"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

– Дикий народ! – ужаснулся Васька, для которого плохо приготовленный или остывший обед граничил со святотатством. – И как вы так живете? Так ведь и до язвы желудка недалеко.
– Ко всему можно либо привыкнуть, либо приспособиться, – философски пожал плечами эльф и заслужил такой возмущенный взгляд со стороны соседа справа, словно только что выдал страшную тайну эльфов врагам. – А вот зимой немного раздражает лед в вине.
  
– Так холодно? – искренне удивилась я. – Камин не топите или дрова экономите?
– Вы не поверите, леди, но камин спасает от сырости только летом, а зимой способен обогреть разве что два квадратных метра вокруг себя. Думаете, почему наш Правитель расположил свой стул подле огня?
– М-да. Весьма предусмотрительно с его стороны. Ничего не скажешь.
– Не бывать этому! – воскликнул Васька и так хлопнул по столешнице крепко сжатым пушистым кулачком, что бокалы вздрогнули, грозя плеснуть содержимым через край.
Мои соседи, как по команде, уставились на разбушевавшегося котика, как выводок головастиков на просвет в тине пруда.
– Я не позволю родной ведьме питаться чем-то… чем– то… – тут фамилиар замялся, подыскивая подходящее сравнение, но, не найдя аналогов, просто возмущенно ткнул лапкой в ближайшее блюдо. Да так, что из тарелки брызнуло нечто жирное и склизкое на вид, щедро окропив окружающих содержимым цвета детской неожиданности. Впрочем, котик не обратил на это ровно никакого внимания. – Вот этим… – сказал наконец он. – Не вздумай это употреблять внутрь. Я сейчас.
И кот исчез со скоростью электропоезда. Именно в этот момент мажордом попытался поинтересоваться нашими именами, но был сбит торопящимся котом. Обозленный эльф поднялся на ноги и в сердцах запустил посохом в обидчика, но явно недооценил кота, Васьки уже и след простыл. Тяжелый посох гулко врезался в захлопнувшуюся за фамилиаром дверь. Заглянувший было в нее эльф с удивлением обозрел громоздкую палку и решил не входить. Мало ли что. Вдруг еще креслом запустят. Происшествие не ускользнуло от внимательного взгляда Лисицына. Ну просто само осуждение! Следопыт вообще славился прямолинейностью характера. Да и зачем ему притворяться? Хочется ему испепелить взглядом отдельно взятую ведьму, он ее тут же испепелит. Вот и сейчас он меня как раз испепелял. Он глядел на меня таким взглядом, будто примеривался, как будет душить меня собственноручно.
Брр. Просто мороз по коже. Я пригорюнилась от столь откровенной демонстрации чувств со стороны единственного человека в этом зале. Впрочем, эльфы ко мне относились ничуть не лучше. Пользуясь моей задумчивостью, сосед справа отчитывал соседа слева за то, что тот унизился до разговора с особой низшей расы, чем, несомненно, покрыл несмываемым позором себя и всю свою родню до седьмого колена. Разговор велся на эльфийском, но вот беда – эльфийский я знала достаточно хорошо, чтобы не только книжки читать, но и беглую речь понимать. Надо ли говорить, что ход беседы двух самовлюбленных перворожденных меня, мягко говоря, начинал выводить из себя. Это было последней каплей, переполнившей чашу моего терпения, а стремительно портящееся настроение вообще рухнуло ниже плинтуса.
– Ушам не верю, тебя тут оскорбляют, а ты и уши развесила? – возмутился Ахурамариэль.
«Есть другие предложения?»
– Вызови их на Поединок чести. Пусть останется в живых сильнейший. Желательно ты.
«Нечего сказать, хороший совет. А если это буду не я? Что тогда?»
– Трусиха! – презрительно фыркнул меч. – С кем приходится делить организм…
«Смею заметить, мой организм, которым ты предлагаешь рисковать направо и налево».
– Ладно. – На удивление быстро согласился клинок. – А как насчет того, чтобы раздавить врага морально?
«Ну-у-у, это всегда пожалуйста, – усмехнулась я. – Когда я отказывалась от такого развлечения?»
Я ткнула вилкой в одно из блюд. На зубцы намоталось нечто неприятное, вязкое и густое на вид.
– Милорды, – вкрадчиво молвила я по-эльфийски. – Стесняюсь спросить, вы намеренно меня оскорбляете или просто рассчитывали, что я не знаю вашего языка?
Оба не просто остолбенели. Они уставились на меня с таким видом, будто узрели говорящую овцу в балагане и никак не могли разгадать, в чем тут дело: в чревовещании или в магии. Впрочем, меня ничуть не смутил обескураженный вид этой пары хамов, и я с невозмутимостью англичанки, ведущей великосветскую беседу в собственной гостиной, продолжала:
– Надеюсь, вы оба вполне отдаете себе отчет, что в свое время войны начинались и по менее важным поводам? История насчитывает великое множество подобных примеров.
Эльфы издали какой-то клокочущий звук, нечто среднее между закипающим чайником и тем звуком, что издает радиатор, когда из него сливают воду, и дружно закашлялись. Просто потрясающее единодушие. Как только первый шок схлынул, они рывком вернули отвисшие челюсти на место и хором поинтересовались:
– Уж не собирается ли человеческая женщина объявить нам войну?
Ну прямо хор мальчиков-зайчиков! Я просто умилилась.
– Разумеется нет, – пожала плечами я.
Вышло далеко не так изящно, как у эльфов, но для первого раза сойдет.
– Воевать в одиночку с кланом… Я же не самоубийца. А вот клан моего будущего супруга за оскорбление невесты принца вполне может призвать вас к ответу.
Эльфы поперхнулись и дружно закашлялись, как пара чахоточных в последней стадии. Настроение стало стремительно расти вверх. Приятно, черт побери, поставить зарвавшихся хамов на место.
– Впрочем, мы вполне можем решить эту проблему между собой.
Народ насторожился, будто ожидал от меня очередной пакости и силился ее предотвратить, но исходных данных явно не хватало.
– Надеюсь, все присутствующие знают, что такое Поединок чести? – мило вопросила я.
Собеседники уставились на меня в немом изумлении.
– Леди… – Это слово сосед справа буквально выдавил из себя по слогам. – Вы отдаете себе отчет о последствиях своего заявления? Предположим, у вас действительно есть… – Он замешкался, подбирая подходящее слово, – скажем, знакомый… И этот знакомый готов вступиться за честь дамы. Но одно дело бой между двумя перворожденными, а другое… – Он смерил меня сочувствующим взглядом, будто подозревал у меня начальную стадию разжижения мозгов. – С вашей стороны, это будет форменное самоубийство, а с нашей – избиение младенца. Вам не выстоять против любого из нас и двух секунд.
Ахурамариэль не мог стерпеть такого оскорбления.
– Что эти длинноухие себе позволяют?! – взъярился клинок, благополучно позабыв тот факт, что сам был произведением эльфийского мастера. – Все! Сейчас я из них котлет наделаю!
«Спокойствие. Только спокойствие, – мысленно ухмыльнулась я. – Не лишай меня удовольствия».
– Думаю, Гарандарэль очень удивится, когда узнает, что он мне просто знакомый, – скептически улыбнулась я. – Впрочем, сейчас речь не об этом. С чего вы взяли, что мне против вас не выстоять?
На лицах собеседников расплылась такая похожая улыбка, словно они без малого месяц тренировались перед зеркалом.
– Ты человек, – вкрадчиво заявил тот, что справа.
– Я в курсе. А вы, как я понимаю, являетесь счастливыми членами клана Золотого Дракона?
Парочка согласно кивнула.
– Замечательно! – возрадовалась я, чем вызвала острый приступ недоумения у собеседников. – Это намного упрощает задачу. Знаете, я считаю, что применять заклинание обращения в дракона к эльфам, в чьих жилах нет драконьей крови, по меньшей мере негуманно. Разбросанные по арене кровавые останки – зрелище не для слабонервных. Впрочем, даже наличие крови дракона в жилах не дает стопроцентной гарантии, что вы переживете трансформацию. Хотя в любом случае победа в Поединке будет за мной.
  
Эльфы не просто удивились. Наверное, так выглядела жена Лота, оглянувшаяся на Содом. Оба замерли, словно обратившись в соляные столбы: глазки вытаращены, челюсти отвисли, на лицах застыла смесь ужаса и удивления. Если бы я не разговаривала с ними до этого, приняла бы за близнецов.