"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Очень жалко, – прошептала она. – Очень…
Все молчали, наверное, соглашаясь со словами Алиды. Пока за столом скорбели о замке, служанки принесли десерт: свежие бисквиты и вазочки варенья, но Алиде даже не захотелось попробовать сладкое. Она встала, пересела на софу, где дремал Мурмяуз, и задумчиво погладила кота по длинной шерсти.
– Я не могу обещать, что вы все выживете, – хрипло произнёс Вольфзунд. Алида подняла голову: её удивил тон Владыки. В нём не было ни холода, ни насмешки, ни высокомерия. Так говорят обычные люди, когда сильно устали и хотят искренне о чём-то попросить. – Я думал, это будет только моё сражение. С моим отцом. За мою семью. Около моего замка. У меня есть продажники, которые мне помогут. Но я не рассчитывал, что кто-то ещё захочет присоединиться. Даже ты, Мелдиан. Уж извини, если недооценивал тебя, но мне всегда казалось, что ты лучше отсидишься в безопасности.
  
Мел булькнул в чашку с чаем и подёргал ушами, как недовольный кот.
– Хорошенького же ты обо мне мнения, пап.
– Вы говорили, что вам понадобится магия, собранная Магистрами, – напомнил Герт. – Вы так уверены, что они встанут на вашу сторону? Они уже дали своё согласие?
– Магистры обещали подумать, – ответила за Вольфзунда Симониса. Они с Хьёльдом весь обед оставались тихими и не принимали участия в беседе, хотя Алида подумала, что было бы неплохо послушать их мнение.
– Как же вы, должно быть, ужасно себя чувствуете! – воскликнула Алида, глядя на Вольфзунда. Краем глаза она заметила, как напрягся Мелдиан – так, словно только что догадался о чём-то или придумал какой-то выход. – С одной стороны – Эллекен и моуры, с другой – старики-Магистры…
– Как я себя чувствую? – переспросил Вольфзунд и усмехнулся. – Честно? Как свеча, которую подожгли с обоих концов. И в которой осталось мало, очень мало воска.
Вопреки уговорам Мела и Перинеры Вольфзунд покинул резиденцию почти сразу после ужина. Мел помогал служанкам убирать со стола, и Алида видела по его лицу, что он обдумывает что-то важное.
– Чего ты такой? – спросила она, сделав вид, что обнаружила на тарелке пятнышко, которое необходимо стереть полотенцем.
– Я понял, как помочь отцу уговорить Магистров помочь, – шепнул Мел. – У нас есть кукольница.
* * *
– Кемара! – Мел заколотил в дверь, сбивая костяшки и молясь про себя, чтобы сорока была дома. – Кемара, открой скорее!
На улице моросило. После случая со Стаей Вольфзунд не позволил Кемаре оставаться дольше в своём особняке, и той пришлось гостить в старом доме Лиссы – Диньяна по-прежнему часто там ночевала, но не стала возражать против гостьи.
Несколько томительно долгих секунд ничего не происходило, и Мелу оставалось только тихо беситься, варясь в бульоне страха, гнева и нетерпения. Он чувствовал, как тянутся мгновения. Именно сейчас отец должен вести переговоры с Магистрами, и была только одна возможность помочь ему.
Наконец дверь приоткрылась, и Мел увидел Кемару в её обычном светлом платье в пол. Не дожидаясь приглашения, Мел втиснулся в дом, прошёл за Кемарой в комнату и взволнованно заметался, натыкаясь то на стулья, то на стол, то на диван. Кемара без выражения наблюдала за ним, сложив руки на груди, и безучастный взгляд бесцветных глаз раздражал ещё сильнее.
– Зачем ты прийти?
– Сколько ещё времени уйдёт на куклы Магистров? – выпалил Мел. – Сможешь сделать их прямо сейчас? Ты вообще начинала их? Я же просил!
– Это требовать несколько дней. День, если очень спешить. – Она склонила голову набок и мигнула водянистыми глазами.
Мел подскочил к Кемаре и сжал кулаки, едва сдерживаясь, чтобы не схватить её за горло и не встряхнуть хорошенько.
– У тебя же усиленный дар! Мне нужны куклы сейчас же, или я позабочусь о том, чтобы и ты, и вся твоя семья навеки остались тупыми бездушными птицами! Кемара! Неужели ты никак не можешь понять, насколько это важно?!
Лицо Кемары дёрнулось. Она скользнула вдоль стены, обходя разгорячённого Мела, подошла к шкафу и достала две небольшие куклы, одетые в цветные лоскуты-мантии. Их головы украшал белый альпачий пух, изображая седые волосы и бороды.
– Ты не спросить, сделать ли я куклы. Ты спросить, сколько дней это занять. Всё уже готово, Мелдиан.
Спокойный, даже слегка укоризненный голос Кемары подействовал на Мела отрезвляюще. Ему вдруг стало ужасно стыдно за свою порывистость и за ненужные угрозы. Мел сел на тахту, зажав нетерпеливо подрагивающие руки между коленями. Каждое утекающее мгновение отдавалось стучащей кровью в ушах, ему до зубовного скрежета хотелось вырвать из рук кукольницы фигурки стариков и попробовать заколдовать их самому, но он не мог так рисковать.
– Садись, – выпалил он. – Скорее, пожалуйста. Сделай так, чтобы они провели отца в свои хранилища магии.
Кемара уставилась на Мела, по-птичьи склонив голову.
– Они слишком далеко. И нет волос в куклах. Я не могу знать, что получиться, а что нет.
– Так постарайся, Преисподняя тебя забери! Изо всех сил постарайся! Если сейчас ничего не получится, то следующего раза может не быть. Магистры снова запутаются в своей хитрости и не подпустят отца так близко. А ещё Эллекен уже совсем рядом с городами, пока они будут думать, он уже сам захватит собранную людьми магию! Кемара, ну пожалуйста! Это нужно не только мне и отцу, это нужно всем, кто не хочет жить под властью моего сумасшедшего и жестокого деда!
– Моих сил может не хватить. Я хотеть помочь, но я не альюд и не ведьма. Я птица в теле человека, которой выпал особенный дар. Этого и так много для птицы. Ты понимать?
– Хотя бы попытайся! Хоть что-то можно им навязать, какие-то мысли, сомнения… Лучше бы ты не болтала, а уже что-то делала!
Глазами он видел всё то же: деревянные стены, резную мебель, кровать со скомканными одеялами, отдалённо напоминающими небрежное воронье гнездо, одежду, выглядывающую из шкафа, и шкатулки со всякими мелочами, бесцветную хозяйку комнаты, на фоне тёпло-рыжеватых стен кажущуюся бесплотным духом, и две нехитрые куклы, зажатые в её тонких руках. Но другим взором, открывшимся после того, как отец собственноручно повесил ему на шею амулет в виде глаза, Мел видел совсем иную картину. Два разодетых смертных старика юлили, отговаривая Вольфзунда от его затеи, не желая расставаться с накопленной силой, – и, что самое жуткое, они, кажется, вообще не верили в приближение Эллекена и не представляли, какая опасность им грозит.
Кемара накрыла куклы ладонями и закрыла глаза. Она начала что-то шептать одними губами и плавно раскачиваться взад-вперёд. Мел замер: ему показалось, что откуда-то повеяло прохладным ветром, сердце стало стучать спокойнее, будто его тоже заговорило колдовство кукольницы.
– Слишком далеко, – покачала головой Кемара.
Мел взбешённо фыркнул.
– Не верю, что ты не можешь их достать! Старайся! Давай, Кемара!
Она снова сосредоточилась, склонившись над куклами. На лбу у Кемары выступила испарина.
Время тянулось, но Мел не решался поторопить Кемару. Наконец куклы в её руках шевельнулись, будто кто-то дёрнул невидимые нити, и фигурки Магистров застыли в напряжённых позах. Лицо Кемары взмокло от напряжения, но она победно улыбнулась.
– Я достать. Было трудно, так трудно. Теперь пробовать дальше. Но без волосков…
– Да слышал я, слышал! Давай скорее. Ещё немного, и отец уйдёт ни с чем.
Кемара кивнула и, взяв куклы поудобнее, зашептала быстрее. Её дыхание шевелило одежду и пух на голове кукол, и казалось, что они в самом деле живые.
– Давай скорее, – зашипел Мел.
  
Воздух в комнате будто уплотнился, стал душным и тягучим, готовым вот-вот затрещать от магии. Вокруг руки Кемары закружили прозрачно-серебристые вихри, но она всё шептала, закрыв глаза, и её голос стал глухим и хрипловатым. Наконец куклы вздрогнули, едва заметно засветились серебром, и Кемара пробормотала спёкшимися губами:
– Дотянулась.
Её лицо выглядело сильно уставшим, волосы прилипли к мокрым вискам. Мел заломил руки в нетерпении.