"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
Раздался характерный щелчок взводимого курка. Значит, остались лишь потянуть за спусковой крючок, чтобы дуэльный пистолет выдал почти полуметровую струю пламени и отправил прямо в цель внушительную свинцовую пулю.
— Хватит! Хватит! — взвизгнул де Барант, закрываясь руками, словно это бы помогло от выстрела в упор. — Я все скажу! Слышишь, я все скажу! Это магистр дал приказ! Это все он! Он приказал тебя убить! Ты отказался от ордена! Не убивай, только не убивай! — скулил он, дрожа всем телом. — Не убивай…
В этот момент из темноты появился сам магистр. В темном плаще и черной маске он напоминал грифа-падальщика, прилетевшего полакомиться добычей.
— Заткнись, де Барант! Противно смотреть на твое скуление, — граф Сассекский с презрением оглядел французского посла. — Никто не собирается в тебя стрелять. Просто пугают.
Пушкин, и правда, опустил пистолет, направив его стволом вниз.
— А у тебя, бывший брат-рыцарь, каменные яйца. Так ведь говорят у вас в России? — усмехнулся магистр. — Не побоялся сюда прийти, а ведь знал, что тебя может здесь ждать. Убери пистолет, стрелять все равно не будешь. Ты ведь не хочешь на каторгу.
Гость поморщился, но все же спрятал пистолет.
— Ты зря пришел. Отказавшись выполнять приказы, ты отказался от ордена и лишился его защиты, — магистр показал рукой на дверь. — Теперь ты враг ордена.
— Я всем расскажу о том, чего хочет орден Розы и Креста, — глухо проговорил Пушкин, смотря без всякого страха. — Все узнают.
Какое-то время они молча смотрели друг на друга, словно поединщики на дуэли.
— Глупец, — наконец, бросил магистр. — Не боишься сам, пожалей родных. Ты даже не представляешь, сколько нас. Наши люди везде… Орден раздавит тебя, как таракана.
Пушкин снова вытащил пистолет, направив его прямо в лоб своему врагу.
— Ты все равно не выстрелишь, — одними губами улыбнулся магистр. — Беги, забирай семью и спасайся, если успеешь.
Гость сделал шаг вперед, плотно прижав дуло пистолета ко лбу магистра. Губы у Пушкина кривились, на лице менялись гримасы. Видно было, что ему очень хотелось нажать на крючок.
— Беги, дурень, беги, — шептал магистр. — Ты даже не осознаешь могущества ордена. Мы везде — полиция, жандармерия, присутственные места, императорская свита, армия. Мне останется только отдать приказ, и каждый брат-рыцарь в этой стране станет охотится на тебя.
Глава 6
Не спи, враг где-то рядом
* * *Санкт-Петербург, набережная Мойки, 12.
Квартира в доходном доме княгини С. Г. Волконской, которую снимало семейство Пушкиных
С той памятной во всех отношениях встречи прошло больше недели, которая выдалась на удивление спокойной. К удивлению Пушкина магистр ордена Розы и Креста не спешил с претворением в жизнь своих угроз, что вызывало у поэта не просто беспокойство, а самую настоящую тревогу. Ведь, он со своим семейством жил не в глухом лесу или укрепленной крепости, а в обычной квартире.
— Если ничего не случается, не значит, что так будет и дальше. Больно уж многообещающая у этого магистра была улыбка, когда я уходил. К бабушке не ходи, что-то поганое готовит, — за чашкой кофе рассуждал Пушкин, запершись в своем кабинете.Это дело — подготовка к нападению со стороны коварного врага — требовалоуединения и сосредоточения. — Нужно снова с городовым поговорить, заплатить, сколько нужно. Пусть вечером и ночью еще один казачий патрульный разъезд выпускает на эту улицу. Лишним не будет и казачкам по рублю на водку дать, чтобы ночью бдили, как следует…
Не забыл Пушкин и про квартиру, где в Петербурге они обитали вместе со всем своим семейством. Уже на второй день нанял пятерых плотников и двух кузнецов, которых подрядил на замену окон с новыми крепкими рамами и установку железных решеток с внутренней стороны. Входную дверь тоже поменяли на новую, более массивную, скрепленную для надежности железными листами. Домочадцы, друзья и знакомые, конечно, косились на эти приготовления, но он и ухом не вел. Отмалчивался или отшучивался на все вопросы. Мол, его произведения бесценны и поэтому требуют надежной защиты.
— Лучше перебдеть, чем недобдеть, — успокаивал он себя в ответ на смешки и ухмылки. — Пожили бы вы в 90-е, такие лица не корчили бы. Может, вообще, железную дверь поставить? Кузнец вроде бы намекал, что может и такую сварганить. Дать ему еще рублей пятьдесят, пусть расстарается. Можно достать настоящую сталь или булат, который и из пушки не пробить. Хотя…
Вспомнив ухватки того кузнеца, оттрубившего, кстати, почти двадцать лет на оружейных заводах, Пушкин поморщился. Пожалуй, железную дверь ставить пока не нужно, точно общество не оценит.
— И так уже много вопросов задают. Железную дверь поставлю, вообще, слух по Петербургу пойдет, что я от кого-то прячусь или к чему-то готовлюсь, — поэт покачал головой, понимая, что слишком явно давать почву для слухов тоже нельзя. Нельзя раскрывать перед врагом всех своих карт.–Остановимся пока на новых окнах и обычной двери. А вот по оружию вопрос остается открытым. У меня его совсем не густо — пара пистолетов да сабля…
Среди аристократов, вообще-то, было не принято держать дома целый арсенал. Естественно, многие дворяне хранили несколько экземпляров охотничьих ружей, если они и их гости увлекались охотой. Отдельно держали оружие для поединков — дуэльную пару специальных пистолетов, сабли, рапиры. Отставники с действующей службы нередко имели и полноценные боевые ружья, которые использовались русской армией. Но о настоящем арсенале на десятки единиц боевого огнестрельного и холодного оружия у дворянства говорить не приходилось.
— А мне вот не грех и подумать о таком арсенале стволов на двадцать — тридцать, чтобы от любого нападения отбиться можно было. Сегодня же надо Никитке дать задание. Деньги есть, нужно взять хорошие пистолеты, а лучше револьверы. За океаном вроде есть уже.
Покопавшись в памяти, Пушкин уверенно кивнул. Сразу же вспомнилось имя легендарного американского изобретателя Самюэля Кольта, запатентовавшего один из первых в мире револьверов с ударно-спусковым механизмом. В уме сами собой стали «всплывать» образы хмурых ковбоев с щетиной на лице и неизменным револьверов в руке. Они во весь опор скакали по прериям, непрерывно грохотали выстрелы, клубился пороховой дым, во все стороны летели брызги крови, раздавались яростные крики.
— Любые деньги отдам за такие стволы, — поэт быстро чиркнул в блокнот свои соображения, с которыми будет разбираться позже. Сейчас, главное, все записать. — Только Никитке с этим не справится. Придется Дорохова дождаться. Он человек опытный, на оружии собаку съел, может что-то дельное подскажет… Вообще, я бы и пушку купил. Да, настоящую пушку с шрапнелью, чтобы одним выстрелом целую банду положить. Хм, а почему бы и нет? По закону вроде бы не запрещено. А, что не запрещено, то разрешено…
Сейчас ему нужно было выиграть время, превратив свой дом в крепость. «Вооружившись до зубов», можно было отбиться, а уже потом нанести свой удар.
— Да, сейчас спешить нельзя… Уже поспешил, сдуру пошел разбираться. Считай, полностью раскрылся.
Вспоминая, скрипел зубами, уже в который раз ругая себя за ту встречу с магистром. Только сейчас Пушкин понял, что тогда сделал не просто глупость, а самую настоящую ошибку, едва-едва не ставшую смертельной. Узнав о предательстве настоящего Пушкина, он на эмоциях «рванул» на встречу с магистром. Словом, показал врагу, что все знает и представляет опасность для ордена.
— Глупец, одно слово глупец! Никак нельзя было так делать. Никак… Теперь вот сиди и жди, когда и откуда нападут.
Больше так ошибаться ему никак нельзя. У него не девять жизней, как у кошки. Еще одна ошибка, и все, конец, никакое знание будущего не поможет. Его просто, как клопа или таракана, прихлопнут.
— Ничего, ничего, нужно просто лучше подготовиться. Чего я заранее себя хороню? Накрутил себя так, словно этот магистр лорд Воландеморт или сам сатана. Он всего лишь человек, самый обычный человек, правда, во главе целой организации. Еще бы, правда, понять, какова ее реальная сила. Может магистр просто пугает, что члены ордена здесь все контролируют?