"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Виктория, что ты мечешься, как пингвин по бетону? Я этого не люблю: хочу – не хочу, пойду – не пойду. Сейчас Роландэля разыщем, скажем ему пару ласковых, чтобы скрасить, так сказать, одиночество, и спокойно отправимся на боковую. Тем более завтра рано вставать.
«Замечательная идея, – не удержалась от иронии я. – И как, по-твоему, мы его найдем? Станем кричать: «Роландэль, ты где?»
– Нет. Этого делать как раз не следует. Не стоит привлекать к себе внимание местной охраны. Тот факт, что мы пока никого не встретили, вовсе не означает, что стражи нет. Просто она находится где-то в другом месте. Давай ты просто подойдешь к двери камеры и заглянешь внутрь через решетку.
«Еще лучше! И что, по-твоему, я смогу рассмотреть внутри? В коридоре один факел на километр, а о камерах и говорить нечего. Просто открываешь окошко и рисуешь черный квадрат с натуры. Хотя… Можно подсветить себе файерболом».
– Даже не думай! Не позволю ставить бесчеловечные опыты над живыми организмами. Лучше давай Василия привлечем. По-моему, он давно созрел для ответственного поручения.
Нет так нет. Была бы честь предложена. Я пожала плечами и сотворила файербол для себя. Сразу стало как-то светлее.
– А ты не боишься, что свет привлечет охрану? – вкрадчиво поинтересовался этот зануда.
Нет, ну надо же! Заманил меня обманом в места не столь отдаленные, а теперь еще и критикует: то нельзя, это… Файербол все равно не уберу, я без него гараздо больше шума наделаю в потемках. Да и стража не очень-то обрадуется, если в нее засветить огненным магическим шаром.
Я с интересом посмотрела на кота. Василий, как и положено любознательному фамилиару, смело карабкался вверх по каменной кладке стены в сторону ближайшего крепления с факелом. Проследив глазами за акробатическим этюдом начинающего скалолаза (или стенолаза, что больше соответствует истине), я пришла к выводу, что темницу охраняет великан не менее трех метров ростом. Только так можно объяснить высоту расположения факелов.
– Василий! Слезай, дело есть! – торжественно провозгласила я.
В это время котик практически достиг своей цели и зацепился кончиками когтей передних лап за древко. Как отважному эквилибристу удавалось удерживать довольно упитанное тело в неудобной позе, загадка природы. У меня мышцы свело только от одного взгляда на него.
Кот сопел и пыхтел как паровоз, но упорный факел стоял на своем – и точка. Я честно болела за фамилиара всем организмом, даже этот ехидна Ахурамариэль хмыкнул нечто одобрительное, когда откуда-то из щели из-под самого потолка появилась мышь. Маленькая мышка осмотрелась вокруг и преспокойно направилась вниз по стене. Причем грызуна ничуть не смущало присутствие кота. Впрочем, котов в тюрьму сажают редко, вне зависимости от совершенного ими правонарушения, и мышь вполне могла лицезреть такое распространенное животное, как кот обыкновенный, впервые за всю свою короткую жизнь.
Увлекшийся кот не заметил спускающегося в его сторону грызуна, мышь в свою очередь Ваську тоже проигнорировала и нагло промаршировала чуть повыше живота, чеканя лапками шаг. Последствия были катастрофические. Фамилиар неприлично взвизгнул, попытался сбросить с себя мелкую живность, тут же потерял точку опоры и повис на древке вожделенного факела, зацепившись буквально самыми кончиками когтей. Мышь громко пискнула от ужаса и вцепилась в шерсть невольного спасителя, как утопающий за соломинку, то есть отодрать можно только с мясом.
– Васька! – в ужасе вскрикнула я, судорожно пытаясь припомнить хоть что-нибудь подходящее к случаю.
– Не делай этого, – змеей зашипел Ахурамариэль. – Давай хоть раз обойдемся без жертв.
«Это ты о чем?» – опешила я.
– О том, что последствия твоих экспромтов слишком непредсказуемы. В лучшем случае мы получим видоизменившегося кота, в худшем – замок рухнет нам на голову и у нас получится дивное массовое захоронение.
«Почему массовое?»
– Потому что масса народа сейчас спит, а значит, выбраться просто не успеет.
Я тряхнула головой, отгоняя мысли о плачевном исходе:
«Плевать! Это же Васька!»
– Он кот. А кошкам свойственно в любой ситуации приземляться на все четыре лапы. К тому же у них целых девять жизней, а у тебя одна…
Раздался дикий мяв, фамилиар, совершив головокружительный кульбит, рухнул вниз и эффектно приземлился на все четыре лапы, подтвердив тем самым только что сказанное Ахурамариэлем. Слегка оглушенная падением мышь громко пискнула, высоко подпрыгнула и пустилась наутек, не жалея шустрых лап. Я кинулась к коту, желая на ощупь убедиться в невредимости любимца, но тот спокойно отодвинул меня лапой, взъерошил шерсть, издал рык африканского льва, от которого волосы у меня встали дыбом, и ринулся вдогонку, развив скорость гепарда.
Но у мышки была фора. Она начала забег раньше, а значит, успела покрыть изрядное расстояние прежде, чем кот бросился за ней. К тому же грызун был местный, а значит, ориентировался в подземелье на порядок лучше. Словом, мышка сделала несколько отвлекающих маневров с целью запутать преследователя, шустро вскарабкалась по двери одной из камер и юркнула в забранное решеткой окошко. Неожиданное препятствие на пути не остановило моего охотника, сгоряча кот сунулся было следом за мышью, но был остановлен грубой силой. Решетка вздрогнула от лобового столкновения со лбом котика и отбросила его назад. Васька отлетел в сторону, как мячик для пинг-понга от стены. Он шлепнулся на каменный пол и пригорюнился. Добыча ускользнула из цепких лап, нагло избежав заслуженной кары.
– Загнибеда, у тебя даже кот мышей не ловит!
«Заткнись, не до тебя сейчас», – отмахнулась я.
– Васенька, ты ушибся?
Вопрос получился риторическим. На лбу котика активно набухали две огромные шишки (по числу прутьев, переживших столкновение). Кот задумчиво потер пострадавшую часть тела, поморщился и вздохнул:
– До свадьбы заживет.
– Смотри-ка, и этот жениться надумал! – хихикнул Ахурамариэль. – Просто свадебный бум какой-то.
«Если ты не замолчишь…»
– То что ты сделаешь? – живо заинтересовался меч. – Предлагаю меня задушить.
«Не оригинально», – снисходительно фыркнула я.
Неизвестно до чего бы мы дошли, если бы в этот момент не прозвучало приглушенное «Кто здесь?». Я вздрогнула и пустилась было бежать. Но вот беда, дверь, через которую мы так ловко проникли в тюрьму, исчезла, отрезав нас от остального замка. Некоторое время я просто тупо таращилась на совершенно целую, даже без трещин кирпичную кладку, реально ощущая себя замурованной заживо.
Васька тоже заорал что-то вроде «Атас, стража! Уходим огородами!», но увидел остолбеневшую хозяйку и застыл, уставившись на место, где должна была быть дверь.
– Я не понял, здесь ведь только что дверь была, ее что, больше нет?
Я перевела потрясенный взгляд на не менее ошарашенного кота и, не найдя слов, чтобы выразить свои чувства, кивнула.
– И мы останемся здесь? – пригорюнился Васька.
Признаться, перспектива остаться мотать срок в местной тюряге за здорово живешь меня лично тоже удручала, но видеть горе на мордашке пушистого друга было откровенно больно. Я захотела как-то его утешить, но осознала, что нечем, и опустила голову. Сцену всеобщего уныния нарушил все тот же голос:
– Кто здесь?
Мы замерли как мышь под веником. В моей руке непроизвольно возник до противного довольный Ахурамариэль. Ну любит он хорошую драку! А схватка с охраной темницы замка обещала быть не просто хорошей, а отличной.
В коридоре никого не было. Я посмотрела еще раз, внимательнее. Никого. Мистика какая-то. Ахурамариэль был со мной согласен. Редкий случай.
– Кто здесь? – осторожно поинтересовалась я, напряженно вглядываясь в полумрак коридора. Мало ли что…
Эх, надо было магический круг начертить! Вдруг это нежить или дух неупокоенный. Ахурамариэль ощутимо напрягся, готовясь отразить атаку незримого противника. Васька испуганно жался к ногам.