"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– С-сука, – прохрипел он, обращаясь не то к Купаве, не то к Илару.
Рывком Илар поставил его на ноги и ударил кулаком в бровь. Лыко упал в грязь, на лицо хлынула кровь.
– Ты сдохнешь, – пообещал Лыко хрипло.
На кончиках пальцев вспыхнули алые огни, в глазах мелькнули серебряные искры. Илар успел увернуться, и пламя ударило не в него, а рядом с колодцем. Быстро оглядевшись по сторонам, он увидел косу, прислонённую к стене кузницы ближе к углу. Рядом сидела Купава, уткнув лицо в колени и сложив руки на затылке. Илар кинулся к косе, на ходу отрывисто бросив Купаве:
  
– Цела? Спрячься куда-нибудь, прошу.
Он успел заметить, как она мелко закивала и переползла подальше.
Илар схватил косу и уже разворачивался к Лыку, как почувствовал острую боль в бедре. Лыко метнул серп, и тот воткнулся Илару выше колена. По ноге потекла горячая кровь. Илар с рыком размахнулся, но Лыко обеими руками ухватил косу за древко. Перед лицом оказалась кривая ухмылка, залитая кровью.
– Что? Обиделся? Думал, только ты можешь кузнецову дочку мять? А я тоже попробовал. Тё-ёпленькая…
Илар резко ударил Лыка лбом в лоб. Чародей покачнулся, ослабил хватку, и этого оказалось достаточно, чтобы стряхнуть его руки с косы. Сердце грохотало в ушах, кровь распалилась как кузнечная печь, но мысли оставались предельно ясными – такое тоже бывало, когда приходилось отгонять упырей. Только с упырями вот так один на один драться не приходилось.
Размахнувшись, Илар хотел опустить лезвие на Лыко, но тот снова что-то сделал: полыхнуло алым, и коса раскалилась так, что стало больно держать. Илар всё равно не отпускал: чувствовал, как на ладонях вспухают ожоги, да и пусть. Заживут. А без оружия перед этим ублюдком он не останется.
Ничего не видя из-за алой вспышки, Илар вскрикнул и наугад опустил косу. Остриё вошло в землю, а к горлу Илара прижалось что-то холодное и до отвращения знакомое.
– Попался, сучёнок, – прохрипел Лыко прямо на ухо. – Думал, самый умный? Да ты только с пьяными мужиками можешь драться, деревенщина.
Илар зашипел сквозь стиснутые зубы. Коса оставалась в мягкой земле, но чтобы вырвать её, нужно было распрямиться во весь рост – и тогда серп легко вошёл бы в его горло. Мёртвым он не защитит Купаву, значит, нужно придумать что-то ещё.
Он с силой наступил пяткой на мысок Лыку, но тот лишь рассмеялся.
– Ты тяжёлый, но меня этим не запугать. Скажи-ка, а сестра у тебя такая же сладкая, как кузнецова дочка?
На миг Илар едва не подумал: если серп перережет горло, будет ли у него хоть миг, чтобы разрубить Лыка косой? Но вдруг серп сам собой выпал из руки, и Лыко осел на землю.
Илар моментально вырвался. Вновь под рубашку затекала кровь, и новый порез, кажется, был точно на месте старого. Лыко сидел на земле, держась за затылок, а сзади стояла Купава с кочергой в руках. Мокрые чёрные волосы растрепались, змеями легли на грудь – платье было порвано, и Илар отвёл глаза, когда понял, что смотрит на голую кожу. Щёки и глаза Купавы пылали, но некогда было любоваться. Через мгновение Лыко поднялся, рыча и отплёвываясь.
– Не хотите, значит, по-хорошему…
Он размахнулся и послал в кузницу сгусток алого пламени. Он попал в крышу, и та мгновенно занялась, несмотря на дождь. В небе загремело.
Купава успела отскочить, когда Лыко снова схватил серп и размахнулся. Илар наконец-то выдернул косу из земли; лезвие серпа в руке Лыка пылало алым, будто тоже стало сотканным из пламени. Илар присел, уворачиваясь от броска, и с силой ударил Лыко древком косы по рёбрам. Вскочил на ноги, размахнулся ещё, но Лыко ловко перекатился и снова ударил Илара серпом. Лезвие прошло по руке, вспарывая одежду и кожу, – удар ощутился совсем иначе, теперь боль была сильнее и жарче, а от острия посыпались искры, гаснущие на влажной земле. Илар вскрикнул. У него в груди стало тесно, будто сердце и лёгкие разбухли и распирали рёбра. Ладони и пальцы накалились, коса в руках задрожала, и её лезвие вдруг вспыхнуло красным.
Кузница полыхала, огонь разгорелся так быстро и зло, что уже перекинулся и на деревья в саду, и на ограду, и на сарай. Купава куда-то делась. Илару было некогда искать её глазами, но он понадеялся, что она побежала предупреждать домашних о пожаре. С улицы слышались крики: наверное, увидели зарево.
Лыко метнул в Илара огненный сгусток – такой же, как в кузницу. Огонь пролетел мимо и ударился в старую яблоню, которая тут же распалилась с сухим древесным треском, как дрова в печи. Дождь полил сильнее, но не тушил чародейское пламя.
– Теперь всю твою семейку вырежут, – шипел Лыко, плюясь кровью, – и семейку твоей бабы. Чародеи не прощают нападения на своего. Тронул одного – все твои ответят.
Он попытался перехватить косу из рук Илара, вцепился в древко и рванул на себя. Илар не устоял на скользкой грязи, и они с Лыком вдвоём упали на землю. Лыко потянулся к шее Илара и стиснул пальцы на его горле.
– А вот мне ничего не будет за то, что я тебя убью.
Из пореза снова хлынула кровь, дышать стало тяжело. В груди так же распирало, перед глазами потемнело, и в голове грохотало так, будто она должна была вот-вот лопнуть, как перегретый горшок. Коса и серп валялись где-то рядом, свет от их лезвий бросал вокруг алые блики.
Илар упёрся коленом в живот Лыка и рывком сбросил его с себя – от дождя и крови шея Илара стала скользкой, и хватка Лыка ослабла. Хватая ртом воздух, Илар нащупал рядом со своей рукой чародейский серп.
Лыко откуда-то выхватил нож: должно быть, прятал в голенище. Илар не успел ничего разглядеть, дождь заливал глаза, только увидел искажённое яростью лицо чародея и замах руки, метящий прямо в грудь.
Миг – и Илар с размаху всадил серп куда-то в область ключиц Лыка. На руки хлынула кровь, Лыко захрипел и обмяк, и Илар вскочил на ноги, пока выпала такая возможность.
– Купава! – крикнул он. В небе гремело, и голоса деревенских стали громче.
Горел уже весь кузнечный двор. Кто-то открыл ворота хлева, и куры с козами разбежались, спасаясь от огня. Отпущенный с цепи пёс лаял на огонь, поджав хвост, но убегать не спешил. Илар шуганул его на ходу: спасайся, мол.
– Купава!
Она выскочила прямо на него, держа охапку вещей. Её глаза казались огромными от страха, волосы и одежда были мокрыми, хоть выжимай. Илар быстро обхватил её за плечи.
– Ты цела?
Купава быстро закивала:
– У тебя кровь.
Илар мельком взглянул на свои руки и грудь. Рубаха потемнела от бурых и красных пятен грязи и крови, ткань изорвалась – теперь только на выброс. Илар отмахнулся.
– Ерунда.
Голоса послышались совсем рядом. Купава испуганно заозиралась.
– Они убьют нас теперь. Он предупреждал. Надо бежать.
Илар схватил её за локоть и потащил по двору. Увидев коня, помог Купаве забраться, и сам вскочил на спину. Оставалось надеяться, что они смогут доехать без седла и узды хотя бы до дома.
По улице бежал народ, многие с вёдрами. Сзади трещал огонь, красные отблески окрасили пасмурное небо, с которого уже лило не на шутку. Несколько раз полыхнула молния, а следом за ней ударил такой гром, что все другие звуки потонули в его раскатах.
Значит, Купаве он сказал то же самое. Чародеи не простят, если жители защищаемой деревни навредят хоть одному из отряда. А Илар не просто навредил. Если он хоть что-то понимал в жизни, то сегодня он убил человека. Чародея из отряда. И ничем хорошим для деревни это закончиться не могло. Оставалась одна надежда отвести от остальных чародейский гнев…
– Отец! – он крикнул, едва спешился у своего двора. – Собирайся! Мы уходим. Отец! – Илар постучал кулаком в окно, не обращая внимания на боль в бедре, взбежал на крыльцо и распахнул дверь, пропуская Купаву вперёд себя. – Собирай вещи! Они придут за тобой.
  
Отец с недовольным видом выглянул из пекарской. Увидев Илара и Купаву, он скрестил руки на груди.
– Откуда такие красавцы?
Илар ощутил запах браги, исходящий от отца. Глаза его были красными и опухшими, да и ноги нетвёрдо держали.