"Фантастика 2025-118". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)
– Паук их отравил.
– То есть как? – я слышала о ядовитых пауках, тарантулы там всякие и прочие, но сталкиваться с ними не приходилось.
– Ты знаешь, зачем паукам паутина? – поинтересовался Макс.
Я пожала плечами. Факт известен всем.
– Пауки с ее помощью добычу ловят.
– Да. А потом?
– Едят.
– Ага. Но пауки не едят твердую пищу. Предварительно они ее подготавливают.
– Это как? – Услужливое воображение нарисовало картину: огромный паучище в поварском колпаке, вооруженный поварешкой, мешает мух в бурлящем чане, временами добавляя в похлебку специи.
– Паук пеленает жертву паутиной и впрыскивает яд, от которого жертва как бы разлагается и становится удобоваримой для организма паука, а дальше насекомое высасывает содержимое, как коктейль, через трубочку.
Мне стало дурно. Диким усилием воли я подавила рвотный позыв. И зачем столько съела за завтраком?
– Ладно. Все это, конечно, весьма познавательно, но мы теряем время. Надеюсь, ты сможешь им помочь?
– Я? – опешил Макс.
– Конечно. Ты же у нас целитель. Или я чего-то не понимаю?
– К сожалению, я здесь бессилен. Даже при наличии целой лаборатории сомнительно, что яд можно нейтрализовать. К тому же все мои вещи остались на поляне.
От такого заявления у меня просто глаза на лоб полезли.
– Хочешь сказать, ты даже не попытаешься им помочь? Просто бросишь, и все?
– Только не надо делать из меня чудовище! – вскричал он. – У нас вообще ничего нет.
– Есть, – встрял Васька, протягивая мою сумку.
Елки! Я хлопнула себя по лбу. Как я могла забыть?!
– Надеюсь, ты не разбил эти зелья.
Котик покраснел даже сквозь шерсть. Первое, на что я наткнулась в сумке, был череп. Он мирно спал и очень расстроился, когда я ткнула в него пальцем. Палец мигом покусали.
– У-ё-о!!! – заорала я. – За что?
– Ты меня разбудила, – проскрипел этот наглец.
– Я ищу зелье.
– Зачем?
Пришлось пересказывать все любопытному наглецу. Все равно не оставит в покое, а рассказывать можно параллельно с поисками.
– В бездну зелья! – громко воскликнул череп. – Тебе нужен ритуал четырех стихий.
Я так и села. О ритуале я читала, но он очень сложен не столько в исполнении, сколько из-за огромных затрат магической энергии. Ритуал официально считался утерянным более тысячи лет назад. Если я его применю на глазах изумленного целителя, это вызовет море вопросов. С другой стороны, если я даже не попробую спасти ребят, никогда себе этого не прощу.
«Не будь идиоткой. Ты совершенно не готова к магии такого порядка. Ее практиковали только высшие жрецы».
«И тем не менее я должна…»
«Ты не должна никому и ничего. К тому же если тебе не удастся выдержать весь ритуал, они потянут тебя в могилу».
Я упрямо тряхнула головой. Глупо отступать не попробовав.
«Идиотка! К тому же сентиментальная».
Возможно, но иначе просто не могу.
– Что значит – ритуал четырех стихий? – живо заинтересовался Макс.
Но я просто отмахнулась от любопытного:
– Помоги мне перевезти их куда-нибудь в более подходящее место.
12
Более подходящим местом оказалась поляна с источником, темная вода которого наводила на мысль о нефтяных месторождениях. Мы бережно сгрузили пострадавших на землю, и я настоятельно попросила Макса удалиться на время всего ритуала.
– А сколько он продлится? – опешил тот.
– Понятия не имею, – призналась я.
Действительно, я никогда раньше не бралась за подобный трюк, и в этом тысячелетии он не упоминался ни разу.
– Тогда я никуда не пойду, – уперся целитель.
– То есть как?
– А вот так… Мне в лесу страшно одному.
– А ты будешь не один. С тобой будут Драго и Волчок с Яшкой.
Макс стоял насмерть, и спорить бы нам до хрипоты, если бы не вмешательство Яшки. Конь сцапал упирающегося мужчину за шкирку и гордо удалился с поляны, потрясая Максом, как трофеем. Волчок юркнул следом.
– Мадемуазель, – ради такого случая Драго принял облик мужчины. – Вы уверены, что одиночество при совершении обряда так важно?
Я обреченно кивнула:
– Разве я похожа на гордую самоубийцу? А на одинокого рейнджера?
Драго вздохнул и удалился.
Я тихо вздохнула. Ладно, придется приниматься за дело. Я осмотрела поляну. То, что на ней находился источник с водой, являлось несомненным плюсом, но то, что вода была неизвестного состава, вносило огромную ложку в мою бочку меда. Впрочем, других вариантов нет.
Я тяжело вздохнула и принялась за магический круг. Основа основ любого ритуала легла ровно, хорошо и основательно. Мой круг должен был не только удержать то, что находится снаружи, но и то, что будет происходить внутри. С неизбывной тоской я бросила взгляд в сторону своей сумки. На штудирование книг не было времени, а жаль. Не зря говорится: близок локоток, да не укусишь. Я зажмурилась, вызывая в памяти строчки необходимого ритуала. Тщетно. Важность момента выветрила все из лабиринтов мозга, на ум шла всякая ерунда типа приворотов и отбеливания веснушек, как будто три трупа без веснушек будут выглядеть гораздо привлекательнее.
– Ну? И что стоим? Кого ждем? – проскрипел череп.
– Череп! – возопила я. – Какое счастье! Ты ритуал хорошо помнишь?
– Спрашиваешь!
– Будешь суфлером! – возликовала я.
– Уговорила. Перво-наперво ты должна узнать, к какой стихии они принадлежат.
– ?!
– Ой! Ну это просто. Они же маги. Значит, стихию свою хорошо знают.
Они-то, может, и знают, а я? Пришлось теребить всех подряд. Ноль эмоций. Только эльф простонал нечто невразумительное. Я приуныла.
– Ладно. Раз ничего из этого не выходит, тормоши эльфа. Он из них самый крепкий.
– То есть, если у него стихия, например огонь, она подойдет всем троим?
– Нет, – мерзко хихикнул ехидный череп. Придушила бы, если бы у него только шея имелась. – Но тогда мы спасем хотя бы одного.
Хм. В этом что-то есть.
– Эй, любезный! – Я ощутимо тряхнула длинноухого. – Кончай дрыхнуть, гад! А ну выкладывай, какая у тебя стихия!
Эльф приоткрыл мутные глаза и честно попытался сфокусироваться на моем лице. Не удалось. Он мотнул головой и приоткрыл рот, но наружу хлынула черная пена.
– Да-а-а! Дело труба, – констатировала я.
– Тогда начинай с земли. Пусть она всю гадость из них выведет.
Я кивнула. Вариантов других не было. Я опустилась на колени. Язык заклятий был очень древним, и я вовсе не была уверена в успехе, когда легла на холодную, мертвую землю Адовой Глыщобы и начала свой призыв. Земля, обычно бурлящая жизнью, здесь напоминала труп не первой свежести. Я просила, умоляла, стараясь влить в нее собственные силы для спасения умирающих. И она откликнулась. Где-то в глубине послышался глухой толчок, словно сердце умирающего замерло на мгновенье в нерешительности и решило продолжить работу. Сила – теплая и прекрасная, как цветущий летний луг – хлынула наружу, наполняя все вокруг жизнью. Я конвульсивно вздрогнула, стараясь не отдавать земле больше, чем могла, но меня словно затягивало в воронку. Я вскрикнула и дернулась, резко прерывая контакт. Ну вот и все. Никому помочь не удалось, и я чувствую себя, как досуха выжатый лимон.
«Что я в тебе ценю, так это самокритичность, – хмыкнул Ахурамариэль. – Теперь кончай приступ самобичевания и проверь результаты. Магия древняя, неужели ничего не произошло?»
Я всхлипнула. Было безумно жаль себя, любимую, такую уставшую и несчастную, выжатую до капли. А теперь еще и вставать надо. Нет. Нет в жизни справедливости. А раз наш мир так несовершенен, пришлось открывать глаза и вставать. С первым я справилась легко. Со вторым пришлось гораздо сложнее. Жутко мутило, как после пьянки и некачественной закуски, ручки тряслись, ножки подкашивались. Подняться удалось только на четвереньки, и то с грандиозным трудом. Что я так жила… Доползла до ближайшей коряги и разожгла огонь. Тело сковало холодом, словно я съела пять кило мороженого разом. Уже протягивая зябкие ладони к огню, я заметила некоторую странность…