутишь. И ты всегда веселишься, наблюдая за тем, как я общаюсь с землянами. И даже с гибридами.
Глеб расхохотался и обнял меня крепче. Окружающие без того поглядывали на нас, а так откровенно оборачиваться начали.
-    Я многих тут знаю или видела в городе, но не представляла, что вы родственники.
-    Да у меня четверть области родня. Они в этой земле корни как пустили после переселения, так и живут.
После переселения? Раньше мы не общались на эту тему. Значит, эти удивительные люди обитают здесь со времен критического сокращения популяции? Иными словами, Глеб - не только прямой потомок «палачей Иммеи», но еще и «рабочих рук»,
-            Так твои предки остановили голод?
-            Среди прочих, да, - кивнул он.
За следующие три года нужно будет составить краткую историю его рода. Избирателям стоит знать поразительное наследие этого чистокровного.
-            Ты расскажешь мне больше?
Он кивнул и заулыбался.
-            Собралась мою биографию для широкого круга писать?
Как он это делает?
-     Прошу общего внимания! Эй!! Народ!! - Над поляной разнесся внушительный
бас.
Полупрофессиональная музыкальная группа с занятным названием «Башмак егеря» имела родственные связи с родом Вешняковых лишь на треть. Мне эту информацию дед Миха выдал. В области ребята пользовались несомненным успехом, играли в стиле старого поп-фолка, славились своими импровизациями, и прямо сейчас были недовольны столь грубым вмешательством в творческий процесс.
Я перевела взгляд с их сердитых лиц на Глеба, но он тоже счастливым не выглядел. Я впервые задумалась о его собственном отношении к столь обширному торжеству, центром которого сделали его лично.
-    Народ, - повторил Владимир. - Хочу, чтобы все вспомнили, зачем тут собрались, обратили внимание на моего сына и его замечательную девушку и общими аплодисментами выразили свое восхищение его успехами.
Он не успел договорить, а люди уже среагировали. Хор, действительно, вышел оглушительным, раздавались выкрики и свистки. Когда шум прекратился, Владимир продолжил.
-     А еще я хочу извиниться...
Глеб замер. Я каждой клеткой своего тела и разума чувствовала охватившее его напряжение. Их отношения с отцом до сих пор оставались нейтральными, они никак не обсуждали пережитую ссору тогда, у амбара. Будто поставленный на паузу конфликт, где два противоборствующих лагеря не нападают друг на друга, взаимно уважают достижения друг друга, но делать шаги к перемирию не собираются. И вот вдруг что-то меняется?
-    Перед Глебом. - Владимир посмотрел на сына. - Почти два года назад ты попросил меня сказать, что я думаю, а я не сказал. Не сказал и позже. Не поддержал тебя. У меня не было ответов на твои вопросы, и я предпочел умолчать, потом сказать то, чего не думал. Прости меня.
Речь получилась короткая, прерывистая и немного скудная, но, насколько я могла судить, абсолютно искренняя. Единственное, мне было любопытно, почему Владимир не попросил прощения у сына лично? Зачем понадобилось столько зрителей? А потом я вспомнила свой первый поцелуй и непроизвольно улыбнулась. Неужели это поведение чистокровного представляло из себя наследственную модель? Вполне.
Глеб стоял и не шевелился.
-     Хочешь обнять его? - Едва слышно подсказала я.
Но мой землянин не шелохнулся. Только кулаки сжимал, разжимал и не сводил с отца тяжелого изучающего взгляда.
  
Владимира смутило молчание сына - это я заметила, но он постарался скрыть эмоции и довести задуманное до конца. Видимо, и не ждал иной реакции на свои слова. И здесь я тоже сделала предположение о некоей унаследованной модели поведения.
-    Хе-е-ей! - неожиданно воскликнул Всеволод, брат Владимира и отец Алексея, и поднял над головой бокал. Я старалась чаще повторять про себя имена и родственные связи, дабы запомнить и впоследствии не путаться в хитросплетении семейных уз Вешняковых.